Страница 28 из 67
— То, что приблизит день моего, — тут он запнулся и ободряюще улыбнулся брату, — нашего триумфа!
— А ты уже заручился поддержкой совета? — Пятно, наконец, оттерлось, а он решил, что с прислугой надо быть пожестче.
— Нет, пока еще рано, я поговорю с ними в самом конце.
— Или начале. Тут уж как посмотреть.
После этой фразы оба брата рассмеялись. Однако, целителю опять показалось, что он увидел пятнышко на другой стороне стола. Он опять схватил тряпицу и направился его стирать.
— Тебя беспокоит что-то еще? — Целитель заметил, что брат не торопится уходить, значит, он еще не все сказал.
— Да даже не знаю. Максим клянется, что влюблен в людовскую бабу. Даже сюда ее притащил. Я уже с ней успел познакомиться. Симпатичная такая особа, вроде даже не глупая. Однако, в конечном счете, она может нам помешать. Как утверждает Лорд-протектор, она может подарить народу надежду на будущее, многие захотят попытать счастье на той стороне.
— И что? Разве это плохо?
— Сейчас да, потому что не вовремя! Видишь ли, увидев возможность будущего для своих родов, люди могут захотеть отстоять тот строй, который имеют на данный момент. К тому же, не стоит забывать о многих «если», которые можно ожидать от людов, когда они узнают о нашем существовании.
— Да на кой черт им этот строй будет, если они все погибнут во время создания новой вселенной? Тогда и вся их будущность пойдет прахом.
— А ты прав. Только эту возможность будущего совместно с людами должен подарить им я, тогда они примут мою власть безоговорочно!
— Но как?
— Я подумаю над этим. А ты пока сделай то, о чем я тебя просил.
Он вышел из дома брата задумчивый, но вполне довольный пришедшей в его голову мыслью. Неподалеку его как всего ожидал верный Ротт и при виде хозяина последовал за ним.
Однако, еще не время расслабляться, ему еще нужно встретиться с Рябым Томом, поэтому нужно переодеться, иначе он будет слишком заметен в Юпетирианском квартале. Все, что нужно, было в его машине, поэтому он снял свой длинный, в фиолетовых разводах, приталенный щегольской фрак и брюки со стрелкой и натянул выцветшие штаны и старый поношенный удлиненный пиджачок. Потом переодел блестящие ботинки, которые вполне могли бы его выдать, натянул на глаза потертую шляпу и, самое главное, включил подготовленную именно для таких случаев личину. Устройство было совершено незаметным и представляло собой простую золотую цепочку, однако, стоило привести механизм в действие, как перед вами представал совершенно незнакомый человек. Сам принцип устройства был довольно просто: на человеческое лицо надевалось что-то типа голограммы, — однако технология была очень сложной и доступ к ней имели единицы, в число которых, конечно, входил и он. Когда он вышел из машины никто бы его не узнал, так себе, неприметный мужичонка с азиатскими чертами лица. Машина могла бы его выдать, поэтому он оставил ее около небольшого кафе и отправился на встречу пешком. Безмолвный Ротт как всегда двинулся за ним. Телохранитель знал, что хозяин не любит, когда он попадается ему на глаза или кто-то замечает, что его охраняют, поэтому шел на довольно внушительном расстоянии, что, однако, не мешало ему довольно точно оценивать ситуацию.
В это время суток Бар «Львиный коготь» был наполовину пуст. Эта была убогая забегаловка с выцветшей вывеской и грязной барной стойкой. Те, кто там был, были либо пьяны с вечера, либо уже успели приложиться к бутылка с утра, поэтому, на вновь вошедшего никто не обратил внимания. Мужчина подошел к бармену и сказал, что его ждут, тот окинул его ничего не выражающим взглядом и провел в отдельную комнатушку, где стоял один единственный стол и откуда, при желании, можно было наблюдать за тем, что творится в баре. Мимоходом он заметил, что телохранитель вошел следом и присел в углу бара. Мужчина вошел в комнатку и сел за столик, где его уже поджидал громила с огромными ручищами и рябым от веснушек лицом. Рыжие усы торчали щеткой, и было видно, что он ими гордится, а голова наоборот — была совершенно лысой.
