Порубежье

  - - Пробуй кочергой помешивать металл! Прокричал я Втораку.

  - Тот повозил кочергой по металлу и радостно закричал !

  - Есть!

  - На железную кочергу стал налипать металл.

  - Навертишь с пуд, подавай на наковальню Перваку с подмастерьями, а сам сразу бери вторую кочергу и доставай ещё железо. Пока прокуют первое, второе пусть лежит с краю греется и продувается. Первым делом мы решили отковать оголовок молота приводившегося в движение водяным колесом. Я молотом не махал,-'не царское это дело', хватит того что я командовал, да и кузнец привел всю свою семью, а это ещё четверо молодых мужиков. Спасибо, что приехали со своим инструментом. Места у наковальни мне не было и я командовал со стороны. Несколько раз грели металл то на первой кочерге ,то на второй.

  - Доброе железо получается Боярич! Прокричал мне Вторак.- После четвёртого прогреву усадки почти нет!

  - Давай ещё пару раз прогреем и прокуём, всё ж оголовок молота. Нехорошо получится, ежели он при ковке расплющится.

  - Добро боярич, сделаем. И в два молота со сменой через пару десятков ударов проковали заготовку оголовка. Второй ком железа я приказал расковать на полосу, которую нарубили кусками в локоть длиной для дальнейшей проковки у же в более спокойной обстановке. Я собирался получить из этой полосы 'Шведскую сталь'. Благо процесс её получения я помнил из уроков деда ещё в 'своём' времени. Для этого мне уже на протяжении двух месяцев собирали кости, копыта, рога, обрезки кожи. Всё это должно было пойти на дальнейшую переделку железа в сталь, судя по всему, мне страшно повезло месторождение железа, было богато ещё и марганцем. Теперь эта сталь будет называться 'Алёшинской'! Нет! Просто вот так взять и уехать, оставив переделку железа на полдороге я не смог. Послав всех любопытных подальше, я с кузнецами занялся доводкой железа до нужных кондиций. Построив из привезённого кирпича печь для доводки железа, мы расковали полосы в прутья, сложили их в специально сделанный для этого горшок, предварительно пересыпав их древесным углём, накрыли глиняной же крышкой, промазав стык глиной и добившись относительной герметичности, десятидневку непрерывно грели этот горшок в печи. Затем столько же дней горшок остывал. Затем мы достали эти прутки и проковали их пару раз. Дальше технология предусматривала науглероживание стали в смеси костей и древесного угля. В конце концов я выковал из четверти одного прута себе небольшой кинжал. Отдал его Перваку на доводку лезвия, и тот два дня полировал его куском песчаника. Когда мне его наконец принесли, я оглядел этот невзрачный клинок, плод нашего месячного труда, положил его на чурбак и ударил по лезвию кинжала топором. Лезвием по лезвию. Да со всего размаха! Когда я поднял топор для второго удара, оказалось кинжал, прорубил лезвие топора и в нём застрял.

  - - Ну што Первак, запомнил ли ты все ухватки получения Алёшинского железа?

  - - Как есть запомнил боярич.

  - Видал, что мы за железо сотворили? Вот теперь, бери этот топор с кинжалом и поезжай у Воеводе. Покажешь ему. Отныне и до скончания века, только так и будете получать доброе железо. Водяной молот работает, прокуёте полученное в печи железо получше, ну и далее по укладу. Когда вернусь с Руси, что бы у меня был запас готового железа. Всё. Поезжай.

   -И раз, и два, и раз и два, я стоял на корме у руля небольшого десятиметрового шитика и командовал шестью гребцами. Сухона в этом месте текла в узких лесистых берегах, ветер дул поверху и парус бессильно обвис. Плоскодонный шитик нам построил Ерофей совместно с Любомыслом. Да, из сырых досок, но сему кораблику надо было всего доплыть до истоков Сухоны, и весной с паводком вернуться с грузом, на это его должно хватить с лихвой. Нас было двенадцать человек. Девять повидавших видов воинов и трое гребцов из моего племени. На меньшее дед не согласился, мотивируя тем, что три пуда серебра всё ж серьёзная сумма и у неё должна быть достойная охрана. Я, дядька, два боевых холопа, три гребца с моей стороны и сотник с четырьмя воинами со стороны деда. Выпавшие дожди подняли уровень воды в Сухоне и плоскодонный шитик уверенно шел то под парусом, то на вёслах. Дед при расставании сказал,

  - Гляди в оба. Серебро оно по весу лёгко, да тяжко даётся, всё чего надо купить мы оговорили. Может, перехватишь обоз с матерью и братовьями, погляди может помочь чего надо.

