Страница 40 из 49
К. Бахман: Последняя фаза падения гитлеровского режима может быть сравнима лишь с бессильным бешенством вконец измотанного, издыхающего чудовища, которое пытается задушить народ, жаждущий мира, с помощью самых крайних средств террора.
Когда Советская Армия сражалась уже на немецкой земле, англо-американские войска, после трехлетнего промедления, открыли, наконец, второй фронт в Европе. Резко возросло число немецких солдат, которые больше не хотели умирать «за фюрера». Росло число новобранцев, которые понимали бессмысленность гибели на фронте. Они хотели домой, они хотели покончить с войной, которая была им чужда.
Об антивоенных настроениях среди немецкого населения.
Протокольная запись в ставке фюрера от 8 марта 1945 г.:
«Из обращения гауляйтера Штёра, 18 ч. 10 мин. В сообщении о положении в группе войск «Густав» имеется следующее предложение: «Враждебное отношение населения в Эйфеле затрудняет самоотверженные бои войск». То же самое сообщила мне сегодня армия через своего уполномоченного. В области Мо-зельланд 1 население одной деревни встретило немецкие войска стрельбой. В другой деревне крестьяне пошли с вилами на солдат, которые готовили взрывы. Группу солдат, которая пробилась из американского плена к собственным позициям, жители одного села встретили выкриками: «Эй, вы, чего затягиваете войну».
1 Политический округ фашистской партии, идентичный бывшему прусскому административному округу Кобленц.
Цит. по: Вольфганг Руге и Вольфганг Шуман. Документы немецкой истории 1942—1945 гг. Франкфурт-на-Майне, 1977, с. 106.
В этот заключительный период, когда антифашистское сопротивление проявлялось в многообразных формах и все больше солдат понимало бессмысленность дальнейшей войны, военные суды Гитлера выносили тысячи смертных приговоров. Отступавших солдат на месте расстреливали «цепные собаки» из полевой жандармерии. Несколько смертных приговоров на совести судьи Фильбингера из военно-морского флота, который сегодня утверждает, будто и ныне не может быть противоправным то, что тогда было «правом». Он все еще говорит о «праве» Гитлера, в то время как «тысячелетний рейх» оказался на свалке истории. Его «право» было гитлеровским правом, несправедливостью, связанной с террором, международно-правовым деликтом преступного государства, которому народы мира вынесли свой приговор.
Пока фашистские заправилы могли подавлять народные массы, ведущие силы немецкого монополистического капитала готовились к периоду без Гитлера, к переходу к миру при сохранении капиталистической системы.
Сообщение тайного американского агента в госдепартамент от 7 ноября 1944 г. о встрече немецких промышленников в
Страсбурге:
1. Встреча крупнейших немецких промышленников, имеющих интересы во Франции, состоялась 10 августа 1944 г. в отеле «Ротес хаус» в Страсбурге (Франция). В числе других присутствовали:
д-р Шайд, (председательствовал), обергру ппенфю-р е р С С и директор «Хезе» («Хермансдорф и Шенбург АГ»), д-р Каспар, представлявший Круппа, д-р Толле, представлявший Рёхлинга, д-р Зинцерен, представлявший Мессершмитта, д-р Копп, «Фир и Беерванген», представлявший «Рейнме-талл»,
капитан Хаберкорн и д-р Рубе, представлявшие Бюссинга, д-р Элленмайер и Кандос, представлявшие заводы «(Фольксваген»,
инженеры Дрозе, Янчев и Коппсхайм, которые представляли различные фабрики в Познани (Польша) («Дрозе, Янчев и К °», «Браун-Бовери», «Геркулесверке», «Бошверке» и «Штадтвер-кс»),
капитан Дорнбуш, руководитель инспекции вооружений в Познани,
д-р Майер, представитель немецкого военно-морского руководства в Париже,
д-р Штрасснер, представитель имперского министерства вооружений и военного производства в Париже.
