Страница 101 из 562
Подумать только, он до сих пор пребывает в блаженном неведении!
— Разумеется. Нам грозит опасность, которая минует не скоро. — Я вкратце обрисовал ему положение дел. Тем временем Чаранагуа Слим остановил повозку у нашего крыльца. Это был наполовину эльф, наполовину тролль; такого раз увидишь — не забудешь до конца своих дней. Невысокий, плотный, оба его родителя наверняка были самыми уродливыми среди своих собратьев. Слима считали душкой, но когда речь заходила о деньгах, он становился тверже камня. Я связался с ним лишь потому, что он был моим главным поставщиком святого напитка.
Дин помог Слиму закатить на крыльцо полный бочонок и отправился за пустыми. Сейчас Слима наверняка хватит удар — далеко не на всех пустых бочонках стоит его клеймо.
Я укрылся в кабинете. Совсем не обязательно, чтобы Слим меня видел. Брякнет где-нибудь кому-нибудь, а потом не оберешься хлопот. А то еще попробует воззвать к моей совести и заставит порвать с другими поставщиками.
Стоило мне сесть, как я услышал щелчок, с каким захлопнулась дверь. Со Слимом было что-то не то — он не ворчал, не жаловался на судьбу. Я вышел в коридор.
Мимо прошествовал Дин с бочонком на плече. Какой маленький, не хватит даже, чтобы намочить усы.
— Это что такое?
— Больше у него пока нет. Я забрал, что осталось.
Следом за Дином я вошел в кухню. Пустые бочонки никто не трогал.
— А с этими что?
— У него не было свободного места. Обещал вернуться. Говорит, дела идут неплохо, работает четырнадцать часов в сутки. Сами понимаете, солдаты домой возвращаются.
— Да уж. — Судя по всему, Танферу угрожает пивной дефицит. Очередной из нежданных ужасов мирного времени. Я кинулся к двери. Догнать Слима, купить у него повозку целиком. Превращу свой дом в пивохранилище…
— Гаррет, остановись.
Я досадливо махнул рукой и приник к глазку. Повозка Слима была битком набита бочонками и бочками.
— Сдается мне, это для правоборцев. Им наверняка требуется заправка. — Распитие пива есть существенная составная часть подготовки к демонстрациям.
— Эй, хрыч!
— Что?
— Посмотри-ка вон туда. Видишь? За домом старухи Кардонлос?
— Я вижу только девушку, отчасти состоящую из плоти и крови.
— Это Кэт. Та девица, благодаря которой я прокатился на крылатой лошади.
— Я ее поймал. — Не прошло и минуты. — Необычная девушка, Гаррет. Весьма любопытный экземпляр. Между прочим, она направлялась к нам, не подозревая, что наш дом является объектом пристального внимания. Несмотря на то, что она — отпрыск божества, ей не хватает божественного мировосприятия.
— Она с самого начала гением мне не показалась. Эй, Дин! К нам гости. Проводи девушку к его милости. Ей ни к чему знать, что я тоже дома.
Дин бросил на меня испепеляющий взгляд:
— Надеюсь, здесь замешаны деньги. У меня нет ни малейшего желания расшаркиваться за так перед очередной вашей подружкой.
— Это деловой визит. Просто впусти ее. Предложи чаю с булочками, а потом проводи к Покойнику.
— Слушаюсь, сэр.
— Спасибо.
Обе реплики прозвучали так, словно их авторов никто и никогда не обкладывал более тяжкой повинностью.
— Не за что, хрыч. Ты хотел потолковать с Кэт — пожалуйста. Действуй.
34
— Существа снаружи воспринимают ее как простую смертную. Я не ощущаю ни малейшего интереса.
— Занятно.
— Я бы сказал, весьма.
Никто не знал, кто такая Кэт, но она определенно участвовала в игре.
— Слушай, это может быть еще запутаннее, чем я предполагал.
— Возможно. Эта девушка никак не вписывается в мои выкладки. Вдобавок ее сознание окружено непроницаемой оболочкой, которая скрывает воспоминания и все прочее, кроме поверхностных мыслей. Впрочем, на поверхности находится вполне достаточно, чтобы понять, что она не принадлежит ни к шайирам, ни к годоротам.
— Отличные новости, старина. А то нам без нее хлопот было мало.
