Узы Дракона (ЛП)

Вымывшись, удобно устроившись и поев, у Пии не осталось места для тревоги или обид. Она даже не могла удержать глаза открытыми. Еле-еле почистив зубы, девушка заползла между покрывал на большой кровати. Такое ложе сложно назвать тюремным. Она зевнула и, отказавшись от попыток думать, заснула.

***

Чуть раньше Драгос вошел в конференц-зал этажом ниже. Рун следовал за ним по пятам. Расположенный на недалеком и удобном расстоянии от его офиса, большой зал был оснащен черными кожаными сиденьями, огромным полированным дубовым столом и лучшей техникой для телеконференций.

Все Стражи были здесь, за исключением грифонов Бэйна и Константина, которые стояли на страже у дверей Пии. Рун сел около четвертого грифона, Грейдона, и начал раскачиваться на стуле. Тьяго прислонился к дальней стене с темным задумчивым видом. Арьял развалилась, стуча пальцами по столу. Только на охоте она могла быть абсолютно спокойной, в остальное время всегда пребывая в движении. Горгулья Грим сидел так, чтобы иметь возможность наблюдать за Арьял.

Трикс, Фейри, известная так же, как Систл Периункл, глава PR отдела Куэлебре, сидела со скрещенными руками и ногами у другого конца стола. Облако воздушно-лавандовых волос с четырехсотдолларовой прической было растрепано. Она беспрерывно курила, болтая крошечной ногой.

Драгос не стал садиться, как и Тьяго. Вместо этого мужчина прислонился к обитой дубом стене. Он скрестил ноги, руки, и, склонив подбородок, уставился в пол.

Ему не нравились собственные ощущения. Ни на одну гребаную минуту. Он чувствовал нервозность и беспокойство, оставив Пию одну. Эти чувства усиливались с каждым шагом, пока он удалялся от нее. Она выглядела такой потерянной и одинокой посреди большой пустой комнаты.

Ему не нравилось, что девушка смотрела на него, как на непредсказуемую головоломку, которую не могла разгадать. Или бомбу, готовую взорваться у ее лица в любую секунду. Пиа смотрела на него с неопределенностью и недоверием. Снова с чем-то, очень близким к страху.

Она отстранилась от него.

Это было неприемлемо. Но прежде, чем пойти и позаботиться обо всем, что вызревало в этой прекрасной голове, Драгос обязан разобраться с кое-чем.

Подняв глаза, он осмотрел находящихся в помещении людей. Все наблюдали за ним в ожидании.

— Эй, ​​Трикс, — обратился он к пускающей кольца дыма Фейри. — Дядюшка Уриен передает тебе привет.

Трикс начала грязно ругаться, черты кукольного личика исказились. Она воткнула недокуренную сигарету в пепельницу.

— Что этот ублюдок сделал на этот раз?

— Все в курсе того, что произошло до того момента, когда ты позвонил из Южной Каролины. Мы разбирались с Эльфийскими проблемами. Они наложили эмбарго на торговлю и деловые отношения с Куэлбере Энтерпрайзис и любыми другими компаниями, принадлежащими Верам. Эльфы поклялись, что сопроводили тебя и женщину до границы. Они настаивают на том, чтобы узнать о ее дальнейшей судьбе.

— То есть обо всем, кроме того, что воровка расположилась в пентхаусе и для нее наняли частного шеф-повара? Да, мы говорим о жестоком и необычном наказании, — зашептала Арьял Гриму, но острый слух Драгоса уловил бы это в любом случае. Сейчас Дракон предпочел проигнорировать шпильку.

— Они сопроводили нас до границы. Это правда, настолько насколько это возможно, — продолжил он. Дракон рассказал своим людям все остальное, опуская произошедшее между ним и Пией, и все, что касалось ее секретов. Пиа была его тайной. Ничьей больше. Он намерен разгадать все сам.

Настроение в зале переросло в угрожающее, когда Драгос начал описывать противостояние на равнине в Других землях.

