Страница 51 из 89
Пом вышел из храма. Он подал знак Гектору, и они спустились с холма. Вскоре они прошли через изгородь, где притаился Брэк. Варвар крепче сжал кинжал и пополз за ними. Было очень темно. Брэк двигался осторожно, прислушиваясь к их шагам.
Внезапно он натолкнулся на дерево. Над головой блеснула потревоженная золотая птица. Она распростерла крылья, и ее воркование сменилось яростным криком. Она нацелила когти в лицо Брэка и бросилась на него. Варвар отклонился в тот момент, когда птица была готова вырвать ему глаза. Когти распороли Брэку кожу на лбу, и кровь закапала из раны.
Птица взлетела и, сделав круг, стала опускаться, целясь клювом Брэку в лицо. Брэк взмахнул кинжалом, но лезвие скользнуло по крылу, не причинив птице вреда. Удар варвара отбросил ее в сторону. Но через несколько мгновений она вновь забила крыльями и поднялась ввысь. Птица свирепо кричала и кружилась над Брэком. Пома привлек этот шум. Птица взмыла в небо стрелой, и Брэк увидел нечто страшное. На кончике ее клюва блестела черная капля.
Брэк понял, что это яд, приготовленный для него. Птица метнулась к варвару. Нож тут оказался бесполезен. Брэк сжал клинок зубами и, обтерев руки о набедренную повязку, схватил птицу в тот момент, когда клюв был на расстоянии ладони от его лица.
Птица била металлическими крыльями. Когти раздирали руки Брэка в кровь. Птица крутила головой и старалась клюнуть Брэка в палец. Но варвар лишь крепче сжал руки вокруг ее шеи. Птица закинула голову для смертоносного удара клювом. У Брэка было лишь одно мгновение. Собрав все силы, он свернул птице голову и сильно дернул ее. Голова оторвалась от тела, обнажив куски золотой проволоки. Раздался взрыв, что-то полыхнуло внутри тела птицы, и пламя обожгло лицо Брэка. Он вскрикнул, как раненый зверь. Ослепленный, Брэк швырнул обломки. Все лицо у него жгло. Обломки стали плавиться, золото кипело и бурлило. Все превратилось в блестящую желтую жидкость, которая быстро впиталась в черную траву.
Нож выпал изо рта Брэка. Варвар яростно рычал. Ожоги сильно болели. В этот момент чьи-то костлявые руки схватили варвара сзади за шею. Его ударили коленом в поясницу и толкнули вперед. Захваченный врасплох, Брэк рухнул лицом на бортик бассейна.
Бешеное сопение Гектора в ушах Брэка превратилось в невнятный шум, когда монах сунул голову Брэка в бассейн и попытался удержать ее под водой.
Серебряный свет танцевал перед глазами Брэка. Он попытался вывернуть плечо и схватить монаха, но безуспешно. Вода заполнила ноздри, жгла обгоревшее лицо. Дышать было нечем, и легкие стали болезненно сжиматься. Брэк не ожидал, что монах окажется таким сильным. Теперь он понял, что монах, не колеблясь, решил взять его жизнь в обмен на свое спасение, и эта решимость придавала Гектору силы. Гектор еще тяжелее навалился на Брэка. Рассудок варвара затуманился. Брэк понял, что больше ему не дышать и не жить…
Эта мысль подхлестнула его волю, и он очнулся от предсмертного забытья. Собрав всю силу, которая в нем была, Брэк рванулся вверх… Гектор повалился на траву, завизжав по-кошачьи:
— Пом! Колдун! Где ты? Куда ты делся? Смотри, я повалил чужеземца! Теперь ты должен помочь мне!..
Брэк кинулся за своим кинжалом. Он приблизительно знал, куда тот отлетел, и, разрывая траву, стал шарить по земле. Гектор вскочил и набросился на Брэка сзади. Пальцы монаха давили на глазницы Брэка. И тут варвар отыскал кинжал. Взмахнув им, он поразил Гектора. Пальцы монаха, выдавливающие глаза варвара, разжались. Раздался булькающий звук, и что-то теплое потекло по спине варвара. Брэк отполз в сторону и обернулся… Кровь. Она лилась из горла Гектора. Несторианец встал на цыпочки, поднял руки к небу и прохрипел:
— Помоги мне. Помоги мне.
Никакого ответа не последовало от бога, которого монах молил о спасении. Лишь пел вдали о порочных удовольствиях женский голос. Гектор рухнул на траву лицом вниз. Из шеи, чуть ниже линии волос, торчал кончик кинжала.
