Страница 28 из 94
В эпоху Наполеона после поражений при Йене и Ауэрштадте полиция Пруссии начинает заниматься шпионажем и контрразведкой. В марте 1809 года Юстус Грунер— реформатор из Вестфалии— становится начальником берлинской полиции. Теперь «высшая полиция» подчиняется ему. Грунер создает сеть агентов по всей Пруссии. Они шпионят за французами и выискивают тех, кто им помогает. Эти люди так деятельны, что их конкуренты — тайная полиция при военном департаменте — прекращают свою работу. Полиция Грунера превращается в настоящую спецслужбу.
Грунер вводит почтовую цензуру, и тут его помощники начинают вылавливать одного шпиона за другим. В Берлине в иностранных посольствах не было ни одного привратника, ни одного секретаря, которые на снабжали бы Грунера важной информа-
цией. Все депеши, направленные во французское посольство, перехватываются и прочитываются. Невидимые полчища агентов следят за любыми передвижениями наполеоновской армии.
Конечно, приходится и за своими согражданами присматривать— полиция есть полиция. Грунер с удовлетворением записывает: «Ни один купец не получит письмо, не показав его вначале мне, и я пресекаю любой слух».
Власти страны довольны успехами Грунера. В феврале 1811 года «высшая полиция» преобразуется в новую тайную полицию. Ее полномочия решительно расширяются. Она может арестовать любого прусского гражданина, ни одно прусское ведомство не решается спорить со всемогущей службой Грунера.
Впрочем, вскоре в обстановке всеобщей слежки заподозрили и самого Грунера: уж не либерал ли он часом? Его отстранили от дел и назначили посланником. В 1820 году он умер. Власть же тайной полиции ограничат лишь после революции 1848 года.
Собирать эти сведения надлежало шпионам, а их в Пруссии не было. Поэтому обходились чтением иностранных военных газет, заглядывали в отчеты дипломатов, посылали в заграничные командировки офицеров генштаба.
Наконец, в 1830 году прусский генштаб направляет в Париж первого военного атташе. Он постоянно живет при посольстве и черпает из газет и книг сведения о французской армии. В середине столетия военных атташе командируют и в некоторые другие страны.
В начале 60-х годов эти люди обзаводятся тайными агентами — в Париже, Турине, Вене, Пеште, Линце. Агенты заводят знакомства в военных министерствах, казармах, среди чиновников, солдат, офицеров.
И вот настает 1866 год. Близится схватка Пруссии и Австрии. Помогут ли прусскому генштабу донесения его зарубежных подручных? «Сплошь ненадежные сведения, ценности в них никакой», — к такому выводу приходит граф фон Вальдерзее. Генштаб не в силах определить, как вооружена австрийская армия, куда она движется.
Полицейские снова показывают военным, как надо заниматься разведкой. В течение десяти лет берлинскую уголовную полицию возглавляет полицейский советник Вильгельм Штибер. Он изо всех сил борется с демократическими свободами. За грубость, с которой он допрашивает людей, его отправляют на пенсию. Тогда он возглавляет частное детективное агентство. Повсюду за границей у него есть связи. Среди его клиентов очень важные персоны. Дела идут успешно, и вдруг, по чистой случайности, Штибер начинает заниматься шпионажем.
В мае 1866 года совершено неудачное покушение на прусского премьер-министра Отто фон Бисмарка. После этого местному Шерлоку Холмсу, Штиберу, предлагают создать тайную государственную полицию, чтобы защитить Бисмарка и короля. Новое ведомство никак не будет связано с прежней политической полицией.
Сперва Штибер приставляет к королю телохранителей (напомним, в это время в разгаре война с Австрией). 23 июня 1866 года возникает политическая (впоследствии — тайная) военно-полевая полиция. Пятый пункт приказа о ее создании гласит: «Помощь военным ведомствам посредством предоставления им сведений о вражеской армии». Наконец-то прусская армия получает точные данные об австрийцах.
Реноме ведомства Штибера повысил венгерский офицер-перебежчик, младший лейтенант барон Август фон Шлуга («агент № 17», как именуют его впредь). Он подробно описал Штиберу характеры всех руководителей австрийской армии, сообщил о передвижениях войск.
