Страница 42 из 99
За бортом парома неторопливо проплывают скандинавские пейзажи, тяжёлое, низкое, серое небо. Серое, холодное море и холодная полоска берега между ними – мечта. Иметь бы здесь домик на берегу, чтобы по вечерам сидеть у камина с Аней, слушать шум моря и стук её сердца.
Аэропорт Хельсинки Виктор и Елена.
- Боже мой, ты нисколько не изменилась, а ведь лет десять уже прошло.
- Да, лет десять. Ты тоже всё тот же. Морщин только, немного добавилось.
- Спасибо, но это не правда, я каждый день бреюсь и вижу в зеркале, что время идёт.
- Тебе даже на пользу. Некоторые люди становятся красивее с возрастом - ты один из них.
- Ладно врать-то, а то поверю. Жаль, что ты только проездом. Может, денёк другой побудешь у нас? Илма была бы рада, попарились бы вечерком, а? С ней только ты можешь потягаться, по-русски с веничком. Когда ты последний раз парилась по-настоящему?
- Это правда, с Илмой лучше всего, и парилась я уже… Не помню когда.
- Вот видишь, а у меня всё готово, и домик там же на берегу озера и банька в порядке. Я на улице большую купель организовал, с ледяной водой – мечта. И венички берёзовые и квас, как ты любишь. Давай? А потом по рюмочке «столичной» из морозильничка… у меня такие солёные огурчики в этом году получились – закачаешься, с хренком. Ну? Уговорил?
- Уговорил, но не сейчас, надо сделать дело, а потом обещаю – обязательно приеду.
- Эх, как жаль. Ладно, но если не приедешь – помогать больше не буду. Давай, перекладываем картины. Ого, современные, зачем тогда я нужен?
- На всякий случай, вот в этих двух, внутри, спрятаны старые.
- Понятно. Дорогие?
- По пятьдесят тысяч долларов каждая.
- Это примерно по сорок тысяч еврейских рублей – понятно.
- Что за еврейские рубли? Евро что ли?
- Да, мы тут так шутим. Ну, расценки ты знаешь. Сама как всегда на автобусе?
- Да.
- Правильно, а встречаемся, как обычно в Сафпороге?
- Да, всё как обычно, на старом месте. Ну всё, я пойду, сдам машину обратно в прокат, а ты езжай потихоньку - удачи.
- Как же я рад, что ты снова появилась, прямо помолодел на десять лет.
Кабинет Брагина
- Слушаю
- Георгий Николаевич, к Вам Резников
- Пусть заходит. Да, Миша, что у тебя?
- Тарханова сегодня ночью въехала в Россию, через Финскую границу, и при ней не было никакого багажа. Въехала на автобусе, но до первой остановки не доехала. Там её ждали наши ребята, после наводки с таможни. Автобус приехал по расписанию, но её в нём не было, сошла где-то по дороге и они её потеряли. Всё.
- Значит не только Голландцы раззявы?
- Да, очень грамотно всё делает.
- За мастерской и квартирой смотрим?
- Так точно, но уверен, она там не появится.
- А телефон?
- Выключен, я говорю, всё делает очень грамотно.
- Мы, что-то упустили? Она суперагент что ли?
Брагин с возмущением смотрит на своего сотрудника.
- Нет, Миша, она просто художник. Давай накрути хвост своим людям, пусть работают. Разбаловались…, только бизнесменов крышевать мастера, да водку жрать? А чуть, что посерьёзнее, сразу - упустили. Это баба Миша, баба, а не Джеймс Бонд. Идите и работайте, а то разгоню к чертям собачьим.
Кабинет Брагина через десять дней.
- Резникова ко мне.
- Вызывали?
- Да, есть новости о Тархановой? Выставка сегодня вернулась в Москву. Она нас кинула что ли?
- Тогда зачем въехала в Россию? Там бы и сидела, странно.
- Что мы можем сделать для её поиска?
- Завести какое-нибудь дело и объявить в розыск официально. Можно, какое-нибудь мошенничество припаять.
- Нет, новое не нужно, зачем портить показатели, давай к какому-то уже открытому делу пристегни.
- Понял.
В кармане у Брагина раздался звонок сотового телефона. Он достал его и немного прищуриваясь, посмотрел кто вызывает, и тут же знаками стал показывать Резникову, что звонит Тарханова.
