Страница 1 из 12
Екатерина Анашкина
Часть ПЕРВАЯ
I
— А ты уверена, что она прилетит именно этим рейсом?
— Ну конечно уверена, Ленка! Она мне вчера звонила, просила встретить, — Полина нервно переложила букет из одной руки в другую, по пути машинально сунув нос в душистые розовые бутоны.
— Обалдеть! А ты, как всегда, пятки насалила и готова мчаться к ней по первому зову, — насмешливо произнесла Куприянова, поигрывая ключами от машины. Полина оставила ее язвительное замечание без внимания.
— Уж полночь близится, а Гамлета все нет, — снова нараспев проговорила Ленка. — К чему бы это? Не иначе, как к дождю. Оставь цветочки, а то ты их так совсем занюхаешь.
Полина отмахнулась от подруги, продолжая всматриваться в толпу. Мимо них то и дело проезжали груженые под потолок телеги. Утомленные долгим перелетом пассажиры были похожи на разбуженных во время спячки взлохмаченных барсуков. Толкающиеся поблизости таксисты-нелегалы всем подряд предлагали доехать до центра столицы нашей Родины по цене билета на звезду Альфа Центавра. Какой-то ребенок лет четырех, в съехавшей на одно ухо флисовой шапочке, уже минут десять голосил на одной ноте:
— А пить? Мам, ты обещала водичку купить!
— Замолчи, Ричард! — не особенно стараясь его успокоить, время от времени рявкала на него его мамаша, которая старательно высматривала кого-то, кто, видимо, должен был их встретить. Мальчик попытался присесть на чемоданы и сложная конструкция тут же с грохотом развалилась. Отвесив сыну увесистый подзатыльник, отчего шапочка тут же еще больше съехала набок, женщина ловко побросала тюки обратно на телегу.
Ленка наклонилась к самому уху Полины и жарко зашептала:
— Глянь на эту парочку! Тоже мне — Ричард Львиное сердце! Нет, Полька, я все-таки никогда не пойму таких ненормальных! Надо же было назвать пацана таким жутким именем. Вместо того, чтобы такие несуразные имена давать, лучше бы водички ему купила. Будет теперь малый всю жизнь мучиться. Ричард Петрович Голопупкин. Как тебе?
— Да ладно тебе желчью-то брызгать, Ленка! Они все-таки из Америки прилетели. А там все эти отчества никому не нужны. Тем более, что у мальчишки, вполне возможно, отец-американец, так что будет он Ричард Винстон или Блэк какой-нибудь. Да где же она, в конце концов! — она в который раз взглянула на часы.
— Поль, а может я все-таки пойду, а? — заныла Куприянова. — Я лучше в машине вас подожду. И я, кстати, тоже пить хочу. Духотища здесь — жуть с ружьем!
— Да ты с ума сошла? — испугалась Полина. — Как мы тебя потом искать будем? Я, пока мы от стоянки сюда по всем этим ходам-переходам чапали, сто раз уже заблудилась бы, если б не ты. Нет, Лен, ты не уходи. Там скорее всего просто очередь на паспортном контроле.
— Ты-то откуда знаешь? Один раз в Турцию по горящей путевке слетала — все, крутая стала, звезду себе на лоб повесила? Сколько раз говорила тебе, что надо чаще из дома выбираться? Специально туры всякие выискивала, маршруты составляла. Все впустую, бестолочь ты упрямая.
— Но ты ведь знаешь, что я не просто так на деньгах сижу. Я экономлю. Тебе с твоей зарплатой можно и в Испанию смотаться и в Зальцбурге на лыжах покататься, а я сама знаешь сколько получаю на своей должности.
— А Денис твой ненаглядный? Мог бы выложить копеечку и свозить тебя куда-нибудь. Он-то, поди, побольше твоего зарабатывает! Сам-то совсем недавно в Штаты катался, а ты как клуша весь отпуск на даче попой вверх торчишь цветочки-огурчики сажаешь-поливаешь, как будто тебе не тридцать три, сто тридцать три!
— Лен, ты прекрасно знаешь, что Денис ездил не на курорт, а в командировку. Он работает, а не развлекается. Тем более, что мы хотим сразу после свадьбы трехкомнатную квартиру в ипотеку взять.
