Страница 79 из 99
- Нет, потому что мне она только что сказала, что ты горячая штучка. Откуда она это знает? Значит и ты её бывшая?
- Врёшь, ты это только что придумала.
- Не вру
- Нет врёшь
- Да, это она всё врёт. Откуда ей знать какие у меня соски и, тем более, как они реагируют на ТВОИ поцелуи?
- А вот это мы сейчас проверим
Она целует меня, и я растворяюсь без остатка, в её губах, в её руках и в этом городе. Весь Париж создан только для нашей любви, и только для наших поцелуев. Мы отрываемся друг от друга лишь тогда, когда вокруг раздаются аплодисменты. Оказывается мы, не одни на Монмартре и мы стоим, обнявшись, в окружении улыбающихся людей - в городе, где всё пропитано любовью. Мы целовались под Эйфелевой башней потому, что захотели проверить, будет ли отличаться вкус поцелуя внизу от вкуса поцелуя на верху – проверили, отличается. Внизу сладкий и нежный, а на верху – солёный с острыми пряностями. Мы целую вечность смотрели на вечный город с высоты птичьего полёта, и прижимались друг к другу так крепко, как только могли. Мы впитывали этот город и этот воздух вместе с пряными поцелуями. Потом на самом носу водного трамвайчика мы целовались, потому, что хотели проверить разницу с поцелуями на корме, оказалось одинаково. Но за поцелуй на носу кораблика, мы получили три приветственных гудка от капитана и аплодисменты пассажиров с верхнего яруса. В Версале мы решили целоваться во всех комнатах дворца, но после того как выяснилось, что их семьсот - сдались в тридцать четвёртой, под аплодисменты одной из экскурсионных групп.
На Русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, мы целовались после посещения могил Тарковского и Галича, в память о них и в память об их творчестве. На могиле Галича задержались чуть дольше, там, на надгробии есть цитата из заповедей Иисуса Христа: - «Блаженны изгнанные за правду» - как бы, не пророческими оказались эти слова. Понимать эту заповедь надо так: - блаженны те, которые гонимы за веру и благочестие, за добрые дела свои, и блаженны они потому, что им воздастся в царствии небесном.
- Интересно ему воздалось уже? Он ведь не только был изгнан, но и погиб при странных обстоятельствах?
Что-то ещё вспомнилось из последних слов Галича, но мы уже подходили к могиле Бунина.
- А ты знаешь, что у Бунина был сложный любовный треугольник в жизни? И даже не треугольник, а квадрат?
- Нет, я о Бунине мало знаю, только что-то из школьной программы «Тёмные аллеи» и так далее...
- Эх молодёжь… Слушай: – Это происходило уже в эмиграции, во Франции. У Бунина, знаменитого писателя и женатого человека, случился бурный роман с молодой женой, другого эмигранта, белого офицера. Возникшая страсть была настолько сильной, что молодая девушка бросила мужа и переехала жить к писателю.
- А куда он жену дел - бросил?
- Нет, не бросил, стали жить втроём.
- Ого, круто. Шведской семьёй и жена смирилась? Я так не смогу, я тебя ни с кем делить не буду. Ты только моя.
- Я согласна, но слушай дальше, это ещё не конец, это только треугольник: - Какое-то время они жили втроём, не очень счастливо, но жили, пока где-то в гостях не познакомились с известной певицей Маргой, которая сразила молодую любовницу Бунина, и отбила её у великого писателя.
- О да, это мне как раз понятно, вам палец в рот не клади… ты меня тоже сразила, в первый же день и отбила.
- Отбила? От кого это я тебя отбила? Нет-нет молчи, ничего не хочу знать.
В этот момент к нам подошёл мужчина, отделившийся от небольшой группы людей неподалёку. Он извинился, и представился помощником правнучки Бунина, после чего очень вежливо попросил уступить им место на могиле. Правнучка проездом во Франции и вот между рейсами, буквально на пять минут, приехала на могилу своего знаменитого предка. Ей очень неудобно, но она просит пойти навстречу и дать ей побыть одной на могиле, почтить память предка. Мы с Анной, непроизвольно, посмотрели в сторону небольшой группы. Там в окружении нескольких спутников, стояла элегантная женщина, в чёрном элегантном костюме и в чёрных очках.
- Конечно.
