Страница 11 из 88
— Возможно, ты спасла их жизни, Ариэль, — сказала Нандита, и девушка чуть не подпрыгнула, когда услышала голос пожилой женщины прямо из-за спины. Девушка мрачно оглянулась на нее через плечо и направилась на кухню, чтобы помочь с рюкзаками.
— Другие девушки растерялись, — продолжила Нандита. — Ты — нет. Я благодарю тебя за это.
Кесслер бросила на Хочи яростный взгляд, но обе промолчали.
— Ты так и не сказала нам, куда мы направляемся, — произнесла Ариэль.
— Какое это имеет значение? — спросила Мэдисон, которая вошла, держа у бедра Арвен. — Мы должны уходить, мне все равно куда.
— Куда отправился эта группа, имеет значение большее, чем все остальное в этом мире, — сказала Кесслер. В ее голосе звучал легкий ирландский акцент. Хочи, ее приемная дочь, была мексиканского происхождения, но прожила с Кесслер так долго, что, когда она злилась, в ее голосе появлялся тот же перелив.
А сейчас она еще как злилась.
— Ты знаешь, что она не это имеет в виду, Эрин.
— Да, мы должны унести детей подальше от Партиалов… — начала Мэдисон, но резко замолчала, не успев закончить фразу. Ариэль почувствовала, как все взгляды обратились на нее, но ничего не сказала. — Солдат-Партиалов, — поправилась Мэдисон. — Сегодня у нас было безупречное прикрытие, но оно едва не подвело.
— Я не предлагаю остаться, — произнесла Кесслер. — Я просто согласна с Ариэль. Мы должны знать, куда направляемся.
— В ту же лабораторию, где я провела почти весь последний год, — ответила Нандита.
— Это нам ни о чем не говорит, — сказала Ариэль.
Нандита вздохнула.
— А что, если кто-то из вас попадет в плен? Вас могут пытать, выведать место и перехватить остальных нас прежде, чем мы туда доберемся.
— На что, как ты думаешь, этот поход будет похож? — спросила Ариэль. — Двое младенцев, старуха и практически никаких навыков выживания. Мы будем держаться вместе просто для того, чтобы остаться в живых. Найдут одну из нас — найдут всех.
Нандита бросила на нее яростный взгляд, но мгновение спустя заговорила:
— До Раскола на крошечном острове у восточного мыса Лонг-Айленда находилась правительственная лаборатория — Центр исследования болезней на острове Плам. Благодаря ее изолированности от континента стало возможно изучать наиболее заразные организмы, но, судя по всему, та же изолированность спасла лабораторию, когда весь остальной мир рухнул. В центре есть собственный источник энергии, система рециркуляции воздуха и воды и герметически запечатанные помещения — разрушения этого места не коснулись. Именно там я приготовила это.
Она приподняла кожаный мешочек размером с ладонь, который висел у нее на шее. В мешочке находилась маленькая стеклянная склянка с химическим активатором, активатором, который выпустит… нечто, что скрывалось в телах Ариэль и Изольды. Раньше Нандита думала, что это будет лекарство от РМ, но, учитывая произошедшую с Ханом неожиданность, женщины могли только гадать.
— Если в мире и осталось хоть одно место, где я смогу изучить и исцелить болезнь Хана, то только там.
Ариэль предположила, что у Нандиты, должно быть, были и другие мотивы, но сейчас у девушки не было времени об этом думать. В комнату вошла Изольда. Хан спал у нее на груди — это был один из тех редких моментов, когда он терял сознание от изнеможения. Изольда казалась настолько же вымотанной.
Ариэль посмотрела на Нандиту, встречаясь с ней взглядом.
— Ты действительно можешь его спасти?
— Я ничему не позволю меня остановить.
Они оценивающе смотрели друг на друга. Ариэль задавалась вопросом, о чем пожилая женщина думает, какие выводы делает из выражения ее лица и отношения.
— Если ты действительно можешь помочь ему, — сказала Ариэль, — тогда я не стану останавливаться ни перед чем, чтобы помочь тебе сделать это.
«И как только он будет в безопасности, я убью тебя».
