Страница 66 из 112
По другую сторону двери они слушают приглушенные, злые голоса. Ну, как думаете, кто выиграет в споре? – спрашивает Тормент. Братья делают ставки. Дверь открывается. Выходит очень злой Роф, натягивает кожаную куртку. Следом появляется Бэт, с двумя пистолетами и кинжалом. Она улыбается. Когда братья смеются, Роф обхватывает Бэт рукой и целует ее. Никто из вас не выглядит особенно удивленным, говорит он братьям. Да, отвечает Тормент. Мы ставили на нее.
Вместе, Роф и Бэт растворяются в ночи.
Удаленные сцены
Сцена 1
От автора
Подавляющее большинство того, что я вижу в своей голове, нашло отражение в книгах – вот почему романы о Братстве такие длинные. И, как правило, если я что-то вырезаю из одного романа, то использую отрывок где-нибудь еще. Однако есть несколько сцен, не вошедших в книги, и я включила их в сборник с комментариями.
Эту сцену я вырезала из «Пробужденного любовника» из-за ее размера. Она мне действительно нравится, и жаль, что я не смогу использовать ее в дальнейшем, так как это было началом побочной сюжетной линии с учениками. Перечитывая ее снова, я вспоминаю, как далеко ушел Джон – на этом этапе серии он только начинает знакомиться с Братьями, и ему еще многое предстоит узнать о новом мире.
Находясь в спортзале тренировочного центра, плечом к плечу с остальными учениками, и ожидая следующей команды на изменение позы джиу-джитсу, Джон был в изнеможении. Его мозг был абсолютно истощен, а все тело болело. Его будто обглодали до костей и оставили умирать.
Ну ладно, это звучало мелодраматично. Но не слишком. Занятие началось, как всегда, в четыре часа дня, но им нужно было наверстать время, потерянное прошлой ночью. Вместо того чтобы закончить в десять, сейчас было уже два часа ночи, а они работали все в том же темпе.
Остальные парни тоже выглядели уставшими, но Джон чертовски точно знал, что никто из них не вымотался, как он. По какой-то причине одноклассники лучше него выносили тренировки
По какой-то причине? Господи, да он знал почему. Ему все тяжело давалось не только потому, что он был ничего не соображающим болваном. Из-за этой терапии, возвращения-к-его-прошлому-кошмару, он даже не мог спать, вследствие чего нетвердо стоял на ногах и с самого начала был не в себе.
Стоявший впереди Тор пристально посмотрел на ряд учеников. Одетый в черные нейлоновые штаны и черную футболку, Брат был вылитым сержантом-инструктором по строевой подготовке, с короткой военной стрижкой и пронзительными голубыми глазами. Джон попытался выпрямиться, но его спина отказывалась разгибаться. Он целиком и полностью выдохся.
– На сегодня все, – рявкнул Тор. Ученики повалились на пол, и он нахмурился. – Какие-нибудь повреждения, о которых я не знаю?
Когда ни один не заговорил, Тор посмотрел на часы, висящие на стальном каркасе бетонной стены.
– Помните, завтра начинаем в полдень и занимаемся до восьми вечера, вместо обычного времени. Примите душ. Автобус подойдет в течение пятнадцати минут. Джон, можно тебя на минутку?
Пока все ученики тащили свои жалкие задницы через голубые маты к раздевалке, Джон оставался позади. И тихо молился.
Дорога на автобусе в тренировочный центр и обратно была адом для него. В лучшие дни никто из учеников не говорил с ним. В худшие… он молил о молчаливом пренебрежении. И пускай это делало его трусом, но он надеялся, что Тор предложит ему остаться и поработать в офисе.
Тор дождался, пока стальная дверь со звоном закрылась, прежде чем превратиться из сержанта-инструктора в отца. Положив ладонь на плечо Джона, он мягко сказал, – Ну как ты, сынок?
Джон оживленно закивал, хотя его измотанное состояние говорило само за себя.
– Слушай, Братство сегодня поздно вышло на улицы, и мне нужно отправляться в патруль. Но я уже поговорил с Бутчем. Он сказал, что если ты захочешь зависнуть с ним ненадолго, то это будет круто. Ты можешь принять душ в Яме, и после он отвезет тебя домой.
