Страница 8 из 41
Симса энергично качнула головой. Она не собиралась вспоминать это — не в подробностях. Что предложит Древняя? И девушка оттеснила свою знакомую сущность подальше, открыто призвала другую. Пусть поможет, если только это возможно.
И…
Ответ пришел не в виде иллюзии, решение принадлежит этому миру, прочный мост сможет удержать ее, если она сохранит сосредоточенность. Сосредоточенность — девушка свела серебристые брови, распрямила плечи. Симса встала, по-прежнему держа в руке жезл с лунами и солнцем; этот символ власти начал подниматься словно по собственной воле и коснулся лба девушки над глазами.
Тепло…
Не разрывая этого прикосновения и не меняя направления взгляда, Симса сжала пальцами плащ, который соскользнул с ее тела. Держа его левой рукой
— плащ волочился за ней по камню, — она подошла к самому краю речного ущелья.
Левая рука ее взметнулась, и плащ поднялся, жесткий и тяжелый, потянул за пальцы. Она собрала всю свою волю… и бросила…
Жесткая томная ткань устремилась вперед, края ее подергивались, как у живого существа… и опустилась. Один конец плаща коснулся камня у ее ног, другой — ниши на противоположном краю.
— Верь! — Симса, возможно, и не прокричала это вслух, но приказ заполнил все ее сознание. Плаща больше нет — есть только мост, прочный и устойчивый у нее под ногами. Эта правда! Правда!
Прочно держа в руке теплый жезл — теперь он стал горячим, чуть ли не обжигающим, — не глядя вниз, потому что это означало бы ослабление веры, Симса сделала один шаг, другой. Она шла по плащу — нет, не по плащу, по мосту, этот мост призвала и удерживает ее воля — ее воля!
Мост был изготовлен специально для нее, и она пошла по нему. Из-под корней серебряных волос показались капли лота, они побежали по ее лицу, как слезы, капая с подбородка на плечи и грудь. Волосы вздымались и развевались на ветру, как знамя лорда в ясный ветреный день.
Резкая боль обожгла руку в месте соприкосновения с жезлом. Но Симса продолжала прочно держать его. Что-то уходило из нее, она чувствовала приближающуюся опустошенность — но продолжала идти по мосту-который-не-плащ. Споткнулась, упала вперед, схватившись свободной рукой за камень. Сделала последнее усилие и бросила свое тело вслед за этим рывком — и вот, похолодевшая и слабая, девушка лежала на камне, а тепло жезла быстро уходило, словно из погашенной лампы.
Делая быстрые неглубокие вдохи — казалось, легкие никогда уже не наполнятся, — Симса осторожно отползла подальше от края ущелья. Выступ, вырубленный когда-то, возможно, чтобы поддерживать исчезнувший мост, был узок; Симса ползла по нему, таща за собой обвисший плащ. В этот момент она не могла бы даже пошевелить рукой или поднять жезл, который, холодный, лежал у нее на груди.
Слабость она испытывала и раньше, когда позволяла действовать той, которая знает, как воспользоваться жезлом, но никогда она не была такой всепоглощающей. Девушка даже голову поднять не могла. С огромными усилиями ей удалось повернуть ее.
Это правда. Она только что была там — по другую сторону. А теперь она здесь. А плащ — всею лишь кусок ткани… и все же…
Веки казались слишком тяжелыми, их так трудно было поднять, на девушку медленно накатывалась волна сонливости. Нет, она не должна спать, еще нет. Как будто та, другая ее часть, обеспечила ей не только безопасный проход, но и дала предупреждение. Девушка еще так мало знает, у нее нет опыта обращения с этой силой, которая так ее истощила. Она снова Симса из Нор и не смела больше звать другую, Древнюю.
В своей слабости Симса прежде всего ощутила жажду. Рот у нее словно заполнился песком. Она взяла с собой все припасы из спасательной шлюпки, но воду в этой пустыне тратила очень расчетливо, понемногу. Плохо, что она не может вызвать еще одну иллюзию, которая стала бы реальностью, — чистый прозрачный ручей…
Голова Симсы резко дернулась и болезненно ударилась о камень. Она видит… слышит… обоняет! Не вода, об этом она тут же забыла. Нет, словно из ниоткуда, опасно высовываясь из окна, над ней повисла голова, устремив на девушку большие фасеточные глаза.
