Страница 5 из 38
Он достал из небольшого бара в стене початую бутылку "He
– Прошу, Реваз Георгиевич! Как говорится, за успех нашего безнадежного дела!
Но Хабелов шутку не принял и грубо оборвал его:
– Типун тебе на язык!
Затем взял из рук губернатора бокал и, слегка повращав, несильно сжал его в ладонях, после чего поднес бокал к лицу, с наслаждением вдохнул исходивший от него горьковато-терпкий аромат и лишь после этого сделал небольшой глоток, медленно выдохнул воздух носом и удовлетворенно откинулся на спинку дивана.
Губернатор, устроившийся на таком же диване напротив, тоже немного отхлебнул из своего бокала и, жуя предусмотрительно вынутую из коробки конфету, спросил:
– Я вот что хотел спросить, Реваз Георгиевич… Эти ваши вертолеты... Я понимаю – ну, бизнесмены, там, крупные чиновники, вроде меня… Но это ведь не так много, верно? Желающих-то наберется, может, с полсотни на всю страну! Не слишком мало для таких серьезных вложений?
Хабелов снисходительно посмотрел на него:
– А кто сказал, что я только на них рассчитываю? Гражданские машины – это так, для широкой общественности. У меня уже давно с оборонкой все согласовано. Можно сказать, уже и контракт почти подписан. А там совсем другие объемы и совсем другие цены! Там такие деньги светят, что тебе и не снилось!
Губернатор понимающе закивал головой, но, помолчав немного, все же решился задать еще один вопрос:
– А как же "камов"? Ну, все эти "акулы", "аллигаторы"?... Мне казалось, что там уже все заказы давно расписаны! Да и деньги тоже…
– Креститься нужно, когда кажется! – коротко хохотнул Хабелов. – Подвинуться придется твоему "камову"! Ничего, тридцать лет ждал – подождет еще немного! Или вообще накроется! Этим самым местом…
Он наклонился к губернатору и громким шепотом произнес:
– Это, кстати, было одним из основных условий сделки с итальянцами! А ты думал, они нам за красивые глазки согласились технологии передать?...
ГЛАВА 4.
Жители Дедовой Луки были немало удивлены, когда в одно погожее июльское утро, обещавшее ясный и жаркий день, на окраине появилась самая разнообразная дорожная техника. Экскаваторы, бульдозеры, катки, самосвалы осторожно сворачивали с недавно заасфальтированной автотрассы областного подчинения и въезжали на единственную, а потому безымянную улицу небольшой деревушки. Они длинной гремящей и дымящей вереницей тянулись через всю деревню, постепенно скапливаясь за дальней околицей на пустыре. Когда движение, наконец, прекратилось, моторы были заглушены, а водители, выйдя из своих кабин, уже выкурили не по одной сигарете, на трассе появились еще две машины – грязно-серая "Нива" и уже знакомый нам черный внедорожник Главы районной администрации. Они тоже свернули с трассы в деревню и, медленно объезжая многочисленные, заполненные желтоватой жижей лужи и колдобины, проследовали к дожидавшемуся их скоплению строительной техники. Здесь, выйдя из машин, Глава администрации и сидевший за рулем "Нивы" высокий и полный мужчина средних лет в рабочей спецовке с яркой желтой надписью на куртке "РемДорСтрой" – очевидно, прораб – о чем-то недолго посовещались, после чего Глава сел в машину и отбыл восвояси, а прораб отправился к ожидавшим его строителям. С этого дня привычная тишина и сонный покой Дедовой Луки, основное население которой составляли пенсионеры да десяток московских и питерских дачников, были безвозвратно разрушены.