Глаза Джона округлились от удивления. Зависнуть с Бутчем? С этим охрененно-крутым парнем? Черт… его молитвы были услышаны. Парень приходил пару дней назад, провел отпадное занятие по форензике [102], и абсолютно все ученики решили, что хотят стать копами по расследованию убийств, как он.
Зависнуть с ним… да к тому же избежать Адского экспресса по дороге домой?
Тор улыбнулся. – Это можно принять за «да», верно?
Джон кивнул. Кивал не переставая.
– Знаешь, как туда добраться?
Код тот же? – Знаками показал Джон
– Ага. – Тор сжал его плечо, его большая ладонь излучала столько теплоты и поддержки. – Береги себя, сынок.
Джон направился в раздевалку и впервые не колебался, вступая внутрь горячего, влажного лабиринта из кабинок и социальной иерархии. Как обычно, по дороге к девятнадцатой он не смотрел никому в глаза.
Забавно, и он, и его кабинка были позади всех и внизу.
Когда он, подхватив сумку, перекинул ее через плечо, Блэйлок, рыжеволосый парень, один из тех двоих, кто не доводил его своими оскорблениями, нахмурился.
– Ты не переодеваешься для автобуса? – Спросил парень, вытирая полотенцем волосы.
Джон кивнул и отвернулся в сторону, не сумев сдержать улыбки.
Которая, конечно, заставила Лэша вступить в игру.
– Кажется, он собирается побегать за Братством. – Светловолосый парень искусно затянул ремешок на огромных бриллиантовых часах «от Джэйкоб и Ко». – Могу поспорить, он будет полировать им кинжалы. Чем ты будешь обрабатывать их клинки, Джон?
Желание треснуть его было настолько сильным, что Джон даже поднял руку, но Боже, устраивать потасовку с этим придурком? Не тогда, когда он договорился о Яме и освободился от автобуса. Отвернувшись, он пошел длинным путем к выходу из раздевалки, проходя через другой коридор из скамеек и шкафчиков, чтобы избежать конфликта.
– Удачно повеселиться, Джонни, – прокричал Лэш. – И загляни по пути в комнату со снарядами. За теми наколенниками.
Когда раздался смех, Джон открыл дверь и направился в офис Тора… думая, что отдаст все, лишь бы показать Лэшу, каково это, когда над тобой издеваются.
Или заставить его подчиниться.
Пройти через дверь за шкафом с документами и выйти на другую сторону в подземный туннель – это считай что прогулка под солнцем: он почувствовал ликующее облегчение. Конечно, у него было всего десять часов свободы, но при определенных обстоятельствах и они казались целой жизнью.
И потусить с Бутчем – именно та передышка, которая была ему нужна.
Джон быстро прошел к главному дому и остановился, когда достиг лестницы, ведущей в вестибюль. Тор сказал, что от нее сто пятьдесят ярдов до Ямы… и он пошел дальше. Когда он дошел до еще одной лестницы, то почувствовал облегчение. Туннель был сухим и слабо освещенным, но Джон не любил бывать здесь в одиночку.
Сунув лицо в регистрационное поле видеокамеры, он нажал кнопку вызова, и почувствовал желание помахать рукой, как идиот.
– Привет, приятель. – Голос Бутча отчетливо слышался сквозь интерком. – Рад, что ты пришел.
Замок отворился, и Джон быстро поднялся по ступенькам. Бутч стоял наверху, в дверном проеме, одетый в черно-золотой смокинг.
У парня была лучшая одежда, какую Джон когда-либо видел. Он вел занятия в костюме в тонкую полоску, который, казалось, был прямо из глянцевого журнала.
– Можешь использовать мою ванную и принять душ, потому что мой сосед по комнате сегодня не на патруле и вазюкается со своей бородкой.
– Пошел ты, коп, – раздался низкий мужской голос.
– Ты знаешь, что это правда. Весь исстрадался от синдрома МББ… – Бутч посмотрел на Джона. – Означает Маниакальный Беспорядок Бороды. Эй, слушай, Джей-мэн, я собирался проехаться в город, тебе как?
Джону очень нравилось, когда Бутч называл его «Джей-мэн». И он, на самом деле, был бы рад поехать куда угодно с таким парнем.