Узы Дракона (ЛП)

Девушка огляделась, чувствуя себя неловко и лишней. Пиа узнала, где они находятся, из утренней экскурсии. В конце зала были большие двойные дубовые двери, в настоящее время открытые, которые вели к офисам Драгоса.

Охваченная любопытством, девушка потихоньку прошла по коридору и заглянула в святая святых, чтобы обнаружить еще более роскошную обстановку, демонстрирующую возмутительное богатство. Пиа втянула воздух: она не узнавала многих картин в пентхаусе, но сейчас, без сомнения это произведения Джексона Поллока (американский художник- абстракционист, 1912 — 1956гг, чья картина «№ 5, 1948

» была продана в 2006 г. за рекордные, на тот момент, 140 млн долл. — прим. пер.) висели напротив открытых дверей.

Драгос стоял рядом с полотнами. Он был погружен в разговор с крупным лохматым парнем, которому удавалось выглядеть помятым и слегка потертым, даже несмотря на дорогой костюм. Увидев Пию, Драгос улыбнулся. Теплота его улыбки разлилась по ней и девушка улыбнулась в ответ.

Мгновение спустя его лицо потемнело от ярости. Такая быстрая смена эмоций показалась настолько необъяснимой и неожиданной, что Пиа невольно отшатнулась. Драгос быстро прошагал к ней и дернул внутрь офиса.

— Она не одна. Мы здесь. Мы с ней, — произнес Грейдон, выглядывая из-за угла. Все это время Грифон следовал за ней. Расслабленный, но наготове, он стоял в пяти футах (ок. 150 см - прим. пер.) позади Пии, прислонившись к стене.

Девушка осмотрелась, пока Драгос выглядывал в коридор. Рун находился еще на несколько футов дальше. Он до сих пор спорил с Тьяго и Трикс, но стоял, отделяя собой зону конфликта и Грейдона с Пией.

Скованность оставила тело Драгоса и выражение лица расслабилось. И тут-то до Пии, наконец, дошло. Она зажала нижнюю губу между большим и указательным пальцами: гнев был направлен не на нее, а на ее телохранителей.

— Если ты… снова придешь в такое бешенство из-за меня, ты ведь дашь мне шанс извиниться?

Дернув ее руку ото рта, Драгос быстро поцеловал девушку.

— Ты не приведешь меня в бешенство.

Пию смутил восхищенный взгляд лохматого парня, щеки порозовели. Похлопав Драгоса по руке, она пробормотала:

— Главное, чтобы ты сам в это верил, здоровяк.

Мужчина повернулся и потянул девушку за собой.

— Пиа, это мой помощник, Кристоф.

Она встретилась со взглядом лохматого Вера, который прямо светился от удовольствия. Парень застенчиво улыбнулся ей.

— Привет!

Пиа посветлела лицом. Не всем она нравилась с первого взгляда.

— Приятно познакомиться! — ответила девушка.

— Бери десять, — сказал Драгос Кристофу и повел Пию дальше в свой кабинет.

Вертикальные жалюзи оказались раздвинутыми, огромный офис был полон яркого, горячего полуденного солнца. Пиа моргнула, слегка перегруженная таким количеством света. Указав на дверь, она проговорила:

— Я не хотела прерывать тебя. Все увлеклись разговором там, снаружи, и я подумала, что могу взглянуть на тебя украдкой...

— Они первые начали мешать. От их шума и мертвые проснулись бы, — отмел ее оправдания Драгос. Он нажал кнопку на стене и почти беззвучно на окна опустились жалюзи, наполовину затеняя офис от слепящего солнца.

— Твое появление — приятная неожиданность.

Пиа вновь обратила внимание к окнам и безоблачному, ярко-синему небу за ним.

— Но мы слышали гром?

Драгос вздохнул.

— Вер-форма Тьяго — Буревестник. Когда он бывает на грани, сверкают молнии и гремит гром. То еще зрелище, когда видишь это в бою. Обычно он получше контролирует свой темперамент, но сейчас все крайне напряжены.

Пиа увидела два пейзажа на стене.

— Они потрясающие, — выдохнула девушка, подходя к ним.

Для изображения неба на картинах художник использовал самые разные материалы: краски, ткани, блеск и бисер. Дневной пейзаж изображал реку, прорезавшую весь холст. Ночной пейзаж передавал видение городов с высоты птичьего полета, будто разбросанных лоскутами по земле. Для Драгоса не могло быть более совершенного зрелища. Пиа так и представляла его, сидящего за своим столом и глядящего на холсты так, будто он летит в небе и видит все части картины единым полотном. Она повернулась и радостно улыбнулась Драгосу.