Мы пошли дальше, удивляясь такому совпадению, на кладбище сколько глаз хватало не было ни одной живой души, только мы и эти люди, и вот, поди ж ты - помешали друг другу.
Следующим местом, где мы остановились, была могила Врангеля. Анна воспользовалась остановкой и, прижавшись ко мне щекой, проговорила:
- Тебе не кажется, что мы делаем слишком большой перерыв между поцелуями
- Кажется. Это правнучка виновата, сбила весь ритм, теперь придётся навёрстывать.
- О, смотри опять от неё идёт кто-то.
- Ну это уже хамство, что она ещё и Врангелю родственница что ли, и мы опять ей мешаем?
К нам снова подошёл, тот же мужчина
- Большое спасибо, что дали нам возможность посетить могилу, госпожа Бунина хочет лично сказать вам спасибо. Можно ей подойти к вам?
Мы переглянулись, я незаметно пожала Анне руку
- Конечно
Правнучка, интересная, стройная женщина, лет сорока пяти, подошла к нам и остановилась, разглядывая. Потом сняла очки. Под ними оказались очень внимательные и грустные глаза.
- Спасибо, я понимаю, что мы поступили нетактично, нарушив вашу прогулку, но у нас действительно очень мало времени и уже пора уходить. Спасибо, что дали мне время посетить могилу прадеда - спасибо.
Потом, вдруг, перешла на русский язык и спросила, с характерным европейским акцентом:
- Вы русские?
- Да
- Из России?
- Да
- Я ещё не была в России, но обязательно съезжу. Вы очень красивая пара. Я уверена, что мы ещё встретимся и я смогу поблагодарить вас по настоящему – удачи вам.
И ушла.
- Класс какой, всё-таки чувствуется порода, а?
- Если бы она не смотрела ТАК на тебя, я бы согласилась, а так… уж и не знаю, зачем она подходила.
- Вот ты стерва всё-таки.
Лондон Анна-Мария домик мамы
- Мне кажется, мы зря это делаем. А вдруг она после, позвонит твоему папе и расскажет о нас?
- А что она расскажет? Что я привела тебя в гости? Ну и что?
- Да у нас на лбу всё написано. Как она относится к таким отношениям, ты знаешь? Она небось внуков от тебя ждёт не дождётся, а тут облом.
- Нет, мама у меня что надо, я её очень люблю и уверена она порадуется за меня.
- Только давай не объявляй с порога, что ты заделалась лесбиянкой, и привела к ней на смотрины, тётеньку, которая тебя соблазнила.
- Это ещё, кто кого соблазнил... Ты честно сопротивлялась.
- Это ты так думала, что я сопротивляюсь, а на самом деле так было и задумано
- Опять врёт, - и обращаясь куда-то в пространство – да, с ней просто сладу никакого нет, обязательно чего-нибудь соврёт. Ну, всё - звоню. Готова?
Мы стоим перед калиткой маленького домика в дальнем пригороде Лондона. Вокруг типично английский ландшафт, луга, овцы, дорожки. Лена волнуется и ей это идёт – смелая, уверенная охотница превратилась в обычную, влюблённую девушку. Беру её за руку и нажимаю звонок.
Лондон в гостях у мамы. Мама
- Какие вы молодцы, что выбрались ко мне. Берите, берите пирожки, Елена не стесняйтесь. Может не только чай, но и посерьёзнее что-нибудь, а то ехать ещё обратно. Когда будете ужинать…? А лучше оставайтесь ночевать, у меня есть гостевая спальня, одна конечно, но, я так понимаю, вам две и не нужно. Вам там будет удобно, большая кровать, душ и туалет там же, наверху. А моя спальня здесь на первом этаже, так что мы друг другу никак не помешаем.
Стесняются, сидят как две школьницы, как будто не видно кто они друг другу. Дочь глаз не отрывает от своей Елены. Кто бы мог подумать, всегда такая капризная, разборчивая, а тут видно что влюблена по уши, светится вся. Ещё две недели назад, когда неожиданно прилетела, было понятно, что не ко мне, а к кому-то. Теперь понятно к кому, даже удивительно, что бывают такие пронзительно красивые люди как эта Елена. Но в глазах у неё есть какая-то тайна, какое-то знание. И твёрдость тоже есть. Сильная. Когда дочь пошла на кухню помогать с посудой, я взяла Елену за руку, тёплая и очень приятная.