- Сможешь быстро отследить, откуда она звонит?
- Попробуем, только говорите подольше.
Михаил выскочил за дверь кабинета, на ходу отдавая нужные команды.
- Срочно соедините меня с Рагулиным из технического отдела.
Брагин, подождал ещё один гудок и ответил на вызов.
- Да, слушаю.
- Всё готово.
- Отлично, где вы?
- Не важно, через час на территории заброшенного детского лагеря «Чайка» в Измайлово, что рядом с улицей Московский проезд. В центре. Если увижу много народу, встречи не будет.
И выключила телефон.
- Алё, алё, далеко, можем не успеть…
В кабинет вернулся Резников.
- Мы не успели. Что она сказала?
- Назначила встречу через час в Измайлово, вот адрес.
Быстро пишет на бумажке и отдаёт Резникову.
- Условия нам ставит, а? Нет, её надо обязательно грохнуть, только за это хамство. Как быстро туда доедем?
- Минут двадцать-тридцать.
- Поедем на двух машинах, иначе вспугнём. Давай быстро, собирай людей.
У Брагина опять зазвонил телефон и Резников по-деловому напрягся.
- Она?
- Нет, это адвокат, как чувствует, надо же. Да Андрей Абрамович, Брагин. Только быстро, а то я спешу.
- Передо мной стоит адвокат Тархановой, Витенька, говорит вы в курсе, что он, после вашего звонка, должен забрать бумаги на освобождение Халитовой. Таки да? Я ему верю? Он хороший мальчик, я знаю его семью, они очень приличные люди, и до сих пор он всё делал правильно. Но вот он стоит передо мной, без звонка от вас, и я беспокоюсь.
- А, бумаги готовы?
- Обижаете, у Андрея Лейфера всегда всё готово, за это вы мне и платите. Всё в полном порядке, она, хоть завтра может, выходить на свободу.
- Да, хорошо подтверждаю, но отдадите ему их, только после моего дополнительного звонка через час, не раньше. Пусть сидит, ждёт.
- Я, абсолютно всё понял – ждём вашего звонка.
Пустырь заброшенного лагеря.
Брагин
Чувствует опасность девка, молодец, но шансов у неё нет, сейчас заберём картину, и ребята отвезут её в лес подальше. Что они с ней сделают перед тем как грохнуть – не моё дело. А Аня? Она вроде успокоилась, вроде подействовали фотки, ну и славно.
Вот и она.
- Миша, остановись здесь, не подъезжай слишком близко, а то вспугнём ещё.
Машины остановились. Из одной вышли Брагин с Резниковым и охранник, из второй ещё трое.
- Слушайте задачу ещё раз. Вы трое остаётесь возле машины, я, Миша и Николай идём к ней. Если картины с ней нет, то, скорее всего, перенесём встречу. Но вы, Миша, должны будете сесть ей на хвост, и выяснить где она её прячет. Если опять потеряете – пиздец, уволю за профнепригодность. Если картина с ней и нужного качества я её забираю, а вы - показывает на Михаила и ещё двоих - сажаете девчонку в машину и увозите в лес, и чтобы я её больше не видел. Всё понятно?
- Так точно, всё понятно, или следим за ней, или отвозим в лес. А может и в лес не нужно, здесь тоже подходящее место, тихое…
- Как хотите.
Елена
Две машины, вот козёл, просила же поменьше людей, или это и есть поменьше, а сколько же тогда обычно, пять машин что ли. Ладно.
Не доезжая метров сорок, обе машины остановились, из них вышло шесть человек. Посовещались, Брагин отдал какие-то распоряжения, и в сопровождении двух человек пошёл в мою сторону.
Брагин
- Георгий Николаевич, у неё под курткой кобура с пистолетом.
- Уверен? А то размер груди соответствующий, легко и ошибиться.
- Уверен, я такие вещи сразу вижу.
- И что? Ты испугался?
- Нет, но …
- Подойдём ближе, никуда не денется. Или ты свой дома забыл?
- Мой всегда со мной, я без пистолета чувствую себя голым.
Не торопясь подходим к художнице, вокруг какие-то руины, здесь только фильмы ужасов про вампиров снимать. И она вся в чёрном, рядом с чёрным автомобилем - охренеть, даже жутковато.
- А девочка-то о-го-го. Можно мы её не сразу убьём?