— Столько оттенков!

Выражение его лица осветилось удивлением и удовольствием.

— Да, — просто сказал он.

Легкий стук заставил их обернуться. В ​​открытых дверях стояла Трикс с робкой улыбкой.

— Я сожалею, что ты стала свидетельницей того, что произошло в холле, — сказала она Пие.

— «Мэм, черт возьми», — ухмыляясь, напомнил Драгос.

Щеки девушки покраснели.

— Ты, что никогда не говорил чего-то глупого в порыве гнева? — спросила она.

— Никогда, — ответил Драгос и, взяв Пию за запястье, потянул к себе, присев на свой стол. Когда девушка устроилась около него, Дракон начал выводить легкие круги на ее спине.

Пиа кашлянула в кулак, и мужчина взглянул на нее.

— Бешеный рев на прошлой неделе? — пробормотала девушка в свою руку.

Скользнув пальцами под топ, Драгос ущипнул ее. Пиа дернулась и фыркнула. Все еще занятая своей обидой, Трикс не заметила их заигрываний.

— Драгос, ты должен сделать что-нибудь. Тьяго не дает мне прохода.

— Это заметно, — сказал мужчина.

Трикс нахмурилась.

— Мы хорошие друзья со всеми Стражами, но этого парня я едва знаю. Он всегда где-то за что-то воюет. За двести лет у нас было, может, с десяток бесед, когда его призывали в Нью-Йорк. И вдруг он решает, что может возмущаться, рычать, и указывать, что мне делать? — Фейри обратилась к Драгосу: — Он — как уличный пес. Ему нельзя позволять находиться в доме. Пожалуйста, не мог бы ты отправить его обратно в Южную Америку?

— Контракт по Южной Америке уже неважен. Я отменил его полчаса назад, — ответил Драгос. — Мы подтянули все войска домой.

Хрупкие плечи Трикс опали. Ее лицо было точной картиной кого-то, наблюдающего, как его жизнь рушится на мелкие кусочки. Пиа выпятила губу, ощущая симпатию к девушке и понимая чувства Фейри.

Трикс мрачно улыбнулась.

— Как насчет выпивки за обедом?

— Звучит отлично, — кивнула Пиа.

Глава 14

Попрощавшись с Драгосом, девушки покинули его офис. Грейдон и Рун все еще общались с Тьяго в холле. Фейри демонстративно проигнорировала всех троих. Буревестник насупился ей вслед. Привлекательный смеющийся мужчина, которого мельком увидела Пиа, вновь был вытеснен убийцей. Девушка старалась шагать с Фейри нога в ногу и очень пыталась сдерживать нейтральное выражение на лице.

Трикс привела ее в «Манхэттен Кэт», ресторан, находящийся на первом этаже Башни.

— Он принадлежит Вер-лисице, Лиссе Ренар, — сказала Фейри, пересекая многолюдное лобби. — Лисса довольно чванливая сука, но она действительно знает толк в хорошей еде.

— Я слышала о ресторане, — сказала Пиа. Краем глаза она заметила Руна и Грейдона в нескольких футах позади, мужчины незаметно сканировали толпу. — У него хорошие отзывы.

— Ты вегетарианка, да? — Трикс толкнула дверь ресторана. — Конечно, в меню много блюд из мертвых животных и рыбы, но есть хорошие салаты и несколько блюд из тофу, которые мне нравятся. Но лучше всего то, что у них в винной карте есть Пьеспортер 2004-го года (белое полусухое вино из винограда сорта Рислинг, изготавливается в Германии, в регионе Мозель – прим. пер.), от которого я без ума. Тебе нравится белое вино?

— Очень.

— Мы с тобой — одной крови! — Трикс повернулась к хостесс, смуглой стройной молодой улыбающейся Вер-кошке с раскосыми глазами, которая подошла к ним с меню в руках. — Привет, Элис, извини, что мы опоздали.

— Без проблем, Трикс, — ответила девушка.

Обстановка ресторана была простой, но добротной. Мебель из темного дерева, столы были накрыты белыми льняными скатертями, повсюду стояли свежесрезанные цветы. Все места были заняты. Двое или трое человек громко поприветствовали Трикс, но большинство посетителей не обратили на девушек никакого внимания. Их сопровождали звуки разговоров и позвякивание столовых приборов, пока Вер-кошка вела обеих к небольшой кабинке в конце зала, которая, как объяснила Трикс, была постоянно зарезервирована для шефов «Куэлебре Энтерпрайзис».