Страница 3 из 99
Елена замолчала, взяла чашку чая со столика, сделала несколько глотков, поставила и посмотрела вначале на меня, потом на галеристку. Та не удержалась:
- А что с девушкой?
- А что с ней может быть? Сидит в колонии строгого режима… уже лет пять, и сидеть будет ещё долго.
- Это она их убила?
- Нет
- А почему её посадили?
- Ну, кого-то должны были посадить, всё-таки два трупа…
- Ужас, и это всё есть в картине?
- Не знаю, это было в моей голове когда я её писала, что получилось судить уже зрителям. Но кое-что вы ведь увидели, может, и остальное увидите со временем.
- Обалдеть, почему ты не рассказывала мне раньше?
- Я думала ты видела, что там нарисовано.
- Нет не видела, и это есть во всех твоих картинах?
- Конечно
- Твою мать…
- А есть ещё картины посмотреть?
- Да есть, ещё одна висит в моём кабинете и называется «Третья жизнь кошки», а ещё одна стоит в запаснике и называется «Разлука»
- Можно посмотреть?
- Да конечно, пойдёмте.
Мы поднялись и пошли в кабинетик где висела картина с названием «Третья жизнь кошки». Среднего размера работа, состоящая как и первая из набора линий, точек и цветных пятен. Преобладающая цветовая гамма – красный. Мы остановились и стали вглядываться в неё. Картина вызывала смутное беспокойство, но ухватить что-то похожее на конкретные фигуры сходу не получилось. Какое-то время взгляд бесцельно блуждал по линиям и пятнам, как вдруг, что-то стало проявляться. Сначала я увидела два кровавых пятна и, вроде как, фигуру человека, потом другую фигуру - мужчина, а первая фигура кто? Похоже, женщина - да, точно, только в странной позе, убита? Да, вся в крови. Или ранена? Чёрт, а вот ещё слой, вижу. Нет не вижу…, нет вижу. Ещё одна фигура, всего три, две женские и одна мужская… Хлоп, всё закрылось. В чём дело, куда делось изображение? И что за навязчивый звук? Откуда он идёт? Из моей сумочки – телефон.
А-а-ах, как не вовремя.
- Алё, да Игорь (которому за пятьдесят), хорошо, завтра. Машину? Нет-нет не нужно, я сама за рулём. Счёт? Сегодняшнюю консультацию вы оплатили, следующий счёт появится после того, как я посижу у вас в бухгалтерии и смогу прикинуть объём работ. Да. Пропуск нужен на меня и мою помощницу. Ок, сейчас пришлю смску с именем.
- Извините, одну секунду.
Я отправила смс и вернулась к картине. Хозяйка галереи, Жанна, продолжала смотреть, отыскивая скрытые изображения. Обернулась ко мне:
- Смотрите, вот одна фигура, вот вторая, а вот третья. О, и даже четвёртая, тёмная, видите? Видите у этой женской раны и у этой мужской тоже. Куда-куда-куда, твою мать, закрылось. Лена не томи, рассказывай, что здесь.
- Да, пожалуйста, очень интересно.
Я оглянулась на художницу и вздрогнула, она смотрела на свою картину очень, тяжёлым взглядом. Взгляд хищника, который голоден и разозлён, не хотела бы я попасться ей под руку в такой момент.
Однако она заговорила, голос низкий, тягучий, через силу.
- Всё правильно вы увидели, есть здесь и раненные и убитые. На картине изображена одна счастливая, влюблённая девушка, которая не ко времени вернулась домой, и застала любимого человека в постели с другим. В руке у неё оказался пистолет и она застрелила любовника своей подруги, после чего направила пистолет на неё. И убила бы, а потом себя, но в этот момент в комнату ворвались охранники убитого и начали палить во что попало, два раза попали в нашу героиню. Обе раны были смертельные. Охранники подошли к девушке, чтобы добить её, но вмешалась подруга, взяв пистолет убитого, она застрелила их обоих. После чего отвезла девушку в больницу, а затем сдалась в полицию, взяв вину за всех убитых на себя.
