Страница 23 из 24
Глава 11
Тодда разбудил яркий солнечный луч. Было очень рано, и он никак не мог сообразить, где он и почему спит в одежде. Совсем проснувшись, он вдруг все вспомнил: они едут на мотоцикле, ночь, ослепительный свет встречных фар и безжизненное тело Лиз на шоссе.
Никогда раньше он не испытывал такого страха, как в те мучительные часы, когда Лиз была на волосок от смерти. Оставалось лишь надеяться на умение и настойчивость врачей. Состояние Лиз было очень тяжелое, врачи сомневались, переживет ли она ночь. Тодд не находил себе места, ожидая известий от мистера Коллинза, который остался дежурить у палаты с родителями Лиз. Сам он решил не показываться им на глаза. Надежда сменялась отчаянием. Наконец стало известно, что непосредственной опасности для жизни нет. И Тодд, падая с ног от усталости и всего пережитого в ту ночь, примостился на кушетке в холле и незаметно для себя уснул. Проснувшись с первыми лучами солнца, он поспешил к палате Лиз. Нед и Элис Уэйкфилды все еще сидели у двери в палату. Тодд робко подошел к ним В эту минуту он ничего не боялся, пусть ругают или даже прогонят. Главное узнать, как Лиз.
— Как она? — взволнованно спросил он.
— Без изменений, — устало ответил Нед Уэйкфилд.
— Слава Богу, у нее нет травмы головы, — добавила миссис Уэйкфилд.
— Да, обследование ничего не показало? — согласился Нед. — Но Лиз пока в коматозном состоянии.
— Сколько еще— начал было Тодд. Нед пожал плечами и покачал головой, Внезапно дверь распахнулась т» вошел Стив, неся поднос с едой. Увидев Тодда, он дал наконец волю чувствам, которые сдерживал всю эту долгую ночь.
— Зачем ты явился? — закричал он. — Уходи сейчас же! Я не могу тебя видеть!
— Но я не виноват, это несчастный случай, — пытался объяснить Тодд.
— Что ты говоришь! Если бы не ты со своим мотоциклом, ничего бы не было. Ты виноват! Зачем ты взял ее с собой?
— Перестань, Стив. Ведь я люблю Лиз. Неужели ты думаешь, я хотел ей плохого?
— Я ничего не думаю. Но я тебя ненавижу! Врачи говорят, Лиз повезло, что она осталась жива. Но неизвестно, как все пойдет дальше. Как ты смел посадить ее на мотоцикл?!
— Стив, перестань, — раздался голос Джессики. Она вышла из палаты, и все сразу повернулись к ней.
Проведя ночь у постели сестры, она едва держалась на ногах. Глаза опухли, Тушь и пудра растеклись по щекам. Спортивный костюм изрядно помялся, Впервые в жизни Джес не заботилась о том, как выглядит, — Во всем виновата я одна, — произнесла она безжизненным голосом.
— Джес, ты не понимаешь, что говоришь! — воскликнул отец.
— Нет, знаю, папа. Вчера у меня не хватило смелости сказать вам, почему Лиз поехала с Тоддом. Это все из-за меня. Я не заехала за ней, как обещала. Мне казалось, есть дела поважнее.
Сначала Джес еще как-то держалась, но тут слезы так и хлынули у нее их глаз.
— Не надо себя винить, Джес. Этим горю не поможешь. — успокаивала Элис рыдающую дочь.
— Ты не виновата, Джес, — поддержал Элис Тодд — Это все знают, Самое главное, что мы сейчас все вместе.
— Я теперь поняла, что ты по-настоящему любишь Лиз, — сказала Джессика, вытирая слезы — Когда я сидела ночью у кровати Лиз, я вдруг вспомнила слова Макалистера. Полицейские тащат его, а он говорит. «Я ведь хотел завтра купить у него мотоцикл». Ты решил его продать из-за Лиз, да?
Тодд кивнул — Зачем он мне, если мы с Лиз не можем ездить на нем. Моя покупка просто потеряла смысл — горько заметил он — Почему же ты не сказал об этом вчера? — спросил Нед Уэйкфилд.
— А что бы изменилось? — возразил Тодд. — Мы все были так расстроены, что я не хотел лезть со своими неуклюжими объяснениями.
— Мистер Коллинз вчера рассказал нам, как все было, — обратился к Тодду Нед — Я знаю характер Лиз, вряд ли ты смог бы отговорить ее ехать. Мы больше не виним тебя.
— Спасибо, мистер Уэйкфилд, — тихо сказал Тодд. — К сожалению, Лиз от этого легче не станет, Весь день Лиз не приходила в сознание. Если бы не трубки, прикрепленные к ее руке и не шум аппарата искусственного дыхания, можно было подумать, что она мирно спит. Джессика была готова ни на секунду не отходить от сестры, только бы позволили врачи. Глотая слезы, она молила Лиз открыть глаза.
— Лиз, ты должна прийти в себя, — не переставала она упрашивать. — Я без тебя не смогу жить.
В палату пускали только родных, но этой ночью Тодду удалось проскользнуть незамеченным. Джессика сидела у кровати Лиз. Тодд на цыпочках подошел к ней и сказал несколько ободряющих слов — Джессика выглядела безмерно усталой.
— Я случайно услышала разговор врачей, — сказала она, — чем дольше Лиз находится в коматозном состоянии, тем у нее меньше шансов выжить.
— Лиз выкарабкается, я уверен, — произнес Тодд, взял стул и сел с другой стороны кровати. Просто должна выкарабкаться.
Джессика перевела взгляд с Лиз на Тодда и спросила:
— Ты все еще винишь себя?
— Да, я не должен был брать ее с собой, а уж без шлема и подавно. И как это мне не пришло в голову, что в субботний вечер на дороге наверняка окажется какой-нибудь пьяный мерзавец. Если не Джерри, то другой.
— Когда я увидела ее на дороге, я была готова тебя убить, — призналась Джессика. — Мне сразу вспомнился Рекси. Я столько всего передумала в эти дни. Да, я, конечно, виновата. Ведь я с самого начала знала, что не заеду за Лиз в клуб. И она напрасно меня прождет. Ты не поверишь, но мне было на это наплевать. Я оказалась плохой сестрой.
— Джес, — мягко сказал Тодд, — Лиз знала, что ты за ней не заедешь.
— Знала?
— Да. Она видит тебя насквозь. Недаром вы близнецы. Она могла бы сама добраться до «Каравана». Но ей вдруг захотелось прокатиться на мотоцикле, Я очень удивился, Я ведь знал, как она относится к мотоциклам. Я бы скорее ожидал этого от тебя. Неразумное, непонятное желание, — Да, это на нее не похоже, — согласилась Джессика. — Но, знаешь, когда Лиз поправится, я буду относиться к ней совсем по-другому. Я постараюсь загладить свою вину.
— Лиз очень тебя любит. И я уверен, тебя она ни в чем не будет винить.
— Зато я себя виню, — прервала его Джессика. — Я всегда, пользовалась нашим сходством. Как только какие неприятности — мы переодевались, и Лиз всегда доставалось вместо меня. Помнишь, как она сдавала за меня экзамен на экскурсовода? А я даже на поблагодарила ее.