Страница 26 из 138
Организационно “Яибо” состояла из законспирированных подпольных ячеек численностью по пять человек в каждой, в которые было почти невозможно внедриться. Железная Шкатулка попала в поле зрения Чифуни чисто случайно, в результате крайне удачного стечения обстоятельств, а если более конкретно, то вследствие неприятного обычая “Яибо” проводить регулярные чистки, когда террористы избавлялись от своих собственных людей, заподозренных в утечке информации.
Любовник Юко Дои и стал одной из жертв очередной чистки. Вся ячейка избивала его ногами на протяжении нескольких дней и наконец забила до смерти. Железная Шкатулка даже принимала в этом участие, но в результате ее идеализм сильно пошатнулся. Некоторое время она сомневалась, но потом все же позвонила в “Кидотаи” — отдел полиции, отвечающий за общественный порядок, и который — если верить сообщениям средств массовой информации — находился на переднем крае борьбы с терроризмом. Уже оттуда ее передали в “Кванчо” для дальнейшей разработки.
Двигаясь медленно и осторожно, Чифуни перебралась из-за контейнера с соусом за штабель мешков с рисом; запах тут был, конечно, ни при чем, просто ей пришло в голову, что если начнется пальба, то мешки с рисом защитят ее надежнее, чем стеклянные бутылки с соусом. Хорошо бы это оказался японский рис; благодаря дотациям он стоил в несколько раз дороже мировой цены на этот вид продовольствия, однако каждому добропорядочному японцу было известно, что японскому рису нет равных.
Внезапно ожил и застонал грузовой лифт. Складское помещение было прямоугольной формы, и лестница с лифтом находились рядом, в его дальнем конце. Чифуни, спрятавшись за мешками прямо напротив дверей лифта, была надежно прикрыта, и в то же время в считанные секунды могла добраться либо до лестницы, либо до пожарного выхода. Подготовить путь для быстрого отступления — такова была одна из первых заповедей, которые она усвоила в процессе своей учебы. Бессмысленный героизм среди сотрудников “Кванчо” не поощрялся.
В шахте лифта что-то скрипнуло, застучало и завыло, потом двери открылись.
Взгляд Чифуни был прикован к дверям. Она ожидала появления Железной Шкатулки в ее обычном одеянии — шикарном костюме, туфлях на чересчур высоком каблуке и белоснежной накрахмаленной блузке, однако с тем же успехом это мог быть ночной сторож, обходящий склады и заодно присматривающий, чем бы поживиться. Чифуни уже знала, что он с чисто японской скромностью довольствуется одной коробкой за ночь.
На складе было полутемно, очевидно — из соображений сохранности товара, однако под самым потолком, в местах где сходились штабеля и стеллажи, висело несколько тусклых электролампочек без абажуров. Впрочем, грязный потолок и бурый картон упаковочных коробок поглощали большую часть их слабого света, так что разглядеть что-либо в подробностях было почти невозможно.
Чифуни внезапно пришло в голову, что ей следовало взять с собой приставку ночного видения, однако она прекрасно понимала, что на практике полное совершенство практически недостижимо, и она не стала корить себя. Она решила воспользоваться прицелом своей “беретты”, направив оружие на дверь лифта в тот самый момент, когда маленькая фигурка не то в слаксах, не то в брюках перешагнула через порог и остановилась, растерянно оглядываясь по сторонам.
Это была Юко Дои. Чифуни отметила этот факт совершенно механически, так как ее внимание привлекла неожиданно вспыхнувшая в окуляре красная точка маркера. Она реагировала только на инфракрасное излучение, что в данном случае означало одно: кто-то выщупывал темноту склада при помощи луча инфракрасного света, невидимого простым глазом, но который можно было легко обнаружить при помощи приставки ночного видения или прицела “Эпси”. Значит, кто-то еще, не желающий быть обнаруженным, затаился на складе.
Чифуни проследила, откуда был направлен луч. С помощью прицела это было сделать так же легко, как проследить за лучом обычного, видимого света. В конце концов, взгляд молодой женщины остановился на грубой деревянной клети над шахтой лифта, в которой помещалось машинное отделение. Она сама подумывала о том, чтобы спрятаться там, и теперь не сдержала легкой дрожи. Вторым вопросом, который ее весьма занимал, был такой: как они пробрались туда мимо меня?
