Страница 2 из 6
Завернув за угол, я попала в огромную толпу зрителей. Опять забыла про эти игры с ядром! Вот досада! Надо было с другой стороны облететь здание Академии, или вообще через двери выйти. Стала аккуратно пробираться вдоль стеночки, чтобы никому не помешать.
- Аматия! - радостно воскликнул мой брат Бартис и схватил за руку, - Закончила? Давай скорее сюда, у меня место есть проплаченное, вооон на той ветке. Вместе поместимся. - и поволок меня к раскидистому дереву, на котором гроздьями висели все расы вперемешку.
Мне всегда говорили, что спорт объединяет миры, но только сейчас я воочию увидела, что на одной ветке мирно сидели демоны, нимфы, эльфы, и многие другие. Ну, как сидели? В основном вскакивали, махали руками, крыльями, орали и радостно обнимались при удачном броске любимой команды.
Бартис впихнул меня между затянутым во все черное драконом и собой. Я недовольно начала ворочаться - крылья помнутся, потом как буду до дома лететь?
- Не ерзай! - рыкнул на меня черный дракон.
Драконов узнать можно сразу: у них из-под волос на шее идёт чешуя, которая спускается ниже. И чем старше дракон, чем сильнее чешуя покрывает тело. Этот еще совсем молодой, около ста, так что ровесники.
- Мои крылышки! - возмутилась на грубияна.
- Девчонке нечего на мужских играх делать! - припечатал он меня. Только я готова была с ним согласится, как он добавил, - Сидела бы дома и нектар свой варила!
Я ему что, кухарка? А когда нимфа сердится ... правильно, собираются тучи.
- Аматия! Не надо! - закричал Бартис.
- Ай! - молния ударила дракона по мягкому месту, и тот слетел с ветки прямо под ноги пролетавшим под нами игрокам в Летающее ядро.
Слова были незнакомые, отметила я себе, надо в энциклопедии посмотреть значение. Зато сидеть стало значительно удобней. Дракон распахнул крылья и поднялся к нам, глаза его не выражали ничего хорошего. Он завис перед нами, и его перепончатые крылья обдували хорошим ветерком.
- Ты! - прорычал дракон и пыхнул огнем.
Пламя коснулось моих волос и опалило челку! Ну, все! Он хотя бы знает, сколько времени мне понадобилось, чтобы уложить ее волной?
Подняла ладошку и подула, Бартис пытался задержать меня, но было поздно. Сахарная пудра облепила черного дракона, а белые перышки пикантно стали оседать на сладкий порошок, который намертво впитался в черную кожу. Вид у дракона был такой замызганный, что я прыснула в ладошку от смеха, довольная эффектом.
Дракон посмотрел на дело рук моих, вскинул руки и кинулся придушить нимфу-недоучку на месте, то есть на дереве. Откуда-то снизу вынырнул эльф (Опять эльф! Что ж мне сегодня на них так везет?) и перехватил дракона своими сильными руками. А руки у эльфа и правда были спортивными, да еще форма на нем, команды Летающего ядра, на руках перчатки железные. Так что прихватил он обиженного дракончика довольно сильно.
- Тебе чего? - дернулся бывший сосед по ветке.
- Из-за тебя мы пропустили ядро! - громко крикнул эльф, и я его узнала.
"Ой, мамочки" - я стала тихо сползать с ветки, чтобы перебраться за спину брата. Только бы не обернулся, только бы не узнал. Говорила мне нимфа-преподавательница: "Как можно скорее к Артемии лететь", а я что?
- Аматия! - повернулся ко мне брат, заметив мои передвижения.
- Тсс! - приложила палец к губам.
- Это она! Она меня молнией приложила! - выкрикнул дракон и глазами указал на меня.
Эльф в данный момент был спиной ко мне.
- Так я и поверил, чтобы дракона-нокаутера кто-то мог молнией пробить! - тряхнул головой эльф.
Правильно, не верь как можно дольше, у меня будет шанс дать деру отсюда. Соскользнув за спину брата, развернулась ко всем спиной, расправила крылышки и спокойно полетела прочь с самым невинным видом. И вовсе я не драпаю, а так, дела у меня!
- Стой! - легла ладонь мне на плечо уже у самой стены здания, где виднелся просвет, и была надежда проскользнуть на выход с территории Академии.
- Вот еще! - гордым движением плеча скинула наглую руку. Будут ещё приставать тут всякие!
- Стой! - уже грозно произнес знакомый голос и резко развернул к себе лицом, а руками прижал к стене.
Ой, мои крылышки! Бежать! Сей минут бежать! Встретилась со взглядом раскосых глаз эльфа и задержала дыхание. Вдруг пронесет?