— Ой, мама дорогая, держите меня семеро! Это тебе он так сказал или ты сама себе опять сказок навыдумывала? Все эти ваши ипотеки, кредиты и прочее — только разговоры в пользу бедных. Вы уже почти полтора года встречаетесь, а воз и ныне там. А в последнее время что-то твой возлюбленный вообще к тебе носа не кажет. Опять оскорбился и вильнул хвостом?
— Я знаю прекрасно, что ты его терпеть не можешь. Но это моя жизнь и мне решать, кого я люблю, а кого нет. Просто у нас небольшой кризис в отношениях. Денис очень ранимый. Но он обязательно вернется, ведь так уже было, и не раз. Он мне, между прочим, предложение сделал.
— Интересно, а он об этом помнил, когда в очередной раз дверями хлопал? — Ленка увидела, что глаза Полины начали наливаться слезами и вздохнув ткнула ей в руку пачку носовых платков.
— Ну, ладно тебе, не обижайся. И не реви, я прошу тебя, тушь потечет! Я ведь тебе добра желаю! Поль, сколько можно терпеть его выкрутасы? Я прекрасно знаю, что ты можешь оправдать кого угодно, но ты же не дура, на самом деле! Когда до тебя дойдет, что этот эгоист сел тебе на шею и ножки свесил? Зачем ты все это терпишь?
— Я, в конце концов, семью хочу, — Полина подняла влажные глаза на подругу и, увидев ее полунасмешливый, полужалостливый взгляд, пошла в атаку:
— Да, хочу, представь себе! Я ему ребеночка рожу, а может и двух. И будем мы счастливы…
— И умрете в один день, — язвительно закончила Ленка. — Ладно тебе, Колобова, не заводись! А насчет работы, ты все-таки подумай, может и правда ко мне перейдешь?
— Хватит, — строго прервала ее Полина. — Это нереально и ты сама об этом знаешь не хуже меня. Вон там, по-моему, есть какой-то ларек. Может, купим попить, а?
— Ой, блин, Колобова, ты знаешь сколько здесь она стоит? Меня жаба душит покупать стакан воды за такие деньги! Терпи, в машине целых два литра болтаются.
Полина снова стала пристально вглядываться в лица пассажиров, то и дело выходящих из стеклянных дверей.
— Лен, а как ты думаешь, они все с одного рейса? Ты представляешь себе, какой должен быть самолет, чтобы всех этих людей и вещи поднять да еще и перенести за несколько тысяч километров! Обалдеть просто можно!
— Наивная ты, Колобок, сил моих нет! И это, Поль, — Куприянова немного замялась, — Ты Ольге ничего не говори пока о своих делах, лады? Сами разберемся. И не вздумай ляпнуть, что я к тебе переехала.
Полина заметно побледнела.
— Хорошо, не скажу. Зачем еще ее впутывать? Только она ведь все равно поймет, что ты у меня живешь.
— Как? Она что, экстрасенс, эта твоя замечательная Ольга Львовна? — с едва сдерживаемым раздражением спросила Лена.
— Нет, конечно, но ведь ее квартира в соседнем доме. По-любому, она рано или поздно застукает или тебя, или твою машину.
— Ничего, это я беру на себя. Главное сама держи язык за зубами. Сегодня я имею совершенно легальный повод остаться у тебя на ночь, — и она выразительно провела по горлу пальцем, — А потом что-нибудь придумаем.
Полина неопределенно покачала головой. Она совершенно не хотела и не могла больше думать об ЭТОМ.
Она привстала на цыпочки и почти в тот же момент завизжала так, что даже неумолкающий Ричард прервал свой монотонный плач и уставился на нее своими зареванными глазищами, и бросилась навстречу девушке, которая показалась из ворот.
Такую девушку невозможно было не заметить. Шикарная шуба подметала изящными хвостиками пол зала ожидания, небрежно подколотые волосы плавной пепельной волной спускались на плечи, слегка капризная линия губ была едва тронута нежно-розовой помадой. Глаза за дымчатыми стеклами дорогих очков казались загадочными и волнующими. Небольшой элегантный чемоданчик, перетянутый ремешками, на фоне проплывающих мимо тюков и толстых сумок, казался таким же невесомым, как и его хозяйка.
Полина подбежала к ней и повисла у красавицы на шее:
— Олька! Ну наконец-то! Я уж думала, не дождусь! Ой, а это тебе! — спохватилась она и протянула букет.