Страница 59 из 72
Тактика сторон на Гидаспе
Конница
| КЕН |^|
—з-
1
1 ДЕМЕТРИЙ 1 |
1,1
...................
-4
М
|Л. 1ЕКА>Л1 1Д1 | |
Конницы
АгрианеСтрелки из лукаКолесницыи и и Г)
СлоныuumttHHHHHttutHtПехота
Оставшаяся
конница
1. Конные лучники Александра поливают стрелами всадников на индийском левом крыле.
2. Индийская кавалерия устраивает вылазку против верховых стрелков неприятеля.
3. -Товарищи» Александра атакуют индийскую конницу и отбрасывают ее в смятении.
4. Индийская конница с правого крыла скачет через поле с целью поддержать своих.
5. Кен меняет направление движения и осуществляет маневр для атаки на индийскую правофланговую кавалерию.
|. Индийская конница, вынужденная биться на два фронта, терпит поражение и откатывается.
1000 ярды
1000 метры
Конницы
Пор, могучий человек огромного роста в прочном панцире, сражавшийся на спине слона, предпочел, в отличие от Дария, не бежать с поля, но биться до конца. Он лишь тогда перестал драться, когда получил рану. Александр отослал своего союзника, Таксила, к Пору, чтобы предложить тому сдаться, но Пор, все еще сидевший на слоне, пригрозил Таксилу копьем и прогнал того прочь. Тогда победитель отправил другого посланника, с которым у Пора в прошлом складывались менее враждебные взаимоотношения. В конце концов индийского царя удалось уговорить спуститься на землю и предстать перед Александром, тот же, восхищенный отважным противником и, по всей вероятности, не забывавший о дипломатических соображениях, пошел навстречу просьбам Пора и предложил ему дружбу. Подобное случалось далеко не так уж часто — несмотря на склонность к широким жестам и нередко проявляемое великодушие к побежденным, Александр вовсе не всегда удостаивал столь несговорчивых оппонентов подобными милостями. Однако куда большая проблема состояла в установлении прочного и длительного мира между индийскими соперниками. Курций уверяет нас, что политический союз между Таксилом и Пором подкрепили брачным альянсом — обычное средство в таких случаях. Между тем соглашение не всех и не во всем устраивало. И хотя
Таксил, вероятно, заслуживал большего доверия, чем Пор, Александр нуждался в последнем для задуманного похода в Пенджаб.
На Гидаспе Александр действовал хитростью, как никогда прежде в больших битвах: он разделил армию, скрытно пробрался с частью ее вверх по реке и тайно переправился на другой берег под покровом ночи. Поступив так, македонянин вынудил Пора дробить силы накануне сражения, ослабил врага и смешал ему все карты в предстоящей игре. Когда началась битва, несмотря на опасения в отношении возможных последствий столкновения конницы со слонами, Александр направил всадников против вражеского левого крыла в соответствии с обычной практикой. Как бы там ни было, великий воитель подготовил планы на любой случай, что становится очевидным из сумасшедшего маневра Кена на галопе в тыл атакующего индийскую правофланговую кавалерию, когда та устремилась в контратаку на конницу Александра. Скоро Александр вынудил индийскую армию сражаться на два фронта и, подобно ситуации при Гавгамелах, развернул ударный кавалерийский бросок тогда, когда индийцам как раз приходилось перегруппировываться для противодействия македонцам в условиях по-новому складывавшейся ситуации. Хотя битва эта и не столь же тактически великолепна, как другие его сражения, действия Александра на начальном этапе весьма характерны, как типична и его мгновенная реакция на изменение обстановки на поле, а также способность на лету воспользоваться преимуществом, где бы оно ни возникало.
Поблизости от Гидаспа Александр основал два новых города, Никею и Буке-фалы. Последнюю он назвал так в честь любимого боевого коня, умершего, как видно, от старости. Завоеватель дал людям месячный отдых и примерно как раз в то время получил пополнения в виде фракийских отрядов, набранных македонским наместником в ареале Каспийского моря. Узнав о беспорядках в Ассакении, он отправил туда войска для исправления ситуации. Но вот Александру бросил вызов еще один царь по имени Пор. Этому второму Пору скоро, однако, пришлось искать спасения в бегстве при приближении Александра, но тот энергично преследовал неприятеля и перешел реки Акесин и Гидраот. Данные действия привели его к столкновению с племенем кафеев. Покорив их, завоеватель двинулся к реке Гифас (Биас), намереваясь перейти через нее и вторгнуться в неведомые и загадочные дали.
ШШ
Ш
як
14
ОБРАТНЫЙ ПУТЬ
ПРЕДЕЛ ЗАВОЕВАНИЙ
За рекой Гифас лежала густонаселенная, но малоизвестная страна — собственно Индийский субконтинент, или полуостров Индостан. Арриан предполагал, что Александр питал надежды на достижение «Великого океана», который, как считали греки, омывает все континенты и как бы окружает всю сушу. На берегах Ги-фаса измученные постоянными боями, истерзанные стихиями македонцы, одежда которых буквально гнила на воинах, потребовали остановки. Александр же жаждал все новых подвигов и все новых завоеваний — на сей раз он нацеливался на долину Ганга. Однако солдаты забастовали, и даже храбрейший и вернейший из офицеров Александра осмелился выступить на их стороне и говорить от их имени. Царь, раздосадованный поражением в роли агитатора, удалился в шатер в надежде, как видно, на перемену настроения солдатской массы, но воины и не думали сдаваться. Выхода не оставалось — приходилось поворачивать и уходить.
НА СТРАНИЦЕ СЛЕВА Дионис на леопарде. Мозаика из Пеллы. 4-й век. Когда Александр достиг Индии, он уже сравнивался с Дионисом^ а не только с Гераклом.
За этой традиционной и повсеместно принятой точкой зрения в отношении причин прекращения похода Александра на Восток кроется, возможно, другая и более сложная подоплека. В конце-то концов, почему такой опытный и искушенный военный предводитель, как Александр, позволил свободно разгуливать по армии слухам о каких-то необычайных опасностях или многочисленных врагах в экзотических местах? Как он вообще мог допустить распространение таких настроений среди солдат, которые, как он прекрасно знал, были деморализованы и утомлены? Если какие-то известия о неизведанной и пугающей Индии за Гифасом все же «просочились» в македонские войска, не правильнее ли думать, что этого хотел сам Александр? Сцены уговоров весьма походят на попытку сохранения лица таким же уставшим и вымотанным, как и солдаты, царем, который считал недостойным героя спасовать перед очередным вызовом — необходимостью идти и идти дальше ради новых побед и свершений. В такой обстановке представлялось более удобным переложить ответственность за прекращение славного похода в неизведанное на плечи простых вояк. Только упорное нежелание армии продолжить путь дальше вынудило Александра отказаться от ждавшей его за рекой и холмами еще большей славы. Такова принятая традиция —• в таком виде история дошла до нас. Очередное свидетельство двуличности Александра в этой ситуации находим мы и в приказе расширить лагерь перед уходом до неестественных размеров и наполнить его предметами быта огромных размеров, чтобы в будущем местные жители стали думать, будто воины в армии завоевателя были непобедимыми великанами. Курций рассказывает, что Александр воздвиг 12 жертвенников в ознаменование величия содеянного, повелел разнести лагерные укрепления и поставить там огромные кровати, с целью оставить «чудесный, но неправдивый памятник для потомства» (IX.3.19).