Страница 9 из 107
Самое смешное, что Дэн сочувствовал Кларе. Она, несомненно, была прекрасной матерью, но ее дети стали уже взрослыми и собирались скоро покинуть родительский дом. Возможно, она паниковала, так как понимала, что останется не у дел. Она все еще была достаточно молода и очень привлекательна, но, учитывая, что в жизни Клары никогда не было большой любви или хотя бы мимолетного увлечения, ее нельзя было винить в том, что она чувствовала себя обманутой.
Во время чаепития она дважды упоминала, каким трудным ребенком была Фифи. Это свидетельствовало о том, что Клара до сих пор не могла поверить, что ситуация изменилась. Дэн хотел расспросить ее поподробнее, но так и не осмелился. Фифи, кажется, не нравилось слушать рассказы о том, какой вредной она была в детстве. И он мог бы только ухудшить ситуацию.
Между Кларой и Фифи существовало множество разногласий, которые следовало бы решить, но обе они, к сожалению, отличались упрямством, и, скорее всего, никогда не пришли бы к компромиссу.
Дэну было интересно, что происходит сейчас в доме Браунов. Вряд ли Клара могла запретить Фифи с ним встречаться. Он полагал, что миссис Браун все же не настолько глупа, чтобы выставить дочь на улицу, так как в таком случае Фифи сразу прибежала бы к нему. Значит, для Клары оставался единственный выход — объявить Фифи бойкот и таким образом взять над ней верх.
Дэн тяжело вздохнул. С ним часто так обращались, когда он был ребенком, и это казалось ему пострашнее хорошей порки. И, насколько Дэн помнил, такой метод обычно срабатывал. Пройдет несколько недель — и мать сможет вертеть Фифи как угодно.
— Это всего лишь короткий ливень, он скоро закончится, — бодро произнес Дэн. Нельзя сказать, что он был обеспокоен этим дождем, просто Фифи не проронила ни слова, с тех пор как они укрылись под огромным деревом. И Дэн боялся, что она вот-вот объявит, что не хочет его больше видеть.
Со времени печально известного чаепития прошло несколько месяцев, и временами Дэн сам подумывал о разрыве. Он понимал, что для Фифи так будет лучше, если уж ее мама никак не могла его принять, и что в любом случае такая напряженная ситуация в конце концов приведет к разрыву отношений.
Но Фифи была твердо уверена, что ее родители изменят мнение, а если нет, то она собиралась уйти из дома. Дэну хотелось верить, что так оно и будет, но сейчас уже был конец августа, а ничего так и не изменилось. Клара Браун не уступала своих позиций, а Фифи по-прежнему настаивала на своем.
Что касалось Дэна, он был счастлив, пока Фифи любила его и могла с ним видеться. Но прошло несколько недель, и он заметил, что Фифи чувствует себя все более и более несчастной, как бы она ни старалась скрыть это от него.
Он догадывался, хотя Фифи и не заостряла на этом внимание, что мать продолжает на нее давить. Порой воскресным утром, когда Дэн встречался с Фифи, у нее были опухшие глаза, и он понимал — вчера вечером у них дома был скандал.
Он замечал, что Фифи плохо спала, — под глазами у нее часто были темные круги, она клевала носом над тарелкой и сильно похудела. Мысль о том, что она страдает из-за него, казалась Дэну невыносимой.
Фифи перестала встречаться со старыми подругами. И хотя в какой-то степени это произошло потому, что она предпочитала им общество Дэна, все же основной причиной было недоверие. Кто-то из них однажды проболтался своей матери, а та, в свою очередь, все рассказала Кларе. Фифи чувствовала себя преданной. Ее братья считали ее виновной в том, что в семье произошел раскол, так что единственным человеком, который оставался на ее стороне, была Патти.
Сегодня влюбленные отправились прогуляться в лес. Когда Дэн и Фифи вышли из автобуса возле подвесного моста, ярко светило солнце, но стоило им войти в лес, как разверзлись хляби небесные. Дэн догадывался, что сейчас Фифи думает о том, что после встречи с ним в ее жизни все пошло не так.
— Ну и грош им цена, — беспечно сказал Дэн, заключая ее в объятия и притягивая поближе к себе.
— Они и ломаного гроша не стоят, — мрачно сказала Фифи.
