Страница 11 из 19
Нет! Трисия так сильно прикусила губу, что почувствовала вкус крови. Она должна перестать думать об этом. Заставлять Стивена страдать так же, как страдает она, было эгоистично и жестоко.
«Отпусти его, – прошептал голос разума. – Если любишь его, отпусти».
Да, так будет лучше.
Она видела, как Кара и Джессика прогуливались по лужайке, их головы время от времени склонялись друг к другу. Несомненно, они говорили о Стивене, строили планы. В следующий уик-энд Кара и Стивен поедут на вечеринку, и вполне возможно, что встретятся и в эти выходные. Про нее он забудет. Но так и должно быть. Он снова будет счастлив. А для нее разрыв скоро не будет иметь значения, ведь через несколько месяцев ее не станет.
8
– Что-то странное происходит, – сказала Элизабет.
В буфете она поставила поднос на столик рядом с Тоддом. Тодд проглотил кусок гамбургера и сказал:
– Звучит, как первая строка приключенческого романа. – Его карие глаза озорно блеснули. – И уже есть улики, Шерлок?
– Прекрати, Тодд, я серьезно, – ответила Элизабет, садясь за стол.
Но не выдержала и слегка улыбнулась. Тодд был таким шутником. Чувство юмора – это то, что она больше всего ценила в своем парне. Плюс – метр восемьдесят с хвостиком тренированных мышц, роскошная каштановая шевелюра и, конечно, его лучезарная улыбка.
– Я это все о Стиве и Трисии. Стив сказал мне, что расстались они по желанию Трисии. Но она так себя ведет, что начинаешь думать, что все произошло по-другому. В одном я уверена точно: она до сих пор любит его. Я чувствую это, хотя она и не говорит.
– Для тебя же лучше, что ты такая чуткая, – сказал Тодд, ущипнув ее за кончик носа. – Хотя я понимаю, о чем ты говоришь, – уже серьезно продолжил он. – Я ведь с Трисией в одной группе, и не думаю, что все эти дни ее сильно интересовали занятия.
– Откуда ты знаешь?
– Сегодня утром я как раз заглянул ей через плечо, когда проходил мимо. Она разглядывала фотографию Стива, которую вложила между страниц. И до меня, кажется, дошло. Именно по тому, как она на нее смотрела, и ни по чему другому. Как будто, – он понизил голос, – это трудно описать… как будто Стивен сам ушел или еще что-то. Наверное, это странно?
Элизабет покачала головой:
– Нет, я тоже так думала. Тодд, скажи мне, что происходит? Я знаю, это не мое дело, но чувствую, что уже втянулась. Стив – мой брат, и мне на самом деле нравится Трисия. Это просто ошибка, что они расстались, если до сих пор любят друг друга.
– Согласен с тобой, – сказал Тодд. – Но что мы можем поделать? Если бы мы попытались вмешаться, они бы только рассердились.
Элизабет вздохнула:
– Боюсь, Джессика уже позаботилась об этом. Она свела Стива с Карой.
Тодд выронил вилку:
– С Карой Уокер? Да ты шутишь! Бедный Стив! Теперь тебе необходимо посоветовать брату следить за тем, что он говорит при Каре. Иначе его личная жизнь будет активно обсуждаться «общественностью» Ласковой Долины.
– Не думаю, чтобы Стиву на самом деле нравилась Кара. Возможно, он встречается с ней только для того, чтобы ревновала Трисия.
Элизабет рассеянно ковыряла вилкой в своей тарелке. В конце концов, она надеялась, что Стив не влюбится в Кару.
– Ты пробовала поговорить с ним об этом? – спросил Тодд.
Она кивнула:
– Он считает, что у Трисии другой парень, но я в этом не уверена. С чего ей быть такой несчастной, если у нее есть другой?
– Ты права. Я тоже в это не верю. Я как-то не могу представить Трисию с кем-то еще, кроме Стива. Они настоящая пара.
– Ты хотел сказать, как мы? – Элизабет кормила Тодда французской рыбой из своей тарелки, и, когда он стал кусать ее за пальцы, она всерьез отдернула руку.
Тодд засмеялся:
– Посмотри правде в глаза. Такой пары, как мы, нет. Если бы мы были немного сильнее влюблены друг в друга, то дело кончилось бы умопомешательством!
– Тодд, ты такой романтик.
