Страница 32 из 50
— Хорошо, я согласен, — сказал Имре. — Но есть ли в этом смысл? Если наши методики будут использованы и пущены в дело здесь, на Западе, раньше, чем у нас, это невольно вызовет подозрение. Я буду, вероятно, отстранен и стану для вас бесполезен. — Имре нашел в себе силы для иронии. — Почему бы вам просто не купить лицензию? Это обошлось бы не так уж дорого!
— Документация нужна мне только как залог или, если хотите, как гарантия вашего с нами сотрудничества! — Бенкс сделал вид, что не заметил иронии. — В дальнейшем же вы будете получать только такие задания, которые не будут вас компрометировать.
— А взамен, значит, я получу свою дочь и зятя? — Имре понимающе кивнул.
— Больше, гораздо больше! Не будет следствия и судебного процесса, не будет кампании в прессе, не будет причин для взрыва возмущения демократической общественности. И плюс ко всему этому в солидном швейцарском банке будет открыт счет на ваше имя. После выполнения каждого нашего задания, в зависимости от его важности, на этот счет будет переводиться определенная сумма,
— Весьма признателен, вы меня успокоили.
Бенкс опять пропустил иронию мимо ушей.
— Мы будем наблюдать за вами. И прежде всего с целью вашей же безопасности. Вы не будете знать, кто ваш ангел-хранитель, но скоро убедитесь в том, что мы неусыпно заботимся о наших людях, гарантируя им безопасность.
— Когда я смогу говорить с моей дочерью?
— Сейчас же. Ваша встреча будет недолгой, ведь вам сегодня предстоят еще переговоры с фирмой «Штальблех». В Будапеште считают, что вы выехали в Мюнхен именно с этой целью, не правда ли?
Имре встал и направился к выходу. Бенкс сказал ему вслед:
— Документацию мы должны получить двадцать седьмого июня.
— Я не могу выезжать так часто, — задержавшись, возразил Имре.
— Сможете. Сегодняшние переговоры с фирмой, к сожалению, закончатся для вас безрезультатно. Поэтому вас известят по телексу о том, что руководство фирмы приняло ваши условия и имеет намерение встретиться с вами для подписания документов еще рез, уже двадцать седьмого.
Имре быстрым шагом вышел в парк. Каррини последовал за ним.
Бенкс обернулся к Форстеру:
— Вы не будете его ждать. Улетите первым же рейсом. В Будапеште передадите новое задание для пары «катамаран». Передача по обычным каналам. Главное — не упускать из вида Белу Имре.
— Я понял, шеф. Молодоженов вы отпустите?
— Пока подождем. Надо попробовать завербовать и их. Об этом Имре, разумеется, знать не должен.
Помолчав немного, Бенкс добавил:
— С сегодняшнего дня я ввожу в действие «шестого». Следуйте его указаниям. Если он захочет встретиться лично с вами или с «катамараном», поступите в его распоряжение. О дальнейших моих решениях вы будете извещены.
— Я понял, сэр.
— А теперь чего вы ждете, Форстер? Отправляйтесь, Я рассчитываю на вас.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
В десять часов вечера в кабинете Роны горела лишь большая настольная лампа.
Ладани излагал свои соображения:
— Мы точно знаем теперь, что рация в «остине» Форстера настроена на прием одной волны. Понятно, что передатчик, с помощью которого прослушивались все разговоры Белы Имре, должен находиться либо в его квартире, либо в служебном кабинете, а возможно, и там и там. Когда передатчик начинает работать, владелец «остина» все слышит.
— Вы хотите заставить работать передатчик, не зная, где он? — удивился Рона.
— Технически это несложно. Будем пробовать шумы в тех местах, где обычно бывает Имре, а слушать в «остине». Далее пойдем методом исключения.
— Согласен. Действуйте, но поторапливайтесь, времени у нас в обрез. Желаю удачи.
Едва Ладани покинул кабинет, как по переговорнику послышался голос Клары:
— Товарищ начальник, вас просит Салаи.
Рона нагнулся поближе к пульту и нажал кнопку.
— Рона слушает.
— Машину в аэропорту мы подменили, — доложил старший лейтенант. — Вокруг ничего подозрительного, все тихо.