Прошло еще несколько дней, и пустырь за деревней полностью преобразился, больше напоминая теперь обычную базу передвижной механизированной колонны. Площадка была выровнена, засыпана песком и обнесена невысоким забором из сетки-рабицы. В дальнем углу, ближе к лесу установили небольшой вагончик на резиновых колесах, в котором разместилась контора. Рядом с конторой из щитовых панелей был собран длинный барак – своего рода общежитие для строителей, большинство которых составляли украинские и таджикские мигранты. Еще один, но значительно меньший по размерам барак стал импровизированной кухней, а пристроенный к нему навес с длинным, сколоченным из досок столом посредине и двумя такими же длинными и тоже дощатыми скамьями – столовой. И теперь не успевали деревенские петухи еще закончить свою утреннюю побудку, а из расположившегося за околицей лагеря дорожников уже доносились звуки запускавшихся дизелей, стук открываемых кабин и капотов машин, негромкие переговоры людей... Это, впрочем, продолжалось недолго, и вскоре вся техника уже покидала базу и разъезжалась по своим объектам. Экскаватор въезжал на давно заброшенный, но теперь спешно возрожденный песчаный карьер в полукилометре от деревни. У экскаватора сразу выстраивалась очередь большегрузных самосвалов "Iveco" с высокими металлическими бортами. Заполнив кузов до самого верха, очередной самосвал отправлялся по уже отсыпанному участку дороги в самый ее конец выгружаться, а его место занимал следующий. Привезенную и высыпанную на новый участок кучу тут же принимался разглаживать тяжелый бульдозер. Словно огромный утюг, он сновал взад и вперед, не останавливаясь ни на мгновение, лишь смещаясь вправо и влево от одного края дороги к другому, чтобы освободить место для выгрузки новой порции песка. Этот своеобразный "конвейер" работал с раннего утра и до самых сумерек, прерываясь только на короткий обед, и вскоре уже восстановленная, а правильнее было бы сказать – заново отстроенная – дорога вначале заметно отодвинулась от деревенской околицы, а затем и вовсе скрылась далеко за поворотом.
Спустя неделю на высоко нависавшем над рекой автомобильном мосту появился черный внедорожник главы района. Остановив машину посредине моста, он вышел из кабины и принялся осматривать желтую ленту недавно выстроенной грунтовки, уже на несколько километров протянувшуюся от окраины деревни вдоль реки вниз по ее течению. Тут же из лагеря строителей выехала серая "Нива", быстро пропылила по ухабистой деревенской улице, слегка рыкнула двигателем, преодолевая крутой подъем, выбралась на автотрассу и завернула на мост. Посредине моста, визгливо скрипнув колодками и едва не упершись своим бампером в передний бампер внедорожника, "Нива" резко затормозила. Из нее выбрался прораб и торопливым шагом направился к стоявшему у перил главе районной администрации.
– Ну, много прошли? – не здороваясь, хмуро спросил тот. – Ты мне давай, понимаешь, не затягивай! Чтобы, понимаешь, до конца месяца дорога была мне закончена! А то я вам быстро тут, понимаешь, всем пооткручиваю… И не только головы, понимаешь?!
– Да понимаю я, Сергей Валентинович! – недовольный таким обращением пробурчал прораб. – Мы и так гоним без выходных и "проходных"… Успеем, какой вопрос! Там осталось-то всего километра три, не больше! Вы только насчет бетонных труб распорядитесь, а то у нас еще два ручья впереди – без труб ну никак будет не пройти! Если хотите, съездим – сами посмотрите…
– Некогда мне с тобой тут раскатывать! – невольно покосившись на свой чистенький внедорожник, буркнул в ответ глава администрации, – А трубы тебе будут, сегодня же будут! Еще вопросы есть? Нет? Тогда я поехал!
Он развернулся и направился, было, к своей машине, но прораб успел ухватить его за рукав.
– Сергей Валентинович, минутку… У нас тут еще один вопрос остался… Там, это… деревня эта… ну, Щукино… Так ее точно сносить будем? Там же вроде бы живет кто-то, нет? А если они, ну, откажутся это… в смысле – съезжать? Нам эти разборки с местными ни к чему!
– Не переживай, без тебя разберутся! Понадобится - и милиция приедет, и ОМОН, если что, подгоним! Ты, главное, делай свое, а это – наши проблемы! Еще что–то? Тогда бывай!…