- Ты?! - удивился эльф.
- Это не я! - тут же открестилась от самой себя, от прошлой жизни, и уже готова была отказаться и от будущей, лишь бы меня сейчас отпустили эти сильные руки эльфа в железных перчатках, и дали возможность улететь домой, под крылышко бабушки-хранительницы.
- Я видел тебя там, в классе, - несколько удивленно произнес эльф.
- В лаборатории. И это была не я! Меня там вообще не было! - вздернула носик и попыталась с независим видом отлететь в сторону.
- И у тебя был вкусный лимонад, - задумчиво произнес эльф, а в глазах заплескалась магия любви, точно так же, как в моем стакане с приворотом. Так красиво!
Я залюбовалась на эти переливы и даже рот от восторга открыла:
- Как красиво! - невольно произнесла и откинула длинную челку с его лица, которая свисала и мешала смотреть. - Амиан, - невольно произнесла всплывшее в памяти последнее слово заклинания, "навечно".
Магия в раскосых глазах вспыхнула и погасла, я выдохнула, и теперь смотрела в заинтересованные глаза эльфа. Отдернула руку от его лица.
- Эль! Твоя очередь делать бросок! - нагло пробился к нам еще один эльф. - Что тут происходит?
- Слушайте, заберите своего красавчика, и дайте мне спокойно до дома долететь! - фыркнула недовольная я, ободренная поддержкой с неожиданной стороны, и хорошенечко толкнула в грудь эльфа.
- Виль, я сейчас, - сказал эльф и хотел ухватить меня рукой, но я сделала изящный финт крылышками и скрылась, наконец, в долгожданном проеме у стены, а плотная толпа зрителей прикрыла мой отход.
- Что ты в ней нашел? Она же нимфа! - донеслось до меня сквозь рев зрителей.
- Зато какие крылышки! - ответил привороженный эльф.
"А этот эльф не так плох, в крылышках разбирается", - улыбнулась сама себе, загнав подальше мысль, что это в нем говорит зелье.
Перед входными воротами мелькнули знакомые крылышки, сердце запрыгало от радости.
- Наитиииир! - закричала и помчалась на всех крыльях догонять своего жениха.
Наитир разговаривал с какой-то нимфой, а та старательно строила ему глазки. Ну, может не старательно, а просто строила, но факт был налицо. Наитир терпеливо что-то объяснял надоедливой нимфе, тыкая пальцем в раскрытый учебник.
- Наитир, ты такой умный, - услышала говорок нимфы и зависла за спиной жениха. Интересно же послушать, как он отошьет нахалку. - Ты бы мог сегодня вечером у меня дома все рассказать, а то тут на бегу, все толкаются!
И правда, какой-то нимф-старшекурсник летел на выход и толкнул приставучку в спину, чем та не замедлила воспользоваться и пала в объятия моего Наитира.
- А у меня свой отдельный флигель, - сладко пропела нимфа, заглядывая в лицо моему Наитиру.
- Вызови себе нимфу-преподавательницу, она тебя научит! - сообщила ей и показалась в поле зрения жениха.
- Аматия, познакомься, это Элоира, моя однокурсница, - спокойно выпустил приставучку из своих рук Наитир и повернулся ко мне.
Вид у него всегда серьезный, даже сейчас он спокойно смотрел по сторонам. Но я знала его другим. Вот когда он меня целует, у него совсем другое выражение лица.
- Это Аматия, моя невеста, - ровным тоном представил меня жених.
- Невеста? - презрительно поджала губки Элоира. - А тебе не рано жениться? Мог бы еще погулять, - сладко пропела нимфа и положила ручку на руку Наитира.
- А ты не слишком засиделась? Никто замуж не зовет? - отрезала ей в ответ и перетянула жениха к себе.
- Да хранят тебя создатели, - вежливо попрощался Наитир, и мы полетели вместе на выход.
Лианы на воротах были распахнуты настежь. В основном, конечно, из-за турнира, но ещё у нас в привратниках был старый хамелеон. Он служил верой и правдой уже не одно столетие, но из-за возраста зрение стало подводить ящерицу, и ему теперь было проще открыть ворота и делать вид, что он всех прекрасно видит. В привратники хамелеонов брали из-за их прекрасной памяти: они хорошо запоминали, кто вошел на территорию Академии, и кто вышел. Эта их особенность всегда была нужна, когда устраивались вечеринки. Часто упившиеся хмельного нектара нимфы засыпали на территории Академии, и их тяжело было найти в общем бедламе. А так, хамелеон говорил, кто остался, и его по пыльце, оставляемой крылышками, легко находили.