Вперед нацелились покрытые перьями антенны. Но это не Засс. Никакого другого сходства с зорсалом у этого большого существа из скал не нашлось. Большую часть головы занимали два глаза золотого цвета, разделенные на множество маленьких кружков. Глаза, насколько видела Симса, были лишены ресниц и непрозрачны.
Там, где должны были располагаться рот и подбородок, вперед выступали маленькие черные жвалы или несколько пар челюстей, которые с резким звуком щелкнули. Этот звук и привлек к себе внимание Симсы. По обе стороны от головы за края отверстия цеплялись суставчатые когтистые лапы. Часть тела, которая была видна девушке, покрывал толстый слой короткой зеленоватой шерсти. Верхние конечности черные, кожа жесткая и блестящая, и от когтей до того места, где у человека расположены плечи, проходил ряд шипов.
В этот момент Симса не способна была ни на какую защиту и с беспокойством, переходящим в страх, смотрела на когти, на щелкающие челюсти и что-то жующий рот.
Всякий, кто хоть раз побывал в космопорту или просто слышал рассказы бродяг космоса, знает, что разум бывает многообразен, а классификация разумных существ включает множество размеров, форм, видов и цветов. Том однажды сказал Симсе, что ее собственная внешность не только отличает ее от всех других жителей Нор, но и вообще уникальна. А ведь он известный исследователь, он добывал сведения для записей закатан, а в их обширных исторических архивах перечислено нескончаемое количество рас и видов.
Тот, кто внимательно смотрел на нее сверху, не «животное», не «существо» того уровня, какое она выловила в песчаной реке. Что-то медленно проникало в ее сознание. Симса собрала последние силы и попыталась установить контакт, как делала с Засс. Хотя, конечно, разумное существо, обитающее в этих скалах, может сильно отличаться от нее.
Однако попытка потерпела неудачу. Девушка не смогла даже уловить те смутные «картины», которые видела, вступая в контакт с Засс. В данный момент кошмарное создание удовлетворялось тем, что смотрело на нее, возможно, оно пребывало в таком же замешательстве, что и она.
И тут, пораженная, громко вскрикнув, Симса покатилась по карнизу. Плащ из-под нее неожиданно выдернули, хотя она не видела ни руки, ни пасти, которые схватки бы его. И так как край плаща свешивался вниз, девушка решила вначале, что одно из разбухших желтых существ снизу ухватило его и пытается подняться.
Но свисавший конец взлетел вверх и хлестнул по ее телу в результате нового невидимого рывка. И было в этом рывке что-то такое, что заставило девушку оставить свое укрытие у стены и следить за плащом, а не за существом наверху. Но прежде чем она смогла перехватить его, даже просто вытянуть руку, плащ поднялся и распрямился в воздухе, как один из тех флайеров, что показывал ей Том, — изготовленная человеком вещь, готовая к полету.
Плащ перевернулся, показав свою изнанку, и тут сила, державшая его, отступила, и плащ упал. Девушке едва хватило времени и сообразительности, чтобы подхватить его, прежде чем он свалился вниз, во все поглощающий песок. Только теперь она снова смогла посмотреть на существо вверху.
На его покрытом шерстью плече сидела Засс!
Зорсал держался так спокойно и непосредственно, словно сидел на плече самой Симсы. Однако антенны были развернуты на всю длину, причем та антенна, что оказалась ближе к голове с огромными глазами, касалась антенны чужака, ее конец обвил гораздо больший орган чувств незнакомца.
Симса быстро попыталась установить контакт с зорсалом. И снова поразилась. Только один раз прежде встречала она такой поток радости и возбуждения. Когда с помощью жезла смогла излечить крыло Засс, которое не давало зорсалу погрузиться в собственную стихию. Но ведь сейчас-то Засс не излечилась от раны или болезни. Так что никаких причин для подобной радости не должно было быть.
Наконец Засс сама взлетела с плеча чужака, а обитатель скал не шевельнулся, не сделал попытки помешать зорсалу, его огромные глаза без век по-прежнему таращились на Симсу. Она не сомневалась, что именно это существо каким-то способом подняло ее плащ, но с какой целью, она не знала. Может, чтобы просто показать ей, что в его власти находятся силы, с которыми ей не справиться.