Правила игры

- Мой сын никогда не был идеалом, но вы почему-то все равно вцепились в него и не хотите понять одного, что не нужны ему. Ни одна, ни с ребенком.

- Если Мирон не хотел детей – ему надо было предохраняться. – Запальчиво крикнула Симонова.

Данилова на это лишь приподняла брови.

- Это вам нужно было думать о предохранении, когда лезли в постель к женатому мужчине, находившемуся в сильном алкогольном опьянении. Вы-то были трезвы!

Для Вари это стало последней каплей.

- Да пошла ты! – она выскочила в прихожую и стала обуваться, бормоча себе под нос. – Мирон все равно так просто от меня не отделается.

Елена Владимировна не стала комментировать это, лишь открыла дверь, провожая неприятную гостью.

- Всего хорошего. – Вежливо пожелала женщина, и не став дожидаться ответа, закрыла дверь.

После разговора с Симоновой, Елена поймала себя на мысли, насколько гадкими могут быть люди, от которых и так не ждешь ничего хорошего. Но когда они вот так неожиданно появляются рядом, следует понимать, что жизнь в очередной раз преподносит неприятные сюрпризы. Вот и сейчас Елене надо обдумать свои действия дальше. То, что Мирон влип в совершенно недвусмысленную ситуацию - было очевидно. И все, чем она может помочь своему сыну, она сделает - для начала нужно попытаться поговорить со Снежаной. Ей нужна поддержка, а кто, как ни Елена, пережившая когда-то подобное, может понять чувства невестки?

Варя выскочила из подъезда и остановилась на тротуаре, перевести дыхание. После встречи с матерью Мирона, у нее все кипело внутри от возмущения. Ни на это она рассчитывала, отправляясь в гости к Даниловым.

Даниловы любили своего сына – это было видно, а значит и своего внука они полюбят, не может быть других вариантов. А тут получается, что внук им не нужен, давить на сына, чтобы он принял ребенка, оставил жену и сошелся с Варей – они не собираются. Но ничего, она что-нибудь придумает, они так просто от нее не отделаются!

Степан Петрович Данилов приехал к кафе, находившемуся по соседству с офисом сына доме, и занял один из угловых столиков. Мирон подошел минут через двадцать.

- Меня удивил твой звонок. – Данилов младший присел за столик и взял в руки меню.

- Мне нужно поговорить с тобой, а дома этого делать не хотелось. – Признался Степан Петрович.

Сделав заказ, Мирон приготовился слушать отца.

- Начинай, я готов тебя выслушать.

- Ты вряд ли знаешь об этом, мы с Леной никогда не поднимали эту тему, чтобы не вмешивать тебя в наши отношения. Но тридцать лет назад, еще до твоего рождения, мы были на грани развода.

Мирон с удивлением уставился на отца, его слова сильно удивили мужчину. Он всегда думал, что у родителей благополучный брак.

- Кто был инициатором развода? – лишь спросил Мирон.

- Лена. – Вздохнул Степан и стал говорить. – Мы рано поженились, были совсем молодые. Хотелось нам пожить для себя, без проблем и забот. Поэтому, рождение малыша поначалу не входило в наши планы, а вот когда стали чуть постарше, то тут и выяснилось, что зачать малыша для нас проблема. Скольких врачей мы обошли…. Сколько режимов питания, графиков зачатия и прочее пережили - уму непостижимо. И нервные срывы по этому поводу у твоей матери - не неожиданность. – Он замолчал, глядя в окно. Нелегко говорить с сыном на такую тему.

- И что ты сделал? – начал догадываться Мирон. Его мама когда-то была предана отцом. Черт, он никогда не думал, что отец мог изменить маме! Их отношения всегда были теплыми, такими гармоничными, что все окружающие видели любовь супругов друг к другу.

- Мне нужно было с кем-то говорить, общаться на эту тему, только без истерик и упреков. Хотелось, чтоб и меня понимали, хотелось дать понять, что я тоже живой человек, для которого отсутствие желанного малыша - если не большая проблема, то уж ни меньшая, чем для жены. – Тихо сказал Степан Петрович. Перед его глазами появилось лицо молодой симпатичной девушки – Тани Луцишиной. – Вот Таня, которая была лучшей подругой твоей мамы, и оказалась тем человеком, который меня выслушал, помог, подсказал. А уж как случилось, что я оказался в один прекрасный момент в её объятиях, одному богу известно.

Мирон с силой сжал кулаки, сдерживать нецензурные слова, рвущиеся наружу, было очень сложно. Все-таки напротив него сидит отец, а не посторонний мужчина. Но стоило представить, как было больно маме от измен отца – появлялся ком в горле.

- Значит, ты влюбился в мамину подругу? – в голосе Мирона слышалось осуждение, не мог он сдержаться. Слишком обидно было за маму.

- Не влюбился, - скривился Степан, - я до сих пор не могу найти определения тем моим чувствам. Это была не любовь. Любил я всегда лишь Лену. Возможно, это была признательность, благодарность за поддержку и понимание…. – Немного помолчав, мужчина заговорил снова. – У меня никогда не было увлечения Татьяной, я шел к ней лишь за утешением в сложный жизненный период. А вот Таня влюбилась. Когда я это понял, сразу поговорил с ней откровенно обо всем и расстался. Но, знаешь, уязвленное самолюбие заставляет людей совершать некрасивые поступки. А обиженная женщина всегда опасна. Таня пришла к Лене и рассказала ей о нашем коротком романе.

- И что же сделала мама? – поторопил отца с ответом Мирон.

- Собрала вещи и ушла. – Степан Петрович комкал салфетку в руках, обед, принесенный им, остывал, аппетита у мужчин не было. – Я на коленях просил ее не уходить, вымаливал прощения. Лена не простила. Ей было очень больно, но она решила, что развод самое лучшее решение для нас.

- И как ты действовал дальше? – Мирон подозвал официанта и заказал себе виски – очень захотелось выпить. Такие подробности родительской жизни на трезвую голову слушать невозможно.

- Лена вернулась к родителям, а я в пустой квартире остался один и запил. Сам знаешь, мы мужчины вечно в спиртном ищем спасения. Когда я трезвел и вспоминал боль в глазах Лены, так хотелось разбить свою дурную голову об стенку. Я так несколько раз и делал, а потом снова пил, заливал свою вину водкой. А Таня, узнав, что Лена ушла – начала меня преследовать, не хотела понимать, что все кончено. И это я был виноват в этом, что дал ей какую-то надежду на то, что наши отношения что-то для меня значат.

- Как и у меня получилось. – Допив виски, тихо проговорил Мирон.

- Я извинился перед Таней, попросил оставить меня в покое, но она не хотела ничего слышать, а потом заявила, что ждет от меня ребенка. – Чем больше говорил Степан Петрович, тем сильнее мрачнел его сын.

- Мама знала об этом? – у Мирона на душе стало совсем гадко. Он такой же, как и отец, пошел по его стопам. Только Степан Петрович испытывал какие-то положительные чувства к подруге жены, а Мирон терпеть не мог Варю.

- Таня ей рассказала. – Степан опустил голову, каяться в своих грехах непросто. Да и видеть в глазах сына разочарование не хотелось, но этот разговор был необходим им обоим. – Для Лены это стало ударом – она, не задумываясь, отнесла документы на развод, отказывалась со мной говорить. Я караулил ее на проходной после работы, но она каждый раз возвращалась домой с кем-то, то с коллегами, то ее провожали какие-то мужчины. От этого я просто бесился, страшно ревновал ее. – Усмехнулся Степан.