Брэка охватила ярость. Он с такой силой пнул согнувшийся труп Несторианца, что тот свалился в бассейн и утонул. Брэк заглянул в воду и смутно разглядел костлявую лодыжку. Подняв лицо к небу, варвар издал победный вопль.
И тут раздался крик Шаны. Брэк сунул руки в бассейн и схватил труп, вытянув его так, чтобы достать кинжал. Затем он бросился сквозь лабиринт изгородей к открытому месту, туда, откуда слышался крик.
Он выбежал из сада, но поскользнулся и упал. На ступеньках храма он увидел Шану и Пома, склонившегося над ней. Изо рта колдуна капали слюни.
Девушка сжалась в комок. Пом разрывал одежду на Шане, навалившись на нее.
— Так или иначе… Шлюха, так или иначе ты станешь моей, — захлебывался колдун, срывая с девушки последние клочья блузки. Тут он услышал ругательства Брэка. Колдун обернулся, глаза его сверкнули, словно две огненные луны. Тонкий ротик дернулся.
Брэк изо всех сил старался встать. «Вставай! Возьми свой нож! Вперед!» Но, истощенный борьбой с птицей и монахом, Брэк вновь рухнул на траву, выпустив кинжал из пальцев.
Пом оставил Шану на ступеньках почти голой. Нить ее зеленого ожерелья разорвалась, и бусины рассыпались, звеня по камню. Стук упавших бусин прозвучал странным контрастом со зловещим отдаленным пением.
Пом спускался по ступеням медленно, словно понимая, что враг его слаб и обречен. Колдун протянул вперед свои детские ручки.
Брэк не пытался подняться. Он понимал, что один удар белого пламени из рук колдуна сокрушит его. Он лежал на траве не прикрытой ничем мишенью. Спрятаться некуда, да и нет на это сил…
Глаза Пома горели маниакальной яростью. Тонкие пальцы слегка дрожали, словно от предвкушения убийства.
Брэк встал на колени, взял нож в руки. Пом выкрикивал заклинания, вытянув руки перед собой. На кончиках пальцев блеснул ослепительный свет…
Шана бросилась вниз со ступенек в тот момент, когда раздался оглушительный звенящий звук. Девушка, словно безумная, с развевающимися волосами, обхватила руками ноги Пома за секунду до того, как белые молнии готовы были вырваться из пальцев колдуна. Пом повалился на землю. Руки Пома торчали вверх, в небо, и испепеляющее пламя полетело, рассеиваясь, к облакам.
Брэк отвел назад руку с кинжалом и метнул его. Удар был точен. Пом согнулся, схватившись за живот. Колдун был ранен. Он вырвал кинжал из раны. Больше Брэк не мог сделать ничего. Он в полном изнеможении рухнул на траву, уже не пытаясь бороться со смертью.
Где-то в саду завопили золотые птицы, почувствовав боль хозяина. Пом опустился на колени, глаза его помутнели. «Я не убил его, — подумал Брэк. — Сил больше нет. Но я не убил его».
Шана подползла к колдуну и, расцепив его пальцы, держащие кинжал, перерезала ему горло.
Внезапно в отдаленном пении послышались похоронные нотки. Золотые птицы смолкли. Пом лежал на боку на ступеньках белого храма. Кровь изо рта заливала его одежду.
Шана подняла голову. Лицо ее выражало оцепенение, волосы разметались.
Брэк вздохнул. Дышать было больно. Он слабо приподнял руку, чтобы дать девушке знак, что он жив. Брэк лежал и испытывал смутное чувство радости оттого, что жив. Но внезапно ему пришла в голову ужасная мысль: они в западне в заколдованном мире, откуда невозможно выбраться.
Брэк пополз к девушке. Это заняло много времени. Наконец он обнял Шану. Не говоря ничего, они долго лежали тесно прижавшись друг к другу, тяжело дыша.
И вдруг над ними возникли лица двух богов, заполнив собою почти все небо.
Глава 8
Это были боги с лицами злодеев. Один — толстый, рыжебородый, с вытаращенными глазами. Другой — тощий, рябой, со шрамом через все лицо от подбородка до пустой сморщенной глазницы.
Две головы возвышались над садом. Рты их шевелились, словно боги разговаривали друг с другом. Шана смотрела на них долго и неподвижно, затем тело ее обмякло в руках Брэка.
Брэк стиснул зубы, чтобы не поддаваться страху. Позади голов, заполнивших собой половину неба, вытянулись пульсирующие серые лучи. Они что-то смутно напоминали Брэку. Но он был слишком ошеломлен, испуган, к тому же ранен, чтобы разобраться в этом странном свете за головами богов.