Согревая сердцем

Несмотря на плотный надзор преследователей, Вадим понимал, что надо как можно быстрее добраться до поляны, где живет фея. Чутье подсказывало ему, что главное прийти туда. А там что-нибудь выручит.

Казалось, он уже давно бредет по размокшей дороге, пытаясь удержать в руках раненую возлюбленную и каждую секунду ожидая выстрела из зарослей. Внезапно дождь кончился, и уставшие ноги Вадима шагнули на чистую, свежую траву. Опустившись на колени, он положил на землю Илику и обернулся, изумленно вскрикнув: в трех шагах от них по-прежнему шел ливень. Вадим оглянулся: кажется, поляна накрыта чем-то вроде купола, укрывающего от дождя..

Не только от дождя, ахнул он, увидев, как стрела, вылетевшая из ближних кустов, врезалась в невидимый щит и сломанная упала на траву. Оторопевшие эльфы выстроились в десяти шагах от линии, о чем-то переговариваясь. Вдруг один из них отдал лук товарищу и направился к куполу. Пройдя сквозь стену, он остановился.

— Приветствую тебя, Вадим Гарг-Вольный! Мое имя Таурендил, — слегка поклонился остроухий преследователь. — Мне жаль, что нам приходится знакомиться в такой печальной обстановке, но вынужден тебя огорчить: отсюда ты живым не выйдешь. Клан Лоринэля никогда не отказывается от поручений. А у меня простой и четкий приказ: ты должен быть устранен с поста главы Фантомов. А Илика будет наказана за нарушение контракта.

— Могу тебя обрадовать, — ухмыльнулся Вадим, перевязывая Илику. — Я и так ушел с этого поста. Узнав, что Илике приказано меня убить из-за главенства, я написал письмо отцу с отказом от него. А что до твоих угроз — мне на них наплевать. Свою любимую я тебе не отдам, хоть со всем Тауроном сюда приди. Я же видел, этот странный купол не пропускает оружие, ваша стрела разбилась.

— Собираешься поселиться на этой милой полянке? — съехидничал Таурендил, наколдовывая одеяло и небрежно усаживаясь на него. — Ну, здесь неплохо, уютно так. Шалашик предлагаю поставить вон под той елью. Будет очень симпатично.

— Ценю твое остроумие, Таурендил, — холодно процедил Вадим, укладывая Илику на охапку травы, сорванной на поляне, и пытаясь напоить ее остатками воды из фляжки. — Но не мог бы ты присоединиться к своим друзьям? Твое общество и мне, и моей девушке неприятно.

— Твоей девушке сейчас безразлично любое общество, — ухмыльнулся Таурендил, сотворяя из воздуха кружку горячего чая. — Тебе налить? Продрог небось, — сочувственно покачал головой остроухий. Вадим молча отказался. Внезапно на поляне возник легкий смерч, и на сцене появилось новое действующее лицо — невысокая, небрежно одетая девушка с корзинкой трав в руках.

— Арталетта! — расплылся в улыбке Таурендил. — Привет, дорогая!

— И чего ты тут делаешь? — хмуро поинтересовалась фея. — Я тебя не звала пока что.

— Видишь ли, тут кое-кто забрел на твою поляну случайно, — вскочил остроухий, галантно кланяясь. — Мои олухи не уследили за дорогой и впустили их под твой купол. А они мои.

— На этой поляне твоего ничего нет, кроме заказа — а его я еще не выполнила, — перебила возмущенная Арталетта, собираясь уходить.

— Подожди! Мне нужна твоя помощь! Я же не могу под этим куполом ни колдовать, ни стрелять. Вышвырни их за его пределы! — попросил обеспокоенный эльф.

— Под этим куполом все принадлежит мне, — возразила обернувшаяся фея. — С чего я должна разбрасываться своей собственностью?

— Но… — оторопел от такой наглости остроухий. — Они мои! Они здесь случайно, я же..

— Твоя собственность находится на моей земле, — Арталетта откусила яблоко, вынутое из кармана. Со скучающим видом учительницы, вынужденной объяснять малышам простейшие вещи, пожала плечами. — Поскольку оплатить аренду земли под ними ты не догадался, они переходят в мою собственность за неуплату.

Таурендил оторопел. Логика Арталетты всегда повергала его в ужас, но сегодня фея превзошла саму себя.

— Милая, — осторожно начал он. — Видишь ли… Эти двое стоят немного дороже, чем земля..