2. Д-р Шайд отметил, что все материальные ценности, связанные с промышленностью, немедленно должны быть переправлены в Германию. Битва за Францию Германией проиграна. Главная проблема теперь — защита Западного вала. Отныне немецкая промышленность должна признать, что война более не может быть выиграна и что нужно предпринять шаги для подготовки к послевоенной кампании. Каждый промышленник должен установить контакты и связи с зарубежными фирмами, однако это должно происходить индивидуально, чтобы не вызывать подозрений. Кроме того, должна быть подготовлена финансовая почва, чтобы после войны получать из других стран значительные суммы. В качестве примеров того, какие бывают виды проникновения, которое показало себя в прошлом весьма эффективным, д-р Шайд привел факты, что патенты на нержавеющую сталь принадлежат совместно «Кемикл Фаундейшн Инк, Нью-Йорк» и немецкому концерну Круппа, что «Юнайтед Стойте Стил Корп., Карнеги Иллинойс», чАмерикэн Стил энд Вайр», «Нэйшенэл Тьюб» и т. д. были тем самым обязаны сотрудничать с концерном Круппа. Он упомянул также Цейса, Лейку и «Гам-бург-Америка-Линие» в качестве фирм, которые особенно действенно представляли немецкие интересы за рубежом, и дал их нью-йоркские адреса присутствовавшим на заседании.
3. После этого заседания состоялось второе, которым руководил д-р Боссе из имперского министерства по вооружению и военному производству и в котором участвовали только представители «сХеко», Круппа и Рёхлинга. На втором заседании
констатировалось, что война практически проиграна, но ее слэ-дует продолжать, пока не будут получены гарантии единства Германии, а немецкие промышленники, как было сказано, должны с помощью экспорта своих товаров увеличить мощь Германии.
Они должны также подготовиться к тому, чтобы финансировать нацистскую партию, если ей придется уйти в горные опорные пункты. Отныне правительство будет переводить промышленникам крупные суммы с тем, чтобы каждый мог создать себе гарантированную послевоенную базу за рубежом. Срочно требуется, чтобы крупные заводы Германии создали небольшие обслуживающие пункты и бюро, которые выступали бы полностью независимо и не состояли бы в видимой связи с заводами. Эти бюро будут получать планы и кальки нового оружия, а также все необходимые материалы, чтобы продолжать исследования. Ни в коем случае они не должны попасть в руки врага...
4. Эти заседания, кажется, следует толковать так, что запрет экспортировать капитал, который до сих пор строго соблюдался, теперь полностью снят и его место заняла новая политика нацистов, которая позволяет промышленникам при поддержке правительства переводить за границу столько капитала, сколько возможно. До сих пор капитал немецких промышленников тайно и с помощью особых связей экспортировался в нейтральные страны. Теперь за промышленниками стоит нацистская партия, которая побуждает их, чтобы они для своего спасения вкладывали свой капитал за рубежом. Тем самым партия одновременно содействует выполнению их планов, связанных с их послевоенными операциями. Свобода, данная промышленникам, и далее цементирует их связи с партией, причем она им гарантирует своего рода защиту.
5. Немецкие промышленники улучшают свое положение путем капиталовложений не только в немецком сельском хозяйстве, но и вкладами своего капитала за границей, особенно в нейтральных странах. Два главных банка, через которые осуществляется экспорт капитала,— это Базельский торговый банк и Швейцарский кредитный институт в Цюрихе. Наряду с ними имеется ряд швейцарских фирм, которые действуют под швейцарским прикрытием, получая за это пять процентов от суммы сделок.
Цит. по: Вольфганг Руге и Вольфганг Шуман. Документы немецкой истории 1942—1945 гг. Франкфурт-на-Майне, 1977, с. 92—94.
В. Реккерт: Значит, немецкий империализм хотел спастись и избежать революции в мирное время. Тогда почему же он бросил свои последние силы для наступления в Арденнах против западных государств с их капиталистическим общественным строем? Ведь тем самым он ослаблял фронт против социалистического Советского Союза.
К. Бахман: Есть выражение о мешке, который колотят, подразумевая осла. Так следует расшифровать мнимую тайну наступления в Арденнах. В 1944 г. Гитлер и видные генералы не могли больше и мечтать о том, чтобы перехватить инициативу на восточном театре военных действий. Они ожидали вновь и вновь откладывавшееся открытие второго фронта американцами и англичанами во Франции. С этим они связывали надежды на то, чтобы с помощью новой победы на французской земле выбить капиталистические государства из антигитлеровской коалиции. Затея провалилась. Не союзники были разбиты, а они разбили фашистские армии и подошли к западной границе рейха.