По окончании войны Штибер расширяет сеть своей спецслужбы. В Париже, Лондоне и Вене работают ее агенты.
Начальник прусского генштаба Хельмут фон Мольтке, задетый этими успехами, создает при штабе собственное разведывательное бюро. Оно и стало прародительницей абвера. Его годовой бюджет — всего 2 тысячи талеров. В бюро числятся два агента и офицер, обобщающий полученные сведения.
Им пока трудно соперничать с конкурентами. Ведь во время войны с Францией 1870—1871 годов Штиберу помогают 182 сотрудника. Они раскидывают агентурную сеть во Франции и Швейцарии. Агенты имеются во всех важнейших городах Франции.
Одновременно агенты Штибера — по поручению Бисмарка — шпионят за своими же прусскими генералами. Так намечается конфликт между высшими военными чинами и секретными службами. В годы гитлеровского правления борьба между ними развернется не на жизнь, а на смерть.
* * *
В конце 80-х годов руководителем разведывательного бюро при генштабе назначают майора Пауля фон Леттова-Форбека. Вот чем располагает его служба в 1889 году. Прежде всего, неутомимый «агент № 17». Он живет во Франции и каждый год бывает на больших маневрах. Кроме него агентов можно найти в Брюсселе, Люксембурге, Нанси, Бельфоре и других французских городах. В России действует 75 агентов и доверенных лиц. Они ящиками вывозят из царского генштаба сведения о планах мобилизации и передвижениях войск.
С этой поры ведущая роль в разведке принадлежит военным. В это же время выявляется и новая беда. Германская контрразведка работает из рук вон плохо. Всего лишь несколько полицейских чиновников пытаются выследить шпионов, работающих в стране. Между тем Эльзас наводнен французскими агентами.
В апреле 1893 года в Германии создаются разведывательные базы. В них входят пограничный комиссар и окружной офицер. Качество их работы, впрочем, невысоко. Окружные офицеры — часто люди необразованные, иностранных языков не знающие, с армиями других держав незнакомые.
6 марта 1906 года начальник генштаба предложил прусскому военному министру фон Айнему направлять на работу на такие базы не окружных офицеров, а офицеров генштаба. Так рождается новая фигура: офицер-разведчик.
Военный министр сперва пришел в ужас. Как можно «принуждать молодых офицеров по многу лет общаться с личностями самого сомнительного пошиба»? Только после повторных обращений начальника генштаба министр позволяет некоему обер-лейтенанту генштаба проработать этот вопрос. Звали этого лейтенанта Вальтером Николаи. Всего через несколько лет именно его стараниями военная разведка добьется поразительных успехов. Сын офицера и потомок брауншвейгских пасторов, Николаи вырос в протестантской старопрусской семье и был очень консервативен и предан императору.
Первого июня 1906 года он возглавляет разведывательную базу в Кенигсберге и превращает ее в настоящий штаб шпионской сети, действующей в России. Фон Айнем доволен его успехами. С середины 1907 года офицеры-разведчики появляются почти во всех армейских корпусах.
Среди тех, кто заинтересовался нововведением, начальник второго отдела большого генштаба подполковник Эрих Людендорф. Он не представляет себе, как можно в будущем вести войну, не прибегая к помощи надежных спецслужб. Да и внутри страны без них воцарится демократия.
Со второй половины 1908 года Людендорф не спускает глаз с разведаппарата. Он пополняет его сотрудниками, увеличивает бюджет «разведывательного бюро» (точнее говоря, отдела III В — так называется это бюро с 1899 года) до 450 тысяч марок. Весной 1913 года по настоянию Людендорфа главой спецслужбы назначают майора Николаи. Вскоре два этих конгениальных человека — Людендорф и Николаи — фактически начинают править страной.
Редко кто занимался делами спецслужб так старательно, как сорокалетний Николаи (кстати, по тогдашним понятиям, он считался «юнцом», «выскочкой»), Естественно, он потребовал, чтобы его ведомство расширили и превратили в целый отдел (что и сделают в 1915 году).