Дин продолжал ворчать. Дескать, в печи стоит пирог, а тут изволь торчать у двери. Похоже, все мои домочадцы, включая меня самого, потихоньку превращаются в компанию брюзгливых старикашек.
Должно быть, сказывается дурное влияние Покойника.
— Фью! Дин, с первого раза не открывай, пусть постучит еще. Мне нужно время, чтобы вернуть домой птицу.
Дин ответил в духе Попки-Дурака. Должен признать, я в глубине души ему посочувствовал.
— Гаррет, ступай в кабинет.
Вот мерзавец, по-прежнему читает мои мысли!
Я подчинился. Но ведь смотреть в щель между дверью и стеной мне никто не запрещал.
Дин выпрямился, словно проглотил палку. Очевидно, получал распоряжения. Он терпеть не мог, когда Покойник забирался к нему в голову. Я отпрыгнул от щели за миг до того, как он распахнул дверь, не дожидаясь повторного стука. И то сказать, какой там стук, когда подгорает пирог?
В дом ворвался Попка-Дурак. Он чуть было не свалил Дина с ног и завопил дурным голосом:
— Ах, какая милка! Хватай, придурок, чего вылупился?
— Что это такое? — пролепетала Кэт. Любопытно, в ночь нашего безумного полета она держалась куда хладнокровней.
Добро пожаловать в дом гнева, дорогуша.
— Домашний любимчик. Воспоминание о бурной молодости хозяина. Не обращайте на него внимания. Он не понимает, что говорит, — успокоил девушку Дин. — Удрал из дома, полетел на поиски мистера Гаррета и вот только что вернулся. Видите ли, мистер Гаррет, мой хозяин, куда-то запропастился. Должно быть, пошел по девкам. С ним это частенько бывает.
У, скотина! Задушу и не посмотрю на возраст!
— Гаррет, я предупредил человека по прозвищу Пройдоха. Он узнал птицу, но не принял предупреждения всерьез. По всей видимости, решил, что ты его разыгрываешь.
Замечательно.
— Недаром его прозвали Пройдохой, — прошептал я. Впрочем, а я послушал бы птичку, которую видел один-единственный раз в жизни, да и то в подпитии?
Навряд ли.
— Послушал бы, если бы у нее были рыжие волосы. Дин! Закрой, пожалуйста, дверь.
— Я всегда говорил, что у тебя нет чувства юмора.
Попка-Дурак продолжал выкрикивать всякие гнусности, словно принимая Кэт за Торнаду. А может, ему не хватало ума их различить?
Судя по доносившимся из коридора звукам, Кэт путалась под ногами у Дина; быть может, потому, что не знала, куда деваться от попугая. В самом деле, не станет же она сворачивать шею любимцу того дома, в который пришла.
Но тут мне открылась ужасная истина, словно высокое дерево обрушилось с грохотом за спиной громаднейшего на свете травоядного громового ящера.
— Эй, крошка, шевели ножками. Пошли дальше.
Херувим! Чтоб ему пусто было, херувим!
Попугай испустил душераздирающий вопль и полетел в глубь дома. Дин устремился следом, упражняясь в красноречии. Жужжание отдалилось. Хлопнула дверь передней.
— Никого. Зато воняет. Ладно, потопали, малышка.
Я пошарил за столом, отыскал дубинку. Что ж, настало время проверить, насколько крепок череп херувима.
— Спокойнее, Гаррет, спокойнее.
Младенец не замолкал ни на секунду. Под дверь моего кабинета из коридора начал сочиться дымок.
Проклятый попугай орал во всю глотку.
Дин продолжал изрыгать ругательства.
— Прояви терпение, — посоветовал Покойник. — Девушка взволнована. Это дает нам шанс. Я нащупал слабое место в оболочке, окружающей ее сознание.
— Шикарно, — пробормотал я. — А как насчет этого паршивого херувимчика?
— Херувимчика?
— Ну да. Он болтается в коридоре вместе с остальными. Такой карапузик с крылышками, как у стрекозы.
— Четырнадцатый, прекрати! — взвизгнула Кэт.
— Ах, этот! — Мне вдруг стало ясно, что сам Покойник не ощущает присутствия херувима. Должно быть, сейчас он смотрит глазами Кэт, поскольку я прячусь в кабинете. Дин к избранным не принадлежит, поэтому херувима скорее всего не видит.
Интересно, могут простые смертные чуять дым, даже если они не видят курильщика?