Страница 28 из 123
Девушка позвонила Софье Михайловне.
- Мам, привет, это я. Можно завтра приехать?
Постаравшись скрыть от дочери удивление, женщина быстро ответила.
- Конечно, мы с Алексеем будем только рады. Ты приедешь с Мироном?
- Нет, одна. – Резче, чем ей бы хотелось, ответила девушка.
- Снежа? – заволновалась Софья, уловив в голосе дочери боль. – Ты в порядке?
- Приеду, расскажу. До встречи, мам. – Попрощалась Данилова и повесила трубку.
Ей ничего не хотелось объяснять сейчас. Пока она доберется до матери, чуть успокоится и тогда сможет рассказать, что произошло с ней.
Ранним утром на кухне родителей Мирон пил кофе. Аппетита не было, поэтому он решился обойти чашкой горячего напитка, да и требовалось взбодриться.
Елена Владимировна вышла из спальни и села напротив сына.
- Расскажи, что у вас произошло. – Участливо спросила женщина.
Она промучилась без сна половину ночи, думая, что привело их сына в отчий дом поздно вечером, да еще и с вещами. Между Мироном и Снежаной случилось что-то ужасное, она чувствовала это!
- Снежка меня выгнала. – Тихо ответил Данилов, отставляя чашку в сторону. После кофе во рту появилась горечь.
- А что такого ты натворил? – нахмурилась Елена Владимировна.
Она очень хорошо относилась к невестке, Снежана не закатывала скандалов на пустом месте, она любила Мирона, да и сын был с ней счастлив.
- Я ей изменил. – Мирон видел, как округлились глаза матери и отвел глаза в сторону.
- Как ты мог? – охнула Елена Владимировна. – Ты что, завел себе любовницу? Полюбил другую женщину? И хотел уйти от Снежаны? – забросала вопросами сына женщина.
- Да нет же! – зло ответил мужчина и рассказал матери, что случилось три месяца назад.
Елена Владимировна слушала, не перебивая, очень внимательно, а когда Мирон замолчал, покачала головой.
- Ох, сынок…. Что же ты наделал.
- Да, мама, я виноват. – Рубил слова Данилов. – Я много чего натворил, так что Снежана теперь вправе сомневаться во мне. Я струсил, не сказал ей все правды, что тогда произошло, но…. Я же люблю ее. ЧТО мне сделать, чтобы Снежка простила меня?
В голосе Елены Владимировны слышалась горечь.
- Боюсь, это будет непросто. Ты знаешь свою жену лучше других, она многое тебе прощала, относилась всегда с пониманием, поддерживала во всем, но измена…. Она перечеркивает все. Да еще и с ее подругой, когда она потеряла вашего малыша…. – Данилова тяжело вздохнула, ей до слез было жаль невестку. – Мне никогда не нравилась эта Варя, что их со Снежкой связывало? Никогда не могла понять.
- А мне она нравилась, как думаешь? Я и терпел-то ее ради Снежаны и Макса, но она сумела подловить меня в самый тяжелый момент.
- Не вали все на нее. – Осуждающе посмотрела на него женщина. – Ты мог давно поставить на место эту наглую девицу.
- Мог. – Согласился Данилов. – Не хотел идти на открытый конфликт. И посмотри, к чему это привело. – Махнул рукой мужчина.
- Что ты думаешь делать дальше? – поинтересовалась Данилова, в груди заныло, вернулись воспоминания молодости о подобной истории. Мирон весь пошел в отца, генетика точная наука, никогда не ошибается. – Что, если это и, правда, твой ребенок?
- Мне плевать на это! – огрызнулся Мирон. – Пусть предоставит мне результат ДНК, и только после этого я буду с ней разговаривать. – Данилов еще ночью решил это. Без теста ДНК никаких разговоров с Симоновой.
- И о чем ты будешь с ней говорить?
- Если ребенок мой, я не признаю его по закону, на себя записывать не стану. Он мне не нужен, как и его мать. Помогать буду только финансово, никаких встреч ни с ребенком, ни с его матерью. И это только в том случае, если тест ДНК подтвердит мое отцовство. – Решительно ответил Мирон.
- Сынок, ты уверен, что все получится? – Елена Владимировна вспомнила Варвару и поняла, что эта особа так просто не отстанет от Мирона. – А со Снежкой как ты будешь решать вопрос?
- Буду добиваться ее прощения. Другого варианта не вижу. Докажу, что все так же люблю ее, что у нас есть будущее.
- Поверит ли она? – Елена Владимировна поднялась со стула, обняла сына и ушла в спальню.
Степан Петрович уже не спал, сидел на кровати.
- Что у них произошло? – это был первый вопрос, заданный им жене.
Женщина обожгла мужа тяжелым взглядом и сказала резко.
- Пошел по твоим стопам.
Степан Петрович на минуту замер, а потом кашлянул.
- Измена? – вот этого он не ожидал от сына.
- Да, с лучшей подругой Снежаны. – Отрывисто бросила Елена.
На нее накатили неприятные воспоминания. Она. Муж. И ее лучшая подруга Таня. Черт, неужели история всегда повторяется? Данилова и врагу бы не пожелала пережить такую боль. Она застыла около кровати, смотря в окно. Сердце вновь разболелось, а она-то думала, что все давно забыто.
Степан усадил жену рядом с собой.
- Лена…. – Помолчав немного, мужчина продолжил говорить. – Вся та история давно в прошлом. Не трави себе душу. Мне казалось, ты забыла давно.
- Тебе казалось. – Сквозь зубы проговорила женщина. Как можно забыть предательство любимого человека? Ведь из-за этого они чуть не развелись тридцать лет назад.
- Прости. – Вырвалось у Степана. А что еще он мог сказать в данную минуту? Он давно раскаялся и постарался забыть обо всем. Так было легче жить. Да и у них с Леной все было хорошо. Та история навсегда отучила Данилова в сложные жизненные моменты искать третью сторону, чтобы его выслушали и поняли. Все проблемы они с женой решали вместе, на то они и семья.
- Давно простила, но не забыла, как видишь. – Тихо ответила Елена. – Боюсь, что у Мирона со Снежкой будут проблемы. Она не я.
- Не ты. – Согласился Степан Петрович, иногда не понимающий категоричность и принципиальность невестки в некоторых вопросах. – Но Мирон сам должен решать свои проблемы. Сумел накосячить, пусть сумеет и исправить.
Елена Владимировна грустно улыбнулась.
- От него мало что зависит. Если Снежка упрется, у их семьи нет будущего.
- Значит, так тому и быть. – Отрезал Данилов, про себя решив, что чуть позже обязательно поговорит с сыном, расскажет, как сглупил в молодости, а там уже Мирон пусть решает, что ему делать. Может, пример отца ему поможет.