Девушка, несмотря на два смертельных ранения, выжила. Два месяца она пролежала в коме, потом несколько месяцев тяжёлого лечения. После выхода из больницы она, узнав, что её подруга сидит в тюрьме, навестила её там. Во время свидания, они не произнесли ни одного слова, молча, сидели и смотрели друг на друга. Затем девушка встала, и, не прощаясь, ушла - Она её не простила…
Последние слова были сказаны, тихо, но очень акцентировано, с нажимом. После чего наступила мёртвая тишина. Все переваривали услышанное. Трагическая история, спрятанная в картине, вышла из неё и полностью захватила присутствующих. Первая пришла в себя Виктория:
- О боже, давайте сделаем перерыв, нужно отдохнуть.
- Давайте, у меня есть хороший коньяк. Вы будете Виктория?
- Да, с удовольствием. Я куплю обе картины.
- К сожалению, «Третья жизнь кошки» не продаётся, а «Короткое счастье» пожалуйста.
- Очень жаль. Пять тысяч вы сказали? У меня с собой нет всей суммы. Можно я оставлю задаток, а завтра привезу остальное и заберу картину?
- Хорошо, Елена ты не против?
Елена сидела с отсутствующим выражением лица, находясь где-то далеко. Может быть в той трагической спальне, а может быть на свидании в колонии. Только с третьего раза она услышала обращение к себе и усилием воли вернулась в галерею.
- Что? Конечно, раз человеку понравилось пусть берёт.
Странно, зачем Жанна спросила у художницы разрешения отдать картину, она ведь висит не просто так и цена есть… радоваться должны, что появился покупатель. Жанна, как будто, услышала мои мысли:
- Вам повезло, она, когда присутствует при продаже, не всегда соглашается отдать работу. Без неё – пожалуйста, бери кто хочешь, а вот в присутствии… И обращаясь уже к Елене:
- Слушай, в каталоге каждую картину нужно сопроводить подробным рассказом сюжета, думаю…
- Ни в коем случае, пусть сами поработают и «увидят», это же искусство живописи, а не искусство рассказа.
- Ну и зря.
Жанна хотела поспорить, но увидев непреклонный взгляд Елены, отступила.
- Ладно, позже обсудим, ох коньяк хорошо пошёл. Ещё по чуть-чуть, Виктория?
- Да, конечно
Я подвинула свой фужер. Хозяйка галереи обернулась в сторону кабинетика и попросила:
- Олечка, принеси нам коробку конфет, пожалуйста, ту, что в баре за бутылками.
Через минуту Оля вышла с коробкой в руках, и положила её на стол. Я посмотрела на неё и ахнула, глаза заплаканные и одновременно преданные, смотрит на Тарханову как на божество. Жанна тоже увидела это.
- О-о, пропала девочка, садись с нами, на выпей немного, а то упадёшь от нервов, у меня самой что-то сердце прихватывает от таких историй.
Оля села, взяла бокал, не моргнув, выпила, посидела несколько минут, а потом когда коньяк чуть-чуть снял напряжение, вздохнула и спросила:
- Елена, это всё было с Вами?
Художница посмотрела не неё, потом на меня (мурашки поползли по спине от её взгляда и ответа, который, возможно, сейчас услышу), потом на Жанну, отвернулась и после невероятно длинной паузы одними губами выдохнула:
- Нет
- Твою мать, у меня сейчас точно будет сердечный приступ, давайте бокалы.
Елена не пила с нами, сидела молча, потом посмотрела на часы и стала собираться.
- Жанна, мне пора, когда ехать осматривать объект?
- О, я и забыла, бассейн. Давай завтра?
Елена кивнула.
- Секунду, сейчас позвоню им, согласую.
Она достала свой телефон, нашла номер, вызвала и приложила трубку к уху.
- Ирина Владимировна? Это Жанна, да, здравствуйте. Я уговорила Тарханову посмотреть объект, и если всё как мы говорили, то, скорее всего, она возьмётся за работу. Не за что, не за что, но ей важна процедура взаимодействия, кто даёт задание, кто принимает, кто имеет право вмешиваться, а кто нет… Да, да, понятно, ну мы так и думали. Хорошо. Когда можно подъехать? Мы готовы и завтра. Нормально? Ну часикам к одиннадцати, двенадцати, как дорога… Пораньше? К десяти?
Жанна посмотрела на Елену, та согласно кивнула.
- Хорошо к десяти, договорились.
Она, со вздохом облегчения, нажала кнопку отбой, и тут встретилась с вопросительным взглядом Елены. Возникла напряжённая пауза. Жанна очевидно смутилась.
- Что?