  - Дед я чё, как женился, чужим вам стал? Я чё матушку в дороге брошу? В лепёшку разобьюсь, змием извернусь, а её доставлю в целости и сохранности. Да и чего там торговать мне? Зерна, скотинку, да людишек. Железа у нас теперь своё, полотно своё, хлеб будет. Дальше Вологды искать товар не буду. Если до Вологды матушку не встречу, буду ждать её обоз в городе. Мимо же не пройдёт. Вы как договорились, когда её ждать надо?

  - А никак мы не договорились! Дед шлёпнул ладонью по столу. Думаешь, у князя нет послухов? Мать твоя, на лето с сыновьями должна в деревеньку свою отъехать. С ними мой человечек есть. Деревенька та в глухом углу стоит, с десяток дворов, да с сотню народа, это со стариками и детворой. Вот урожай соберут, и в путь. Кто-то не поедет и останется, неволить людей не будем. К осени ближе, отец твой в ту деревеньку своих людей пошлёт десятка два воев, да телег о двух лошадках столько же. Оговорили мы это всё с ним. По времени получается в пути они уже. Ты своё дело делай. Ежели пересечётесь, тогда думай сам.

  Узнавая приметные места, я понял, что примерно половину пути мы прошли. Слава богу, без особых приключений, пара посадок на мель не считается. Там где Сухона расширялась и выходила из теснин, парус хватал попутный ветер, и мы отдыхали от вёсел. В общем через двадцать дней, без особых проблем мы добрались до того места где весной срубили плоты. На берегу сидел тот же полуглухой старичок.

  - Поздорову ли старинушка ! Прокричал я ему в ухо.

  - Поздорову . Спаси тя Христос. А куды вы плывёте?

  - Да вот в Вологду хотим.

  - Тогда чевой сюды приплыли, плыли бы в Вологду.

  - А что ? Есть путь и по реке?

  - Есть, как не быть! Стар я небылицы сочинять. Вертаться вам надоть, ошую увидите река впадает, по ней подыметесь прямо в город.

  - Заблукаем мы дед, нет ли проводника? Заплачу серебром за помощь.

  - Да я и помогу, давно хотел в церковь сходить, да далече, а ноги слабы. Пожди маленько, соберусь и поплывём.

  Что деду собраться? Котомка, посошок, и вот он уже на борту щурясь от неяркого осеннего солнца, осматривает шитик.

  - А добрая у вас ладья. Грузу небось возьмёт много?

  - Девять сотен пудов,- ответил я ему.

  - А чей ты молодец будешь?

  - Воеводы Палея внук. Боярич Кожемяка.

  - Это тот воевода, что там дальше на Сухоне, крепость поставил?

  - Он самый.

  - А ты значит евонный внук? А зачем ты в Вологду плывёшь?

  Дед слегка забодал вопросами, но его можно было понять. Народ в его краях появлялся редко, и поговорить ему было не с кем.

  - За зерном дедушка. Если помнишь, это мы весной плоты рубили. Так вот поля расчистили, озимые посеяли, а зиму ж ещё прожить надо, да до новины протянуть. Вот за зерном и плывём.

  - Об этом годе урожай добрый был. Купите задёшево.

  Вот так, с разговорами мы плыли до вечера. На ночь стали у берега разожгли костер, приготовили кулеш с копченым мясом. Вскипятили узвару из сушенного листа малины. Угостили и деда. Затем выставив дозор улеглись на медвежьих шкурах. С утра попив горяченького узвару отплыли. Я уже начал сильно сомневаться в принятом решении, по моим подсчётам мы прошли около восьми десятков верст, когда дед махнул рукой вправо показывая на небольшую прогалину и водяной проход в кустах.

  - Вот! Это и есть река Вологда. По ней прямо в город приплывёте.

  - Так, давай к берегу, скомандовал я. Надо знак поставить, что бы вдругорядь проводников не искать.

  На берегу росло довольно высокое дерево, вот его то и очистили от веток на высоту двух саженей, и в развилку подняли и положили бревно. Получился импровизированный крест, и дерево вроде не сильно покалечили и знак виден хорошо с Сухоны. Шитик без проблем вошел в русло Вологды и мы, петляя по заболоченной пойме где на вёслах, где под парусом добрались наконец до города. Поглядеть, как в город приходит ладья сбежался весь город. Со стороны Сухоны мы были первыми купцами. Все знали? что в той стороне живут дикие племена, и никак не ожидали увидеть с той стороны ладью русичей. На город эта деревенька в моём понимании никак не тянула. Вдоль реки полутороэтажные деревянные уже почерневшие домишки, несколько сараев пара мостков изображавших пристань. Ну ещё луковка церкви. И всё. Пристали к свободной, на мой взгляд, такой пристани в центре города. К нам тут же прискакал всадник и спрыгнув с коня подступил к самому борту с вопросами.