Страница 55 из 139
- Я не знаю, что мне делать! Но как возможно говорить о Боге, будто о любви к женщине? Такие речи надо определять как большой грех!
- Ты произнёс: «Я не знаю, что мне делать!»; и я вспомнил ещё свои слова о странствиях человеческой души:
Осман замотал головой, чёрные косы забились на груди:
- Нет, нет! Это не по мне. Ты говоришь о любви к женщине, говоришь о том, что надо пить вино... Женщина в твоих словах обожествлена. Но разве у язычников-многобожников не так?..
- Мы хотим прийти к Божественной сути через нарушение запретов. Это нарушение - одна из разновидностей поиска... Поэтому мы решаемся пить вино и даже вести недостойную правоверных жизнь...
- Это всё слишком мудрено для моего простого разума! Если вы решаетесь вести недостойную жизнь, то чем же вы отличаетесь, прости меня, от неверных, которые всегда ведут недостойную жизнь? И то, неверные также ведь ищут Бога, строят монастыри, отказываются от женщин и вина...
- Мы нарушаем запреты Бога, чтобы прийти к нему...
- Вы испытываете Его? Вы полагаете, Он не накажет вас?
- Конечно же, нет, не накажет! Зачем Он станет наказывать своих верных?
- Не понимаю! Нет, не понимаю! Мудрено для меня... Я хочу простой веры. Ведь ты сам говорил, что старый имам учил меня верно?..
- Да, он учил тебя верно.
- Я хочу верить так, как он научил меня.
- Разве тебе возбраняется верить так, как учил тебя старый имам? Кто запрещает тебе это?
- Никто! Но твои слова тревожат меня и я не могу верить просто!
- Не слушай меня.
- Где же честность? Твои речи соблазнительны, я не могу не слушать...
- А я заставлял тебя?
- Нет.
- Я виноват перед тобой?
- Нет.
- Стало быть, мы завершаем нашу беседу.
- Нет... Я не хотел бы завершить общение с тобой так скоро! Твоё учение не понятно мне, но оно красиво; и я понял, что оно пригодно для умов утончённых и обретающихся в поиске; не подобных моему простому уму!
- Твой ли ум - не ищущий!
- Ты и сам знаешь, что мой поиск - иной. Твоё учение - для поиска духовного*. А меня волнует земное... Но я хотел бы побеседовать с тобою не один ещё раз! Ты позволишь мне?
- С охотой! - отвечал искренне сын великого Руми.
И они встречались ещё несколько раз и беседовали дружески...
Султан Велед рассказал своему гостю о многом и сам дивился острому уму Османа...
Рассказал своему гостю Султан Велед о цветущем некогда государстве султанов сельджукских...
- ...Они были тюрками, они и сейчас тюрки. Но тюркский язык они презирали и называли «наречием людей базара». В Конье писали по-арабски и на персидском языке. Мой великий отец также писал на персидском. Он ведь был пришельцем в Конье, сюда привёз его мой дед, его отец. А произошёл на свет Мевляна великий в городе Балхе, там говорят и пишут на языке персов...
- Но ведь сами вы - тюрки?
- Я - несомненно тюрок по языку! А кто может разобрать, чья кровь с чьей кровью соединилась...
- Я всё хотел спросить... Ты зовёшься Султаном, так зовут тебя... Твои предки были знатны, правили царствами?
- Нет. Мои предки не правили ни одним земным царством, а только лишь неизмеримым царством духа!.. А имя моё - Мухаммад Бахаэддин Султан Велед...
- Мой отец Эртугрул запомнил встречу с твоим отцом Мевляной и рассказывал мне о нём. Он и сейчас помнит...
- Нет, мой отец ничего не говорил мне о своей встрече с вождём Эртугрул ом.
- У меня нет обиды. Я знаю, многие люди искали общения с Мевляной. И если он не запомнил молодого вождя одного из родов племени кайы, я не могу быть в обиде!..
- Зато я не забуду встречу с тобой! Вот послушай стихотворение, которое я сложил в твою честь:
-
Осман улыбался и сказал:
- Только пойми, как я благодарен тебе! Только пойми, как мне радостно слышать красивые стихи на тюркском языке!.. Но как это вышло такое, что отец твой и дед переселились в Конью?
- Думаю, у наших с тобой предков - одна причина переселения - монголы!
Осман нахмурился, а Султан Велед продолжал:
- Конья - многоязычный город. Здесь живут греки, иудеи, франки. Ты, должно быть, приметил в своих разъездах по городским улицам и площадям людей в самых разных одеждах?
- Да, я приметил.
- Одна из жён моего великого отца, Кира-хатун, была гречанкой. Моя кормилица была гречанкой. Персидский и греческий языки - языки моего детства. Греки написали множество книг, это прекрасные книги!..
- Да, - сказал Осман, - греки мудры. В грядущей большой державе, где многие веры будут вокруг нашей правой веры, как лепестки цветка вокруг его сердцевинки, греки будут ведать верой христиан!.. Я бы так хотел...
- Аллах гёнлюне гёре версии! - Да исполнит Аллах твои желания!
- Буду надеяться на это! Но я восхищаюсь тобой! Ты решился пойти против тех, которые презирали тюркский язык и полагали его грубым базарным наречием, не достойным дворцовых щёголей и учёных богословов из медресе! А ты показал, как возможно сделать этот презренный язык языком красивых стихов!
219
Стихи Султана Веледа. Перевод И.В. Боролиной.
220
На самом деле это стихотворения Ашыка-паши и Шейхоглу Мустафы, тюркских поэтов XIV в. Переводы А.Н. Кононова и М.С. Фомкина.