Страница 64 из 98
— Да — да, а жена после обряда — его собственность.
— Ну, видно, их всё устраивает. Потому как я не знаю ни одной анималки, которой пришлось бы решать хоть какие‑то проблемы. Этого просто не бывает. Всё делает мужчина.
— Тебя послушать, так любой анимал — просто воплощенная женская мечта.
— Аля, ты… меня прости, и обрывай, если заносит. Я просто периодически забываю о том, какой подонок этот Дизель. Я‑то с ним дел почти не имела…
— Я бы тоже хотела забыть, — с отсутствующим видом проговорила Александра. — И никогда больше не ослушаюсь маму с бабушкой. Пусть анималки будут счастливы со своими мужьями и добытчиками, а мы уж как‑нибудь найдём себе нормальных мужиков.
— Даже не сомневайся. Всё у нас будет, как надо, — с мягким убеждением прикоснулась Лина к алиному локтю. Демона пришлось будить силами всех присутствующих сущностей. Но связь с Алей после удаления метки давалась значительно проще, и девушка слегка успокоилась.
Зато Алина Аркадьевна вспомнила, что так и не выспросила у «жениха» про эти самые метки и прочие особенности анимальского семейного (и не только) уклада. Кстати, строгая мама что‑то говорила насчёт того, что ей эти особенности известны…
— Аль, закажи мужикам пиццу, мне надо с матушкой пообщаться.
И быстрым набором свой любимый номер.
— Мам, привет. Как вы там? Как папа? Передавай ему привет тоже. Мам, конспективно, про анимальские метки. Да, я помню, что тебе некогда. Да, я пока не собираюсь её снимать. Мне для дела надо. Тут у Алиски проблемы. Скинешь на почту? Когда? Хорошо, мама. Да, мама. Нет, пока не переехала. И он не переехал. Мама!!! Ну всё, мам, жду твоего письма. Целую, звони.
— Слушай, а откуда твоя мать…
— А ты думаешь, она мне рассказывает? Пиццу заказала?
— Заказала.
— Ну пойдём тогда, я в почту свою залезу, может, пришло письмо…
— Что‑то сомневаюсь. Такая занятая дама, как наша Смотрящая…
— Почему вы так странно её называете?
— Ну… просто по аналогии с криминальным жаргоном, только не обижайся, хорошо?
— Да на что тут обижаться? Действительно, если брать все наши заморочки, от криминала совсем не далеко.
— Ну а она — не ведьма, не вампир и не анималка. Поэтому — Смотрящая. Она как бы вне нашей братии, и ни с кем не связана. Поэтому вроде как просто следит за порядком в городе.
— Да уж. Она… ну, если совсем просто, полудемон. Смотрящая. Бррр, — Лина передёрнулась, представив мамочку с большим всевидящим Оком посередине лба. — Ладно, пойдём, а то мужики уже, наверное, все кости нам перемыли.
— Пошли, — усмехнулась Александра. — А что, ты думаешь, им заняться больше нечем?
— И эта ведьма ещё говорит мне что‑то про иллюзии. Чем ещё, по — твоему, занимаются мужчины в отсутствии нас, любимых? — с превосходством ответила Алина Аркадьевна, разворачиваясь к выходу.
Время было уже позднее, мужчины… проголодались, пицца, оперативно доставленная из соседнего кафе, пришлась очень в кон. Поэтому потеснив едоков подальше от своего компьютера, Лина сразу полезла в почту. Сообщение от Забродской Елизаветы отсутствовало.
— Ну что, дамы, где поселим нашу любезную Ольгу Петровну?
— Думаю, что в лучшем отеле нашего города — на Речном Вокзале.
— Но мама не любит… Ой… Не подумала. Да, там нейтральная территория, гостиница мэрская, так что вопросов не возникнет, — согласилась Александра.
— Конечно. Завтра с утра Лина должна встретить её на вокзале. Паша, ты присмотришь за обеими.
— Разумеется, Дмитрий Всеволодович.
— Поскольку мы не знаем, когда появится «потеряшка», Ольга Петровна должна находиться рядом и днём и ночью.
— Думаю, мы решим этот вопрос, — коварно улыбнулась Лина. — Например, ночевать будем вместе в её номере.
Димка кинул на неё сумрачный взгляд, но Павел опередил его недовольство.
— Мы сняли квартиру в подъезде Алины Аркадьевны. Думаю, вместо ребят там вполне сможет переночевать несколько дней и Ольга Петровна.
