Страница 26 из 80
В дверях появился Даррос с длинным мечом в руке.
— Черт побери, не нравится мне этот туман, — пробурчал он, умолчав, впрочем, о том, что его действительно беспокоило.
Кейн обнажил свой меч — клинок с необычной рукоятью, и прислонил его к ноге. Пальцами он погладил меч и ощутил его мощь. Кейна не могли одолеть ни боль, ни усталость. Тело его горело не от высокой температуры, а от жажды крови врагов. Кейн пытался восстановить силы, отрешиться от чувств, но не мог. Безмерно уставший, он даже не мог расслабиться. Видел он то лучше, то хуже — его зрение подчинялось ритму пульсирующей в висках крови.
— Я начинал сражаться и в худшем состоянии, — с ожесточением бросил он, затягиваясь крепким дымом.
Когда трубка погасла, Уид вытащил ее из расслабленных пальцев Кейна. Тяжелая голова предводителя разбойников поникла, дыхание стало ровным и редким, глаза были закрыты.
— Пусть он отдохнет, — сказал Уид. — Давайте перенесем его на кровать. Ты говорил, наверху постелено?..
Спотыкаясь на узкой лестнице, сгорбившись под тяжестью Кейна, Сет и Даррос занесли тело главаря на верхний этаж. Комната была приготовлена для нескольких постояльцев. Жарко пылал камин, на кровать было наброшено покрывало. Кейна уложили и старательно укрыли.
— Идите отдохните, — посоветовал Уид. — Бредиас и я будем караулить первыми.
Он подождал, пока они выйдут, а затем склонился над ухом спящего.
— Кейн, — прошептал он. — Кейн, ты слышишь меня?
Из горла Кейна донеслось бессмысленное ворчание.
Сдвинув брови, Уид наклонился еще ниже.
— Где ты спрятал деньги? Помнишь? Ты всегда укрывал свою часть добычи. Куда ты заныкал сокровища, Кейн? Мне-то ты можешь сказать. Я твой друг. Мы возьмем твою долю, и эти деньги помогут нам сбежать. Будем жить как короли в какой-нибудь далекой стране. Где деньги, Кейн?
Однако Кейн, как видно, слишком крепко спал.
Уид поднялся, опечаленный.
— Ну хотя бы не умирай, не дай золоту сгнить! — на прощание произнес он.
Приоткрыв окно на пару сантиметров (в комнате было жарко, и Уид опасался, что у Кейна еще выше поднимется температура), он тихонько вышел, чтобы присоединиться к Бредиасу.
Глава третья
ВОРОНЫ ПРИЛЕТАЮТ НОЧЬЮ
Сноп искр брызнул из очага и исчез в пасти камина. Уид выругался и кочергой передвинул свежие поленья на место обуглившихся. Может, теперь огонь станет ярче… Огромный камин из обожженных кирпичей занимал почти всю стену. Казалось бы, он должен хорошо обогревать зал, но пламя, словно нехотя, едва касалось дров, и в помещении стоял небывалый для осени холод.
Потирая ладони, Уид поднялся и еще раз выглянул в окно. Полная луна все еще поднималась над холмами, а из-за реки Котрас надвигался туман: еще чуть-чуть, и долины не будет видно. Через стекло Уид не много мог разглядеть — лишь захламленный двор и засыпанную листьями дорогу. Вывеска над входом раскачивалась от ветра. Скрип ее петель напоминал карканье ворона, а крылья деревянной птицы отбрасывали трепещущую тень на замерзшую землю.
Он проверил дверные засовы. Конечно, снаружи тоже кто-то должен сторожить — даже в такую ночь, несмотря на то, что Пледдис наверняка где-нибудь отдыхает. Разбойник опять вспомнил о загадочном исчезновении Фарассоса. Нынешняя ночь не годилась для прогулок вдали от яркого огня. Даже Уйду, чужому в здешних горах, при взгляде на луну Повелителя Демонов становилось не по себе.
Уид тяжело опустился на скамью, переведя взгляд на двери. За спиной у него, на кухне, кто-то разговаривал, но слов было не разобрать. Оттуда доносился теплый запах жареной дичи. Когда припасы в дорогу будут готовы, он свяжет женщин и запрет их вместе с другими узниками. Ну а потом Бредиас встанет в карауле снаружи.
