Страница 2 из 93
Одним словом прослыл Прошка Ломакин по деревне великим ловеласом, да таким, что девчонки сами стали бояться к нему близко подходить, а вдруг от него одним только дуновением ветра можно подзалететь!
Теперь Прошке по вечерам и ночам стало совсем нечего делать!
Тогда бабка Евдокия приобрела любимому внучонку ноутбук с мобильным Интернетом, так тот до рассвета стал резаться в онлайн игры. Особенно парню понравились виртуальные танковые сражения, когда через коллиматорный прицел видишь вражеские танки, метелишь их вдоль и поперек из своей танковой пушки. Прошка в этих виртуальных боях дошел до полного совершенства, он добился того, что даже через броню танка стал видеть все поле боя. Вскоре по всей виртуальной России наш Прошка прослыл лучшим танкистом поединщиком. Вскоре никто из парней оппонентов по всей России-матушке не хотел больше с ним встречаться и сражаться на поле боя, все равное этот танкист победит!
Парень такое положение дел очень сильно переживал. Танкам он был готов отдать всего самого себя, а другие любители танковых боев, увидев его позывной "Атаман" в списках участников боя, тут же отказывались сражаться с ним, все равно это парень поединщик в бою победит.
А к этому времени выпускные экзамены в средней школе подошли.
Прошка был вынужден от своих любимых танков оторваться на пару месяцев, чтобы подготовиться к сдаче государственного единого экзамена. Он, по натуре своей домоседа, страшно не любил в школе вообще появляться, приходил туда только для того, чтобы подготовить или сдать какую-нибудь контрольную работу по русскому языку или математике, или какой-либо экзамен по другому предмету. Преподаватели школы за эти прогулы его тоже не очень-то любили, но были вынуждены этого горе ученика терпеть по двум причинам. Ну, во-первых, Прошка к их великому удивлению учился только на отлично, любой предмет он знал только на пятерку. И, во-вторых, потому что его бабкой была знаменитая на всю округу колдунья Евдокия Андреевна, которую все боялись, даже директор школы.
Еще в первом классе директор школы от внучка этой колдуньи, нежелающего посещать учебные занятия в школе, попытался избавиться выставлением двоек из-за его, якобы, немотивированных прогулов. Двойки регулярно выставлялись, а в конце учебного года директор издал приказ об оставлении ученика отличника Прошки на второй год в первом классе из-за двоек по поведению. Но сразу же после подписания этого приказа со школой начало твориться, черт знает что!
С ней стали происходить странные случайности, причем, одни только несчастья. То крепкая школьная стена внезапно обрушится. То канализация выйдет из строя, по школе нельзя было даже пройти. То стекла разом из школьных окон повылетают. Но самый страшный случай произошел, когда перед новым учебным годом в школу приехала областная приемная комиссия, а их микроавтобус вдруг застрял посреди школьного дворика. Машина не могла тронуться с места, а члены комиссии не могли выйти из микроавтобуса. Все сразу засуетились, забегали вокруг микроавтобуса, а сделать ничего не могут. Причем, все преподаватели и ученики старших классов почему-то на директора школы вопросительно поглядывали! Да и сам директор школы прекрасно знал истинную причину происходящей чертовщины!
В конце концов, стальные нервы директора школы не выдержали, он побежал в канцелярию школы и на компьютере одним пальцем отшлепал приказ о переводе Прохора Ломакина во второй класс. И собрался он бежать к Евдокии Андреевне, чтобы показать подписанный и отштампованный по всем правилам приказ, но не пришлось. Как только на приказ была поставлена школьная печать, то на мониторе компьютера мелькнуло лицо деревенской колдуньи, она коротко кивнула головой и произнесла:
- Спасибо!
И вся морока с комиссией во дворе школы тут же благополучно разрешилась. Члены комиссии покинули микроавтобус и, как ни в чем не бывало, продолжили осмотр школы, чтобы определить ее готовность к новому учебному году. Все сразу же забыли о том, что только что происходило на школьном дворике, но этого случая так и не смог забыть сам директор школы! С того времени он далеко стороной обходил ученика второго и последующих классов Прохора Ломакина. При этом он не обращал ни малейшего внимания на то, что преподаватели часто жаловались на то, что этот ученик школы очень уж редко посещает уроки по их школьным предметам. Прошка же учился только на отлично.