— Ээээ, а не будет это выглядеть как‑то подозрительно? — робко вмешалась Аля. — Снимать шикарный номер в гостинице, чтобы ночевать потом в квартире?
— Решите по ходу дела, что я вас учу, вы же взрослые эмансипированные женщины, которые вполне способны сами справится со всеми трудностями, — хмуро ответил Димка, и Лина поняла, что над алиным пологом тишины требуется поработать.
— Милый, а что же будешь в это время делать ты? — ласково пропела она, посылая по метке волну лукавого интереса и нежности.
— Я… меня не будет в городе. Поэтому завтра — послезавтра все силы охраны подчиняются моему отцу и тебе. Паша, ты понял?
— Да понял, понял, — без всякого пиетета пробурчал тот, и Лина даже удивилась — где же обычное: «да, Дмитрий Всеволодович, конечно, Дмитрий Всеволодович»?
— Я не поняла. То есть и Вадик?
— И Вадик. Ещё вопросы?
— Никак нет, вашпревосходительство! — вытянулась в струнку Лина.
Аля захихикала, Павел позволил себе лёгкую улыбку. Димка же остался строг и серьёзен.
— Я не шучу. Без меня вы все считаетесь на осадном положении. Охрану удвоить. С посторонними в переговоры не вступать…
— Стрелять на поражение, — добавила Лина, за что удостоилась ещё одного хмурого взгляда.
— Так, господа, — твёрдо сказала Александра. — Рабочий день закончился, стратегия на ближайшие дни разработана, думаю, мне пора.
— Поддерживаю, — согласилась Лина. — Павел Георгиевич?
— Ночная смена заступила, — отрапортовал тот.
— Отлично. Всем спасибо, все свободны. Милый, подожди секунду, я сейчас буду готова.
— До свидания, — нейтрально попрощалась сразу со всеми Александра, выходя из кабинета.
Все нестройно повторили её слова. Павел вышел следом. Димка и Лина остались одни, и девушка посмотрела на своего «жениха» более внимательно.
— Что случилось, Дима? — спросила она, подходя и подхватывая его под руку.
— Я должен буду завтра уехать. Оставить тебя в такой день…
— Ой, да какой — такой день? Ну подумаешь, приедет алина мать, встречу. Двойную охрану с Вадиком как‑нибудь переживу. А ты надолго?
— Солнышко, завтра полнолуние.
— И что? Последнее в нашей жизни? Ещё встретим вместе и не одно, — успокаивающе сказало «солнышко».
Димка посмотрел на неё с недоверием, но постепенно из его глаз уходила непривычная хмурь.
— Ты правда так думаешь? — спросил он.
— Да ты что, по метке не чувствуешь? — ответила она и послала ещё немного тепла и нежности (тут главное — не переборщить!) — Так ты надолго?
— Нет, солнышко. Только сниму связь с этой дурынды — сестрицы моей старшенькой, и сразу к тебе, — прижимая к себе девушку, улыбнулся успокоенный вожак.
«Ну, наконец‑то»
— Милый, может, тогда не будем терять времени?
— Я не ослышался? — удивление в голосе Димки было таким непомерным, что Лина звонко рассмеялась, вывернулась из его рук и побежала к машине.
Вожак, конечно, оказался проворней, и не позволил «невесте» сесть за руль вольво. И из машины вытащил без привычных церемоний, и до лифта донёс на руках. Девушка с удовольствием дразнилась и незаметно целовала его в чувствительное место за ушком, и резкий запах возбуждённого анимала при этом ей ничуть не мешал.
Кошки, встретившие их в прихожей, тут же развернулись хвостами и ушли, уверенные, что без ужина не останутся, а мешать хозяйке в такой ответственный момент не стоит.
Ответственных моментов за вечер случилось несколько, но голодать никому не пришлось. Ни кошкам ни людям… то есть не людям. Лина не забыла ни хвостатых, ни Димку, ни даже письмо от строгой мамы. Проверив почту, она таки обнаружила там мейл с лаконичной темой «метки».
«Дорогая», — писала мать, — «метки — суть изменение энергетической структуры ауры. Мы, в отличие от прочих, можем влиять на этот феномен в любую сторону. Остальные же за небольшим исключением, подвергаясь воздействию сил, враждебных или даже лояльных, утрачивают свободу воли, а также контроль над эмоциями и желаниями.