— Хорошо, но наблюдения не снимать. Постарайтесь, чтобы к нашему «остину» никто из посторонних не подходил. Если же такое произойдет, не предпринимать ничего до тех пор, пока не будет сделана попытка угнать машину. Тогда задержите. Проверь, все ли наблюдатели знают инструкции, и побыстрее возвращайся, ты мне нужен.
Рона выключил связь.
Вошел Кути.
— Вот взгляни на протокол лабораторного анализа! — Капитан положил перед начальником лист бумаги. — Результаты потрясающие!
Рона углубился в чтение документа. По ходу дела Кути взволнованно комментировал его содержание:
— Сначала наши эксперты подвергли нейтронному облучению волосы покойного, затем волосяные луковицы вывели под электронный микроскоп. В результате обнаружен яд неизвестного нам состава. Но, поскольку стало ясно, что яд этот органического происхождения, луковицы облучили гамма-лучами. В итоге точно установлено, что старику вводился препарат псилоцибина.
— Псилоцибина? — Рона поднял глаза от протокола.
— Именно. Как сказали в лаборатории, псилоцибин представляет собой вытяжку из особого сорта ядовитых грибов, растущих в Мексике. Активно воздействуя на нервную систему, он парализует волю и резко повышает внушаемость. Анализ, в свою очередь, показал, что Додек получил такую дозу этого яда, что, если бы не выстрел, все равно умер бы от отравления, и очень скоро.
— Значит, перед тем, как пуля оборвала его жизнь, старик не отдавал себе отчета в том, что делает? — Рона вздохнул.
— Да. В медицинском заключении по лабораторной экспертизе прямо так и сказано.
Рона дочитал документ до конца, затем отложил его на край стола.
— Есть известия о товарище Имре? — спросил Кути.
— Пока никаких, — ответил Рона.
Машина, на которой ехал Ладани, остановилась неподалеку от здания «Энергетики». Майор вылез из «трабанта».
— Двадцать два тридцать, — взглянув на часы, сказал он. — Где они застряли со своим «остином»? — спросил он, обращаясь к сидевшему рядом оперативнику.
— Заехали в гараж, меняют иностранный номер на будапештский. Чтобы никаких подозрений.
— Правильная мысль, — одобрил Ладани.
В эту минуту блеснули фары «остина», остановившегося чуть позади.
— Прибыли, — доложил водитель по радиотелефону.
— Начинаем эксперимент. Внимание! Включите свою рацию и держите ее на приеме.
— Есть, перешли на прием.
Ладани стал набирать номер служебного телефона Имре. После соединения послышались длинные гудки: один, второй... пятый. К телефону никто не подходил. Майор положил трубку. «Остин» два раза моргнул фарами. Ладани включил переговорник.
— Ну что там у вас?
— Мы ясно слышали, как звонит телефон. Звонил пять раз, потом перестал.
— Это и хорошо, мальчики, это прекрасно! Теперь мы едем на квартиру Белы Имре, следуйте за мной!
По дороге майор доложил о первом результате подполковнику Роне. Они условились, что встретятся через час у здания «Энергетики», а пока группа оперативников начнет обследовать кабинет директора.
Ночной вахтер в институте «Энергетика» по просьбе Балинта Роны включил неполный свет и вернулся в свою кабину.
Пройдя по длинному, слабо освещенному коридору, Рона остановился перед лакированной белой дверью с табличкой «Директор», а чуть пониже, более мелким шрифтом, — «Секретариат». Возле дверей в строгом порядке выстроились в шеренгу десять пар ботинок — люди работали в носках.
В конце коридора появилась фигура Ладани, вернувшегося из вояжа в Обуду. Майор поднял обе руки вверх, в каждой держа по ботинку. Приблизившись к подполковнику, он произнес шепотом:
— Ничего. Из квартиры Имре сигнала не поступало.
— Значит, что-то не сработало. — Рона недовольно поморщился. — Ты же знаешь, что разговоры, которые он вел по домашнему телефону, прослушивались тоже.
— Я полагаю, тут другое: «клоп» вмонтирован в какой-то предмет, который Имре постоянно носит с собой. Ты сам же первый подумал об этом и попросил директора оставить все вещи на своих местах.