— Ладно, — невозмутимо перебила Арталетта. — Тогда я заплачу тебе неустойку, и… — неожиданно она широко зевнула. — У тебя минута на раздумье. Мне жаль времени на эти глупые переговоры, я еще работу не закончила.

— Арталетта, — осторожно начал Таурендил. — Видишь ли… Это не просто два человека. Особенно девочка… Она очень ценна для меня. Это обученная наемная убийца, и вторую такую мне трудно будет найти сразу.

— Прям как моя мышь, — хмыкнула Арталетта. — Я только позавчера ее закончила. И надо же было заказчику сдохнуть. Кто мне теперь заплатит?

— Что за мышь? — насторожился Таурендил, прекрасно осведомленный о талантах своей волшебной подруги.

— А, летучая. Разумное создание, скажешь, кого убить — а лучше портрет покажи, полетит и убьет. Я ею всех мышей в округе перебила, — хихикнула фея. — Бери зверушку, пока я добрая. Все равно ее девать некуда.

— Но… — попытался возразить Таурендил, но фея его перебила:

— Минута истекла минуту назад.

В ее руках появился хорошо знакомый эльфу аметист в тонкой серебряной оправе. Он хорошо помнил, как с помощью этого камушка однажды вылетел из дома и приземлился на другом краю леса заказчик, чем-то не понравившийся фее, и сообразил, что может повторить его участь вместе со своей командой. Остроухий дураком не был и прекрасно понял, что беглецов Арталетта не выдаст, раз уж в ее непоследовательную голову влетела мысль, что они теперь принадлежат ей. Так что или он берет мышь и получает новую наемницу (которой не надо к тому же платить), или познает радость полета по дождливому лесу.

— Хорошо, я ее беру, — согласился он. Фея щелкнула пальцами, и в ее руках возникла клетка с нахохлившейся летучей мышью, хмуро чистившей черные, как сажа, крылья.

— Ее зовут Снежинка.

— Хорошо, — проглотил удивление Таурендил. — Я беру ее. Эти двое твои. Я приду за своим заказом через неделю, как и договорились.

Фея, уже забывшая про сделку, знаком приказала Вадиму следовать за ней. Оглушенный внезапной переменой положения парень молча поднял на руки раненую возлюбленную и вошел в избушку вслед за хозяйкой. Та, пошарив на полках, достала склянку ярко-зеленого цвета и накапала из нее в кружку с водой небольшую дозу какого-то лекарства.

— Таурендил подлец, — пробормотала фея. — Всучил испорченный товар. Выпей это, — протянула кружку Вадиму. Тот не рискнул спросить, что ему предлагают, и молча выпил предложенное. В ту же секунду боль в раненой ноге исчезла, как по волшебству. Впрочем, почему как..

— Спасибо, — улыбнулся он. — А Вы не могли бы помочь Илике? Она ранена серьезнее.

— Я ж говорю, жулик, — непонятно отреагировала фея. — Клади ее на лавку, посмотрю. А ты пока крышу почини.

Арталетта, несмотря на внешнюю непоследовательность и неприспособленность, отличалась редкой прагматичностью. Зачем тратить магический резерв на поддержание купола и починку крыши, когда человечек сделает все руками и без применения магии? Кстати, можно приказать и крыльцо починить, и… что там еще в хозяйстве нарушено? Надо же как-то приобретение применять. В итоге Вадим обзавелся длинным списком поручений и отправился их выполнять с охапкой наскоро наколдованных инструментов, причем вместе с лопатами и топорами преспокойно лежали на травке такие, без сомнения, нужные при починке предметы, как щипцы для завивки и ложечка для чая. А фея тем временем занялась Иликой.

Через несколько часов уставший Вадим вошел в дом и доложил, что все порученные дела исполнены. Арталетта, переливая в склянку очередное снадобье, кивнула.

— Хорошо бы перекусить, — задумчиво щелкнула она пальцами, и на столе появились две большие миски, в которых что-то бурлило и хлюпало. Вадим помог Илике сесть и взял ложку. Неожиданно в миске плеснул чей-то хвост, и девушка вздрогнула от отвращения. Арталетта вздохнула и отправила тарелки обратно.

— Черт, мне никак не дается это новомодное заклинание похлебки, — раздраженно пробормотала она. — Слушай, детка, а может, ты умеешь готовить?