Тодд чмокнул ее в губы. Удивительное сочетание сладкого и соленого! По телу Элизабет прокатилась теплая волна. Это всегда оказывало на нее такое действие, словно это был ее самый первый поцелуй. Может быть, поэтому она так беспокоилась за Стивена и Трисию. Она-то знала, что значит кого-то сильно любить. Для нее даже мысль, что она потеряет Тодда, была невыносимой.
– Может, тебе нужно поговорить с Трисией? – предложил Тодд. – Понимаешь, как женщина с женщиной. Возможно, она просто стесняется сказать об этом Стиву.
– Я думала об этом. Сегодня я пыталась поговорить с ней, но она даже не заикнулась о Стиве. И потом, мы с Трисией не так хорошо знаем друг друга. Мне бы не хотелось, чтобы это выглядело, будто я что-то выпытываю для своего брата.
– Не представляю, чтобы она так подумала. Скажи ей правду, что просто пытаешься помочь, потому что видишь, как они оба несчастны. Почему она должна тебе не верить? С первого взгляда видно, какая ты искренняя.
– Надеюсь, ты не будешь упрекать меня в бестактности?
– Я? Ни капельки, – передернул плечами Тодд. – И советую действовать решительно, пока Кара не запустила свои коготки поглубже.
Элизабет тяжело вздохнула. Тодд был прав. Но что же ей останется делать, если Трисия не поверит ей? Уже ничего. Только уйти в сторону и наблюдать, как ее брат и Трисия губят свои жизни.
Это была ужасная мысль.
«Вот и наступил этот день», – подумала Джессика, надевая свою форму сестры милосердия.
На этот раз она действительно решила убедиться, что Джереми обратил на нее внимание.
– Джес, да проснись же ты, – сказала Элизабет, когда ее сестра не вышла из лифта на втором этаже. – Родильное отделение находится здесь.
– А-а… На прошлой неделе я кое-что забыла наверху, – прошептала Джессика, надеясь, что дверь лифта закроется до того, как мисс Норе увидит ее и опять отправит относить грязные пеленки.
Приближаясь к палате Джереми, Джессика почувствовала, как заколотилось сердце, но она была уверена, что на этот раз она сумеет завоевать его внимание. Как знать, может, у нее будет шанс реально помочь ему. Ободренная этой мыслью, она наполнила кувшин водой из холодильника, чтобы взять его с собой на случай, если он захочет пить.
Она вплыла в комнату, собираясь покорить Джереми. Посмотрев в сторону кровати, она увидела там медсестру и слегка расстроилась. Но как можно очаровательнее улыбнулась – Джереми должен увидеть ее с лучшей стороны. Джессика подошла к медсестре и… застыла на месте.
Джереми был совершенно голый! Медсестра обтирала его мокрой губкой, а он так и лежал без одежды. Джессика слегка вскрикнула, и кувшин, который она держала в руках, накренился вперед, выплеснув ледяную воду на голый живот Джереми.
Джереми так завопил от неожиданности, что чуть не рухнул потолок, и попытался сесть. Но его сломанная нога была подвешена слишком высоко. Он мог только беспомощно болтаться из стороны в сторону, пока медсестра торопливо пыталась промокнуть живот полотенцем.
Наконец Джереми ткнул в Джессику пальцем и прохрипел:
– Ты!
Медсестра уставилась на нее:
– Что ты здесь делаешь? Ты хочешь довести этого человека до инфаркта?
– Я… я только пытаюсь помочь, – бормотала Джессика.
– Помочь? – Джереми и медсестра отозвались хором.
Заплакав от обиды, Джессика повернулась и вылетела из палаты. Почему надо расстраиваться из-за капельки воды? Ведь это была не ее вина. Откуда она знала, что все так получится?
– Что… что ты наделала?!– Элизабет в ужасе уставилась на сестру, когда Джессика рассказала о случившемся.
Они сидели в комнате для отдыха медсестер во время перерыва. Элизабет чуть не подавилась овсяным печеньем, которое грызла.
– Но я же не специально, – защищалась Джессика. – Я только хотела помочь.
– Еще одна такая помощь, и Джереми может никогда не выйти из больницы живым, – предупредила Элизабет.
Джессика попробовала улыбнуться:
– По крайней мере, я заставила его обратить на меня внимание. И это только начало, ведь так?