Страница 16 из 16
Его похоронили на кладбище вместе с другими погибшими. О похоронах сообщили родственникам Форреста, и некоторые из них пришли на кладбище. Узнав о случившемся, они пришли в ужас. Для всех Форрест попросту исчез: никто не знал, что с ним случилось. Когда об этом стало известно Кливу, он настолько испугался, что выступил перед публикой и объявил всю историю выдумкой, назвав виновниками предателей-ученых. Через неделю после похорон кто-то приземлился среди развалин лаборатории и уничтожил все, что говорило о ее связи с правительством.
– Господи, – сказала я. – Это правда? Все на самом деле было так?
У хозяина лавки были серые глаза, седые волосы и землистого цвета кожа. Помню, я подумала, что ему стоило бы убраться подальше от этого сувенирного магазина и вообще от кладбища.
– Все еще хуже, – ответил он.
– Что еще случилось? – спросил Алекс.
– Через несколько недель после уничтожения лаборатории на город снова напали. Кто это сделал – неизвестно, но горожане начали находить трупы: люди, забитые насмерть, с размозженными черепами, задушенные. Свидетели клялись, что это был Барриман. На кладбище отправился репортер.
– И могила оказалась пуста, – сказал Алекс.
– Да.
Эту часть истории я слышала еще до нашего отлета из Маринополиса.
– Жители города попросили помощи у властей, но чиновники лишь посмеялись – как и журналисты, которые в те времена и без того ни черта не стоили. Тогда горожане собрались сами, выследили его во второй раз и снова убили. Все признали, что это один и тот же человек. На этот раз, прежде чем закопать труп, его залили цементом, пригласили священника для совершения обряда экзорцизма и поставили на могиле камень, чтобы покойник не мог выбраться.
– Вы, случайно, не видели Викки Грин? Она действительно была в городе?
– Кого? – спросил он.
Мы двинулись дальше – в один из двух местных ресторанов. Хозяйка, высокая женщина, выглядела слишком здравомыслящей для того, чтобы жить в Болдинай-Пойнте. Я сомневалась, что у этого города вообще есть будущее. Когда мы сели, я спросила у хозяйки, верит ли она в историю Барримана, и она ответила: «Конечно, где вы были раньше?»
– Я вам еще кое-что скажу, – добавила она. – Это каким-то образом связано с Каллистрой.
– С Каллистрой?
– Обычно на кладбище все спокойно. Но стоит прийти туда ночью, когда звезда висит прямо над головой, то можно ощутить, как он пытается вылезти из могилы.
Добро пожаловать в Болдинай-Пойнт.
Мы выбрали отель, но там не оказалось мест.
– Попробуйте «Хэмел», – посоветовали нам.
«Хэмел» был не так уж плох, но не отличался роскошью, которую любил Алекс. Номеров люкс не нашлось, и мы поселились в двух отдельных комнатах. Между делом Алекс спросил искина, знает ли она, кто такая Викки Грин.
– Да, – ответила она. – В Пойнте она очень популярна.
– Не могли бы вы сказать, появлялась ли она здесь за последний год?
– Это частная информация, – последовал ответ. – Прошу прощения, но говорить на подобные темы я не имею права. Если хотите, могу проверить, не проживает ли она сейчас в нашем отеле.
Мы попытались позвонить в «Пойнт-Мен», местный журнал. Да, она была здесь, действительно останавливалась в «Хэмеле» и стала звездой вечера, на котором рассказывала, почему люди склонны верить в сверхъестественное. Она подписывала книги, в том числе коллекционные издания, и пригласила некоторых читателей на шумную вечеринку.
Викки также дала интервью, опубликованное в «Пойнт-Мене». Как и прежде, выглядела она прекрасно.
Вопрос: Госпожа Грин, с какой целью вы приехали в Пойнт?
Ответ: Это особенное место, Генри. Мне всегда хотелось здесь побывать.
В.: Вы работаете над очередной книгой?
О.: Я всегда работаю над очередной книгой. (Смеется.)
В.: Не могли бы вы рассказать, о чем она?