Таким образом, Прошка добился того, что его лень была официально признана в школе. Он теперь мог нерегулярно посещать уроки в этой сельской школе. В седьмом классе совершенно неожиданно для всех и, прежде всего, для самого себя, Прохор Ломакин вдруг получил тройку по физкультуре. Все ученики и преподаватели школы тотчас же замерли в ожидании профилактических санкций по школьному физкультурнику со стороны деревенской колдуньи, но таковых, как не ждали, почему-то не последовало. А Прошка превратился в регулярного посетителя уроков физкультуры, он начал бегать кроссы по утрам, стал постоянным посетителем только что открывшегося в деревне клуба юных каратистов. В следующей четверти тройка по физкультуре заменилась четверкой. А затем у парня снова восстановилась устойчивая пятерка и по данному школьному предмету, но уроки по физкультуре Прохор Ломакин продолжал регулярно посещать.
Экзамены по ЕГЭ Прохор Ломакин сдал на одни пятерки и, получив право свободного поступления в высшее учебное заведение страны, категорически отказался куда-либо поступать. Он пошел учиться на курсы сельских трактористов, которые закончил с красным дипломом. Проработав на тракторе в поле какую-то недельку, Прошку забрили в российскую армию. Во время призыва военком поинтересовался у Прошки, кем бы тот хотел быть в рядах вооруженных сил страны? На что Прошка, подумав, ответил:
- Танкистом.
Российская армия встретила Прохора Ломакина не очень-то гостеприимно. Такие же, как он, парни, правда, чуть старше возрастом, пришедшие в армию раньше его на полгода, попытались сельского парня превратить в некого салабона, а главное унизить, как личность, и сделать из него шестерку на посылках.
Прошка сопротивлялся, как мог, дрался отчаянно!
Он мог выстоять против одного или двух бойцов, но, когда на него наваливался полностью весь взвод, то парню приходилось очень плохо. Однажды, ему пришлось три месяца пролежать на госпитальной койке после одной из таких "дедовских" разборок. Это произошло на третьем месяце его службы в танковой дивизии. Танков к этому времени он еще и в глаза не видел. "Деды" его колотили, как они говорили, больше в воспитательных целях, чуть ли не каждый день.
Лежа на госпитальной койке, Прошка задумался над тем, почему у него не получается служба в родной армии. Он так мечтал стать танкистом, водить в бой грозные машины. В газетах и на галовидении много писалось и рассказывалось о таких же, как он, молодых парнях, которые водили в бой свои грозные машины и побеждали врага. Ему же с утра до вечера приходилось мыть полы и унитазы в туалетах казармы, получать от сержантов и "дедов" тычки кулаками в бок и оплеухи за плохо выполненную работу. С начала службы он пару раз слышал о существовании командира своего взвода, лейтенанта Чернышева, но того еще ни разу в глаза не видел. Для него царем и богом в армии стал старший сержант Беглов, который не давал ему и минуты отдыха, поручая все новую и новую работу по мытью туалетов и чистке каптерок. Но сколько бы рядовой Ломакин не размышлял над проблемой выхода из этого трудного положения, в котором так внезапно оказался, парень ничего так и не смог придумать.
Через неделю рядовой танкист Ломакин покинул госпиталь, явился в свой взвод для дальнейшего прохождения туалетно-санитарной службы. В тот момент его танковая дивизия стояла на ушах, готовясь к встрече Нового Года. Случилось так, что за трехмесячное отсутствие Прошки во главе туалетно-санитарной службы встал новый только что призванный из Москвы бедолага, а о существовании Прошки Ломакина сержанты взвода попросту забыли. Старший сержант Беглов с бешенством в глазах посмотрел на Прошку, но ничего поделать уже не мог, так как был по горло занят организацией дивизионного концерта художественной самодеятельности. Но его злобная натура все-таки взяла вверх, пробегая мимо этого растяпы чмыря, он хрипло приказал: