Страница 23 из 41
Но главный эффект был впереди.
Зима началась неожиданно, за одну ночь выпала чуть ли не месячная норма осадков. На следующее утро мы по пояс в снегу еле-еле пробились к своему объекту. Вот здесь-то и оценили рабочие находчивость бывшего разведчика.
Мы подтащили трактором компрессор к самодельной эстакаде, сдули воздухом снег со своих материалов, очистили лопатами от снега подкрановые пути и через несколько часов приступили к работе. Другие бригады всю зиму копались в снегу, разыскивая свои материалы.
Освобожденный от повседневной текучки, Соляник, думающий и знающий инженер, предвидел будущее. Немаловажно и то, что интересы бригады стали и его личными интересами.
Один раз он принес в прорабскую и положил передо мной смету на новую технику в сумме 10 тысяч рублей. В бригадах даже не слышали о существовании таких средств и в конце года они обычно пропадали. Мы же эту смету израсходовали полностью.
Федор Иванович был веселым и добрым человеком, любимцем бригады. Вспоминаю, как он хлопотал, чтобы каждому рабочему сделали персональную надпись на премиальных часах. Как в подшефной школе журил мальчишку: «Мне, старому солдату, стыдно, Миша, за твои двойки», — и тот неожиданно заплакал. Однажды, раздосадованный неудачным хождением по начальству, Федор Иванович написал и передал мне во время одного совещания записку: «Пахомыч, ты был прав: в штабах засела контра». Помню, я вложил эту записку в томик Агаты Кристи и дал кому-то почитать детектив, а бумажку убрать забыл, она долго еще гуляла по кабинетам, и все гадали, кого же имел в виду Федор Иванович?
Много сделал Соляник для бригады.
Перед уходом Федор Иванович признался мне, что прожил счастливый год, получил от своего инженерного труда настоящее удовлетворение.
Рабочие, вспоминая Соляника, говорили: «Вот это человек!»
Да, специалистов именно такого типа не хватает на подряде.
А теперь я хочу вернуться к событиям памятного для нас сентября 1973 года. Тогда впервые в стране на базе нашей бригады была организована Всесоюзная школа по бригадному подряду в промышленном строительстве, куда съехались гости со многих строек страны.
Собрались в здании теплоцентрали. Из окон всем гостям была видна дымовая труба. Вроде ничего особенного: труба, а из нее дым идет. Но этот дымок был вещественным доказательством рождения промышленного подряда. Даже кассир, выдавая нам премию, говорила, улыбаясь: «Это вам за дым!»
Для меня школа запомнилась вдвойне: в день ее открытия, 21 сентября, у меня родился внук Юра. Вот такое совпадение!
Та школа дала новый толчок к распространению бригадного подряда в промышленном строительстве.
Одно из главных событий года — трудовой рапорт Центральному Комитету КПСС. В нем мы докладывали:
«Бригадно-подрядный метод в промышленном строительстве внедрен. Первая очередь строительства теплоцентрали, принята Государственной комиссией с хорошей оценкой. Нормативный срок строительства сокращен на 87 дней».
После того сентября прошло много лет: привычным ив чем-то обыденным стало само понятие «бригадный подряд». Нет, кажется, больше его открытых противников. В пору и усомниться: а были ли они вообще?
Все проходит, все успокаивается. Многим сейчас кажется, что все у нас шло гладко, все дружно и единодушно согласились: давайте построим теплоцентраль по подряду. И построили — никаких проблем, трудностей…
А трудности были, и немалые, но наперекор им вьется легкий дымок из трубы ТЭЦ у Кольского залива, манит людей в Мурманск.
Наш подряд как и каждое новшество, прошел, как говорят в шутку, все три стадии:
— Такого не может быть!
— В этом предложений что-то есть…
— Кто же этого не знает? Это же очень просто! Движение вперед зависит только от людей — их стойкости и упорства. Ведь давно известно: само по себе ничто на свете не меняется.
Бригадный подряд в промышленном строительстве был инициативой, осуществлять которую пришлось в особых условиях. Может быть, для испытания на прочность это даже хорошо — проверить идею при самых суровых обстоятельствах.