Уид крепко сжал пальцами виски. Глаза сами закрылись. Бредиас мог отказаться стоять на страже. Уид бы его не винил. Он и сам вряд ли отважился бы. Кроме того, хоть Уид и был правой рукой Кейна, Бредиас слишком долго имел дело с их вожаком, чтобы кто-то другой мог заставить его повиноваться…
Шум из кухни то отдалялся, то приближался, сливаясь в своеобразную мелодию. Огонь грел все сильней, и Уид боком ощущал его тепло. Пытаясь преодолеть смертельную усталость, он влепил себе увесистую оплеуху. Может, побродить немного по залу?
А может, лучше выйти, сесть на коня и ускакать?.. В одиночку у него было бы больше шансов сбежать от погони. Пусть Пледдис изловит Кейна и всех остальных. В конце концов именно из-за Кейна их преследуют с таким упорством. Пледдис не тратил бы силы, преследуя его одного. Награда за голову Уида — хорошая приманка для одинокого ловца, а Пледдис должен был платить своим людям. Невыгодный финансовый расклад мог спасти Уида. Ну а Кейн даже в своем нынешнем состоянии сам сможет уйти от погони. Он не однажды совершал невероятное. Может, и на этот раз он отведет руку судьбы…
Уид был предан Кейну. Он сражался за него, выполнял его приказы, а Кейн доказал, что он толковый и щедрый командир. Честно говоря, в последнем сражении Уид и остальные вырвались из засады лишь благодаря яростной контратаке Кейна, который, как лев, бросился на наемников. Тем не менее еще больше Уид заботился о собственной шкуре, а Кейн, судя по всему, никогда уже не вернет себе власть в горах Мицея. Единственным утешением в этом поражении была добыча, которую Кейн где-то укрыл. А сейчас у Уида были только конь, растерявший подковы, выщербленный меч да истрепанная одежда. Вот если бы Кейн сказал, где его тайник…
Уида окутал сладковатый запах жареных цыплят, и рот наполнился слюной, хоть он был уже сыт и пьян. Нужно встать, пока не сморил сон…
Он вскочил на ноги. А может, ему только казалось, что он встает, ходит по залу, выглядывает в затуманенное окно. Когда он мерил шагами комнату, тени от ламп тоже двигались, складывались в замысловатые узоры…
Уид упал на пол.
В замешательстве и панике он попытался встать, отбросил пинком перевернувшуюся скамью, попробовал освободить застрявшие ноги, решив, что во сне соскользнул наземь. Неожиданно он увидел над собой насмешливое лицо, кончик шпаги, нацеленный ему в подбородок, и обмер.
— А теперь пойдем, разбудим остальных, — оскалился Пледдис.
Уид лежал в ожидании смерти, пытаясь подавить боль. Люди Пледдиса связали его, отобрали меч и кинжал. Дюжина, а то и больше, наемников ворвалась в «Гнездо Ворона», входя через кухню. Там на пороге с размозженной головой лежал Бредиас. Неистовая ярость наемников, набросившихся на Дарроса и Сета, быстро утихла. Оба бандита погибли во сне.
Уид был весь в поту. Клинок Пледдиса плясал у него перед глазами.
На лице капитана наемников отражалось злобное торжество, однако взгляд его был острым, как меч.
— Где Кейн? — спросил он мягко, но решительно.
Застигнутый врасплох, Уид молчал, отведя голову как можно дальше от острия шпаги. Губы у него пересохли.
— У тебя есть полминуты. И ты их уже почти израсходовал.
Из кухни вышла Ионор с раскрасневшимся лицом, в изодранной блузке.
— Они отнесли ублюдка наверх, — сообщила она с ненавистью в голосе. — Я покажу вам куда.
— Отнесли?
— Он смертельно ранен. Не может ходить.
Пледдис хитро усмехнулся.
— Ого, Стандорн, похоже, ты был прав. Если и впрямь твоя стрела свалила его с ног, я удвою твою долю… Веди нас, быстро!
Оставив Уида под стражей, капитан и несколько его людей поднялись за Ионор на третий этаж. Женщина торжественно показала на двери комнаты, где лежал Кейн.
Усмешка исказила загорелое лицо Пледдиса. Там, в комнате, находилась его цель… награда, которая сделает его богатым человеком.
Памятуя о коварстве Кейна, наемники держали оружие наготове. У предводителя разбойников в запасе могла оказаться еще какая-нибудь штучка, на этот раз последняя. Постоялый двор был оцеплен снаружи людьми Пледдиса. У Кейна не было ни единого шанса сбежать. Однако наемники опасались неукротимой силы его меча, даже если Кейн смертельно ранен.