На этот вопрос могло быть два ответа: либо соглядатай занял свою позицию до прихода Чифуни и теперь знал, где находится оперативный работник “Кванчо”, либо противник, или противники, проникли в машинное отделение непосредственно через крышу, через люк элеватора. Чифуни попыталась припомнить, видела ли она когда-нибудь такой люк, и решила, что нет. Ничего удивительного в этом, однако, не было; здание склада, безобразное и грубое, было построено, судя по его виду, сразу после войны, в лихорадочной спешке, когда мало кого интересовали стандартное проектирование и правила домостроительства.
Юко Дои нерешительно шагнула вперед как раз в тот момент, когда Чифуни пришла к своим малоутешительным выводам. В следующий миг в окошке машинного отделения сверкнуло пламя, грохнул гулкий взрыв, и штабель ящиков с вьетнамским соусом, за которым совсем недавно пряталась Чифуни, разлетелся в стороны смертоносным дождем шрапнели и стеклянных осколков.
Запасы соуса были уничтожены почти целиком, но стрелявшему этого показалось мало. Не прошло и двух секунд, как гранатомет снова выстрелил, и зловонная лужа с шипением испарилась. Горячие осколки металла с тупым звуком вонзались в мешки с рисом, и Чифуни инстинктивно пригнулась, задыхаясь от вони. С ног до головы она была забрызгана темной жидкостью с запахом гниющей рыбы.
Юко Дои скрючилась на полу, пытаясь найти укрытие за штабелем круглых жестянок с жидким пищевым маслом. Она что-то выкрикивала, а из отверстий, пробитых в жести осколками гранаты, с бульканьем вытекала скользкая жидкость.
Дверь в машинное отделение с треском распахнулась, и оттуда выпрыгнули три темные фигуры в закрывающих лицо лыжных масках. Двое из них, держа автоматы на ремне, схватили Юко Дои, а третий, вооруженный американской винтовкой М-1 6, встал на страже. Чифуни заметила, что винтовка, которую он держал на изготовку, снабжена подствольным гранатометом.
Чифуни поняла, что ее считают мертвой. То, что она уцелела, произошло чисто случайно, а отнюдь не потому, что преступники слабо старались: две гранаты М-79 против одного оперативного сотрудника “Кванчо” и нескольких ящиков рыбного соуса можно было сравнить со стрельбой из пушки по воробьям. Взрывы уничтожили все лампы над тем местом, где пряталась Чифуни, и она еще ниже пригнулась за мешками с рисом, укрытая спасительной темнотой. Один пистолет против трех автоматических винтовок — это были слишком уж неравные шансы. Не было никакого смысла погибать ради спасения информатора.
Несколько мгновений японское гири и еврейский прагматизм боролись между собой, однако в конце концов победило чистое раздражение. Чифуни не желала, чтобы три гусака, хоть и вооруженные до зубов, испортили ей всю обедню. Тем временем до ее слуха донесся испуганный вопль, а выглянув из-за своего укрытия, Чифуни увидела холодный блеск металла. Юко Дои боролась изо всех сил, но один из террористов заставил ее опуститься на колени, а второй занес над ее головой меч. Третий продолжал зорко вглядываться в темноту, поводя во все стороны стволом своей винтовки.
Чифуни навела на него красное пятнышко целеуказателя и выстрелила четыре раза подряд, выбрав момент, когда винтовка была направлена в сторону. На случай, если террорист предусмотрительно надел бронежилет, она целилась ему в голову.
Все четыре пули попали в цель. Подствольный гранатомет выстрелил с характерным двойным звуком, и в дальнем конце склада вспыхнул синим огнем штабель с шотландским виски местного разлива.
Человек с мечом, отвлеченный неожиданным грохотом и внезапностью нападения, отвернулся от своей жертвы, и Юко Дои изо всей силы ударила его локтем в низ живота.
От боли террорист сложился чуть не пополам, и это помогло ему избежать пуль, выпущенных Чифуни.