Войдя в эту комнатушку мужчина выключил прибор личины.
— Добрый день, хозяин.
— Привет, Том. Я хотел бы узнать, что там у тебя за история стряслась?
Как это ни странно, но мужчина, отключивший только что прибор личины, умудрился создать свой собственный элитный отряд солдат, которые имели более широкий доступ к оружию и информации, чем обычные солдаты врат. Официально, это было подразделение, которое подчиняется только лорду-протектору, но на самом деле их контролировал он. Эта группа помимо всего прочего помогала ему пользоваться той информацией, которая к нему стекалась. Но самое главное, о том, кому они действительно подчиняются, знал только рыжий детина, сидящий сейчас перед ним. Именно поэтому, они встречались тайно и в столь непрезентабельном месте. Глаза и уши есть у многих в этом городе, портативные «глазки» и так дают много информации лорду хранителю Олимпийских островов, а тому, кто только что пришел на встречу, совсем не хотелось быть замеченным.
— Да ничего серьезного, господин, все уже улажено! — Было видно, что Рябой Том, несмотря на весь свой грозный вид, боится этого, казалось бы, совершенно безобидного человека.
— Я хочу знать, что случилось! Если до меня дошли слухи, значит все не так просто. — Господин говорил спокойно, но угроза в его голосе была очень явной.
— Да все очень глупо получилось. Парочка моих ребят затеяли стрельбу из огнестрельного оружия, — увидев колючий взгляд хозяина он пояснил. — они просто выпили лишнего и увидев какого-то бомжа решили поразвлечься: они стреляли — он убегал. Правда, бомж попытался попросить помощи у людей, вопил почем зря, но час был поздний, а люди в Юпетирианском квартале, сами знаете, боязливые, в наши дела вмешиваться не хотят, поэтому его никто не впустил, а они догнали. — И он виновато улыбнулся.
— Где тело сейчас?
— В топке у Гарри Кочерги. Так надежнее.
Господин прекрасно знал, что его ребята имеют выход на криминальный мир Запретного города и его это вполне устраивало.
— Понятно… Как ты поступил с теми придурками?
— Ну, они на самом деле хорошие ребята…
— Ты их наказал? — Угрожающе спросил Господин.
— Нет, но…
— Никаких но. Подобные случаи уже начинают входить в привычку у твоих ребят! Ты хоть знаешь, каких трудов мне стоит прикрывать ваши темные делишки? Если лорд протектор и общественность узнают, что бойцы его личного элитного подразделения развлекаются подобным образом… Ты хоть представляешь, что тогда будет? — Лицо Господина стало страшным от гнева. — Если у тебя не будет железной дисциплины, я, пожалуй, поищу себе другого слугу, на которого смогу положиться! — Это, конечно было блефом, слишком много было завязано на Рябого, и слишком много он трудился над его психикой, чтобы вот так просто убрать. С этим пока можно повременить. К тому же он точно знал, что никто, кроме Тома, не знает о его существовании и это его вполне устраивало. Однако, Рябой об этом не знал, поэтому угроза его проняла.
— Сегодня же я разберусь с ними, господин.
— Надеюсь. И сделай, пожалуйста, так, чтобы другим было не повадно вести себя подобным образом! Все, мне пора. — Он уже отодвинул стул, чтобы встать. — Кстати, скажи Рору, что у него плохо получилось распалить ревность этой Энн. В следующий раз пусть старается получше.
— Да, конечно, если бы я знал, то послал бы кого-нибудь другого.
— Да, черт с ним. Кстати, Рустам уже собрал необходимы мне компромат?
— Почти. — Рябой замялся. — Дело в том, что он есть не на всех.
— Так поищите получше. На любого можно что-нибудь найти, при желании, конечно. Через неделю я жду отчет. Больше здесь встречаться не будем, это опасно. Когда ты мне понадобишься, я с тобой свяжусь. — «С удовольствием избавился бы от всей этой братии, и той грязи, которую они распространяют, только они мне пока нужны, а страх и жестокость — единственный способ держать их в подчинении»