— Все так плохо? — спросил он. — А если воспользоваться волшебным взглядом и посмотреть, что получится?
— Я проделывала это с мамой, но даже если бы я смогла убрать ее снобизм, отбросить подозрительность и перекрасить ее черную душу в ослепительно белый цвет, передо мной все равно остался бы злобный дракон, — ответила Фифи, изо всех сил стараясь улыбнуться.
— Я не говорил, что нужно смотреть на нее, — сказал Дэн. — Я имел в виду другие варианты. Например, ты могла бы снимать квартиру вместе с какой-нибудь девушкой. Подумай только, как здорово было бы, если бы мы могли где-нибудь побыть вместе наедине.
— Мммм, — промурлыкала Фифи, уткнувшись лицом в его грудь.
Она все чаще подумывала о том, чтобы набраться смелости и, отбросив все предосторожности, снять где-нибудь комнату. Она говорила Дэну, что не решается на такой шаг из-за высоких цен, из-за страха сжечь все мосты и даже из-за того, что она боялась жить одна. Но эти причины были всего лишь отговорками, так как на самом деле она не уходила из дома только потому, что знала: они с Дэном станут любовниками, как только окажутся наедине.
Фифи мечтала немножко о другом. Она желала Дэна больше жизни, но боялась проблем, которые могли возникнуть. Две девушки из ее школы были вынуждены выйти замуж из-за беременности. Она видела, через какие трудности им пришлось пройти и как были расстроены их родители. Фифи поклялась, что с ней никогда не случится ничего подобного. Но теперь ей было уже все равно, расстроятся ли ее родители или даже придут ли они в негодование. Но она, конечно, не собиралась давать своей маме еще один повод презирать Дэна. А еще Фифи не хотелось начинать замужнюю жизнь с запятнанной репутацией.
Жизнь дома становилась невыносимой. Мать ей проходу не давала своими насмешками над Дэном и комментариями на тему величайшей ошибки в жизни ее старшей дочери. В основном Фифи удавалось игнорировать слова матери, но время от времени она огрызалась, и тогда Клара закатывала настоящий скандал. Каждый раз, когда такое случалось, Фифи изумлялась ядовитой злобе матери. Любой услышавший Клару счел бы Дэна серийным убийцей или решил бы, что он сотворил с миссис Браун нечто ужасное. Единственным способом избежать этих сцен было как можно реже появляться дома.
Все это лето Фифи жила лишь временем, проведенным с Дэном. Хотя она по-прежнему чувствовала себя счастливой, когда они были вместе, но мысль о том, что она сможет прийти домой лишь поздно ночью, часто портила ей настроение. Она пускала в ход всю свою изобретательность, чтобы придумать, чем таким заняться на выходных, чтобы это было не слишком дорого, — устроить пикник, совершить длительную прогулку, съездить на день в Уэстон-сьюпер-Мэр или в Бат. Но когда погода была плохая, они все так же сидели в пабах или кинотеатрах.
Сейчас снова шел дождь. Они стояли в промокшем насквозь лесу, и Фифи снова скрывала реальное положение вещей от Дэна, чтобы пощадить его самолюбие. Она отдалилась от подруг и от семьи, потому что любила его. Но она не была уверена, что ее хватит надолго.
— Поцелуй меня, может, это тебя развеселит, — предложил Дэн, наклоняясь к ее лицу.
Как всегда, от поцелуев Дэна Фифи сразу завелась, и когда его руки скользнули ей под блузку, расстегивая лифчик, она выгнулась навстречу, желая испытать трепет от его прикосновений. Но она уже знала, что будет дальше. Они будут возбуждаться все сильнее и сильнее, а затем, когда она будет вынуждена отступить, у обоих останется чувство неудовлетворенности.
— Не надо, Дэн, — прошептала она, убирая его руки со своей груди, но не отстраняясь.
— Я всего лишь живой человек, — произнес он со вздохом. — Я все время думаю только о том, как бы дотронуться до тебя.
Фифи выскользнула из его объятий и встала с земли, отряхивая юбку от влажных прилипших листьев.
— Что мы будем делать? — зло спросила Фифи. — Мы проводим массу времени, скитаясь повсюду, потому что нам некуда пойти. А когда настанет зима, будет еще хуже. Разве мы не можем просто пожениться и покончить с этим?