И сейчас, хотя прошли уже многие годы с той поры, подряд по-прежнему остается непростым делом. Особенно трудно тем коллективам, которые строят промышленные предприятия.
Помнится, когда пускали теплоцентраль, я сказал в шутку:
— Так и запишите: не просто стройка, а хрестоматийный урок для студентов.
Члены приемной комиссии посмеялись, и я — вместе с ними.
А ведь прав оказался. Технология создания Мурманской ТЭЦ по бригадному хозрасчету и впрямь вошла в учебники.
Трудно прокладывать новые тропы. Но надо драться за новое, верить в дело, за которое берешься. Тогда и победа придет.
Уходящий 1973 год оставил волнующие, яркие воспоминания.
31 декабря Центральный Комитет КПСС поздравил наш коллектив, бригады Н. А. Злобина и И. С. Шевцова с досрочным выполнением повышенных обязательств. В приветствии говорилось:
«Ваши коллективы… выступили инициаторами быстрейшего ввода объектов в эксплуатацию с высоким качеством» и наименьшими затратами. Этот добрый почин широко поддержан многими коллективами строителей и вылился в массовое патриотическое движение».
В этот же день был опубликован Указ Президиума Верховного Совета о награждении 15 членов нашей бригады правительственными наградами за внедрение в практику промышленного строительства бригадного подряда
Год «спокойного солнца»
С праздничным настроением вступали мы в 1974 год. Работа на следующем объекте — мясокомбинате — началась спокойно и уверенно.
Вообще 1974 год мы назвали годом «спокойного солнца». На всех сооружениях мясокомбината — а их, как и на теплоцентрали, набралось более десятка — царила здоровая деловая атмосфера. Подряд как будто окрылил людей.
Все больше специалистов становилось на нашу сторону. Недаром у инженеров на нашем участке после нескольких лет работы на хозрасчете возникла шутка: «Другие в стране еще не могут работать по подряду, а мы уже не можем работать без него».
Искренним энтузиастом подряда был инженер Юрий Александрович Кочарыгин. Он работал вместе с нашей бригадой прорабом. Юрию Александровичу часто задавали вопрос: как относятся инженеры к подряду? Он отвечал обычно, что у инженерно-технических работников отношение к подряду разное. Одни считают подряд обременительной нагрузкой, дополнительной ответственностью. Другие называют его рабочим почином, о котором пошумят и забудут. Третьи, иронически улыбаясь, заявляют, что их мнение «не для печати». Четвертые к подряду относятся пассивно. Эти, пожалуй, вреднее всех. Они не мешают подряду, но и не помогают. А что такое не помочь подряду? Это значит сорвать его. Наконец, есть те, кто принял подряд умом и сердцем. Они-то, что называется, и делают погоду. Инженеры на участке вместе с рабочими шли непроторенной тропой. Не раз над их головами проносились бури. Участок угрожающе сотрясали толчки неразумного планирования, и каждый раз инженеры вставали на защиту метода, принимали на себя удары в виде выговоров, теряли премии, рисковали служебным положением.
Юрий Александрович принял подряд всей душой.
Ему не раз задавали такой вопрос: что привлекает его лично и других инженеров управления в бригадном подряде, а что настораживает?
— Инженер, работая с подрядной бригадой, имеет возможность больше заниматься чисто инженерным делом, — пояснял Кочарыгин. — Раньше забота о выполнении плана, о сдаче объектов лежала только на мне, а теперь она по договору легла и на бригаду. Мы разделали ношу. И мне в этом смысле легче. Не нужно подгонять людей — они сами торопятся — только успевай помогать. Рабочие стали шире мыслить. В год — два этапа, работают перспективно. Но, взяв на себя ответственность за объект, бригада отнимает у нас, инженеров, и часть «власти». Рабочий в подрядной бригаде не такой, как в обычной. Он не подчиняется беспрекословно, спорит.
Кочарыгин прав. Я сам наблюдал такую сценку. Плотник Николай Вилякин, получив от мастера эскиз опалубки, не сразу взялся за пилу, покрутив листок и так и этак, отправился в прорабскую к Юрию Александровичу и начал сверять эскиз с чертежами: «По-моему, здесь другой размер».