Глава 7
Генерал Шон, предводитель войск вторжения Партиалов, спешился во дворе заставы в Догвуде. Он передал поводья своему помощнику, Маттсону. Армия людей использовала догвудскую заставу для патрулирования Ист-Мидоу и сдерживания угроз, а Шону это место пригодилось для противоположной цели — чтобы не выпускать людей из поселения.
Так как это была наиболее отдаленная застава, здесь также оказалось удобно хранить некоторые тайны, о которых не должны были узнать ни Партиалы, ни люди. Линк во дворе трещал тревогой: Шон чувствовал нервозность и неуверенность солдат остальной части армии, но здесь Партиалы пребывали практически в ужасе, и не без причины.
Люди, судя по всему, воспользовались биологическим оружием. В Догвуде Шон держал трупы своих братьев-Партиалов, которые погибли от этой неизвестной болезни.
— Вы уверены, что здесь безопасно, сэр? — спросил Маттсон.
— В противном случае я бы никого здесь не оставлял, — ответил Шон. — Зайдем внутрь.
Он пытался излучать как можно больше силы и уверенности, надеясь, что его пример подбодрит солдат. Лучше бы здесь находился настоящий генерал, а не Шон: он являлся просто еще одним пехотинцем, как и другие здесь, созданным для того, чтобы подняться не выше сержанта, но, когда остальные офицеры погибли от «срока годности», доктор Морган повысила его.
Полномочия среди Партиалов определялись не просто званием, это был биологический факт: генерал мог распоряжаться своими подчиненными, заручившись их послушанием через линк, а те передавали команды начальства, пользуясь собственными полномочиями. Все знали свое место и не задавали вопросов, и система работала. Сейчас же армия разваливалась без лидера, и Шон ощущал это сильнее, чем кто-либо. Он заставил себя отбросить эти мысли, пытаясь выказывать столько уверенности, сколько мог.
— Генерал, — произнесли охранники и отдали ему честь, когда он приблизился. Это были те, кого Шон лично выбрал для Догвуда: их не приводил в смятение вид пехотинца в форме генерала. Он отсалютовал им в ответ, и охранники открыли дверь в главное здание. Сильно запахло антисептиком, и один из охранников предложил Шону бумажную маску, чтобы прикрыть рот и нос.
Шон помедлил, не желая приглушать действие линка, но охранник покачал головой:
— Поверьте мне, сэр, это не будет лишним. Линк продолжает действовать, просто ослабевает.
Шон взял маску и жестом приказал Маттсону сделать то же самое. Они вошли внутрь, где, резко отсалютовав, их встретила старая подруга Шона.
— Сэр, добро пожаловать в Догвуд.
Сержант Мишель водила бронетранспортер Шона по время Изоляционной войны, и с тех пор они сражались вместе еще в десяти или двенадцати военных кампаниях, большинство из которых велись против других Партиалов после Раскола. Так как на Лонг-Айленде находить топливо для бронетранспортеров было непросто, после успеха вторжения Мишель приказали вернуться на континент, но Шон попросил, чтобы ее оставили при нем тактиком. Теперь Партиалка возглавляла заставу в Догвуде. Усталый привкус ее линка сообщил Шону, что она была так же измучена требованиями своей новой должности, как и он.
Шон отсалютовал в ответ.
— Сержант.
— Спасибо, что прибыли, генерал, — сказала Мишель. — Жаль, что у меня только плохие новости.
— Еще жертвы?
— Двое, хотя они были размещены в Ист-Мидоу. Я изолировала тела и отправила их бывшие подразделения на Дакетт-Фарм.
Шон вздохнул:
— Они знают, что находятся на карантине?
— Они знают, что им не позволено покидать место. Возможно, они подозревают правду, не могу сказать точно. Даже если они догадались, то вряд ли поняли, что задействовано биологическое оружие.
— Мы запрограммированы генетически справляться с любой болезнью, — произнес Шон. — А теперь появился недуг, который мы превозмочь не в состоянии. Не представляю себе, за что еще они могут это принять.
— Я лишь надеюсь на лучшее, сэр, — ответила Мишель. — Пока никто из них не заболел, как и из подразделений, которые мы отправляли на карантин раньше. Так что, думаю, мы спасли их всех, разве что они являются носителями заболевания, но оно не проявляется.