О.: Замысел еще не совсем оформился.
В.: А как книга будет называться?
О.: Рабочее название – «Око дьявола».
В.: Вы задержитесь в Пойнте?
О.: Да. Скорее всего, да.
В.: Дайте угадаю: вы пишете о Форресте Барримане?
О.: Если хотите, угадывайте.
В.: Я прав?
О. (с улыбкой): Честно говоря, Генри, идея носится в воздухе. Но я пока еще раздумываю.
– Она полна оптимизма, – сказала я.
Эта Викки мало походила на женщину, приславшую нам сообщение.
– В чем бы ни заключалась ее проблема, – заметил Алекс, – она еще не возникла.
Мы досмотрели интервью до конца. Когда ее спросили, чем она собирается заняться в городе, Викки ответила, что просто хочет осмотреться.
«Мне здесь нравится. Почему бы не расслабиться немного?»
«Вы намерены побывать на могиле?»
«Не думаю, Генри. Страшновато».
В городе имелись музей Барримана, книжный магазин «Кладбище», а также Оккультная транспортная компания, предлагавшая виртуальные путешествия в потусторонний мир. Можно было купить футболку с изображением чудовища или симуляцию с инсценировкой событий. Голограмма самого чудовища стояла перед входом в магазин сувениров. Когда мы пришли, рядом с ней фотографировалось семейство. Похоже, бизнес процветал.
Мы отправились на поиски тех, кто мог видеть Викки Грин. Казалось, все обитатели Пойнта – поклонники жанра ужасов. Большинство местных жителей отвечали нам: «Да, мы слышали, что она была в городе». Большинство утверждали, что видели ее, а некоторые даже заявляли, будто с ней разговаривали. Но по сути, мало кто мог нам помочь. Некоторые говорили, что она писала про чудовище Барримана. «Зачем еще ей было сюда приезжать?» – сказал кто-то. Слух о том, что Викки больше нет, уже успел разойтись, и поклонники с трудом могли поверить в случившееся.
Так или иначе, найти надежные источники оказалось непросто. Подробности не совпадали. Одежду Викки описывали по-разному, как и цвет ее волос. Иногда она говорила с акцентом, иногда без него.
Мы спрашивали, верят ли они, что история Барримана имеет под собой какие-либо основания? Я полагала, что местные относятся к ней несколько скептически, особенно дети. Но нет – конечно же, все случилось на самом деле. Спросите кого угодно. Или сходите на кладбище, когда Каллистра стоит высоко в небе.
Днем на могилу Барримана совершались экскурсии: туда ходил автобус на воздушной подушке с надписью «Лаборатория андроидов». Когда я спросила хозяина отеля, есть ли ночные экскурсии, он удивленно посмотрел на меня:
– Естественно, нет, леди. Никто не ходит туда ночью. Это запрещено.
Он с трудом сдержал улыбку.
Автобус забрал нас у отеля, сделал еще одну остановку, а затем направился на север, в сторону кладбища. На экскурсию поехало человек пятнадцать, половина из них – дети. Все весело смеялись, и я услышала, как какая-то девочка спросила:
– Это в самом деле правда, мама?
– Нет, милая, – ответила мама. – Призраков не бывает.
Алекс показал гиду фотографию Викки:
– Не помните ее? Может, она ездила с вами?
– Вы представляете, сколько народу туда ездит? – ответил тот.
Мы проехали через город, затем еще километра три по прямой ровной дороге, после чего свернули к железным воротам, которые распахнулись перед нами. Эффективность их с точки зрения безопасности казалась сомнительной, поскольку ограда в нескольких местах была проломана.
Кладбище было старым. Надгробные памятники относились к временам более чем шестисотлетней давности – к началу эпохи Бандариата. Гид, мужчина средних лет, изо всех сил изображая волнение, рассказал нам, что городской совет рассматривает вопрос о запрете посещения кладбища туристами, поскольку никто не знает, когда Форрест Барриман вылезет из могилы и что он тогда станет делать. Гид посмотрел на детей: некоторые из них хихикали, другие жались к матерям.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.