Когда он закончил, задвигался Тьяго. В своей форме буревестника он был таким же большим, как и грифоны.

— Значит война. Чертовски вовремя, — обсидиановые глаза заблестели от удовольствия.

Драгос кивнул.

— Война. Мы не остановимся до тех пор, пока Уриен не будет мертв, — он взглянул на Трикс. — Это означает, что наконец-то ты сможешь стать королевой Темных Фейри.

— О Боже, нет, — застонала Фейри. — Я, блядь, ненавижу гребаный фейрийский Двор.

— Ну, смирись с этим, Трикс. Ты и так достаточно долго избегала этого. На этот раз Уриен зашел слишком далеко.

Более двухсот лет назад по человеческому времени Уриен принял корону Темных Фейри в результате кровавого переворота. Он безжалостно убил своего брата, короля, его жену и всех прямых претендентов на престол, но умудрился пропустить одну малышку, старшую дочь короля, Трикс.

В свои семнадцать лет она считалась маленьким ребенком по меркам ее народа, но ей все же удалось сбежать. Девушка отправилась прямо к Драгосу, единственному существу, способному противостоять ее дяде без страха, и попросила у него убежища. С тех пор она была с Драконом.

— Весело было играть в «Поимей дядюшку», не так ли? Это заняло некоторое время, но ты же знаешь, что когда-нибудь все заканчивается, — сказал девушке Драгос. Трикс пристыжено кивнула.

— Хорошо. Вот как мы поступим, — сказал мужчина. — Тьяго, отправь часть привезенных войск обыскать крепость Гоблинов. Они знают, что делать с любым идиотом, осмелившимся остаться там.

Тьяго улыбнулся.

— Считай, уже сделано.

— Арьял, — продолжил Драгос. — Проверь эльфийский след. Я хочу знать, кто мог слить информацию Уриену. — Гарпия кивнула ему. Дракон перевел взгляд на Горгулью, — Грим, я хочу, чтобы ты поработал с Трикс и сделал макет дворца Темных Фейри для разработки различных планов нападения. У меня есть несколько идей, но я хочу услышать ваши предложения. Трикс, знаю, ты будешь очень занята, но был бы признателен, если бы ты смогла подобрать себе замену, прежде чем уйти. По-крайней мере, составь короткий список претендентов. Нам будет нужен новый пиарщик.

— Конечно, — сказала Трикс, — это меньшее, что я могу сделать.

— Никто не сможет ее заменить, — проговорил Грейдон печальным голосом. — Представляю, как, должно быть, Уриен скрежетал зубами каждый раз, видя ее милое личико на экране.

Все засмеялись. Даже Трикс слегка улыбнулась.

Рун и Грейдон вопросительно смотрели на Драгоса.

— До особого распоряжения, вы двое с Бэйном и Коном заняты особо. Перепоручите своим заместителям ваши обычные обязанности. Все четверо должны охранять Пию в мое отсутствие. Круглые сутки, двое на двое. Она никогда не должна оставаться одна. Ясно?

Стул Руна с грохотом встал на все четыре ножки.

На симпатичном лице появилось выражение крайней настороженности. Физиономия Грейдона выражала картину крайнего недоверия. То же самое было на лицах всех в комнате. Брови Трикс взлетели, губы поджались.

— Ты ставишь четырех сильнейших воинов в няньки воровке? — спросила Арьял. — В такие-то времена?

Драгос взглянул на нее исподлобья. Грим положил руку девушке на плечо.

— Если это все, то мы вернемся к работе, милорд. Думаю, нам многое предстоит сделать, — проговорил Горгулья.

Дракон разглядывал Гарпию тяжелым взглядом в течение еще нескольких мгновений, хищник в нем проснулся и переместился глубоко в его мысли. Арьял опустила взгляд, склонив голову в покорной позе.

— Идите, — приказал Драгос.

Все разошлись. Рун и Грейдон последовали за Драконом, когда он поднялся наверх. Он шел по коридору, пребывая все в той же задумчивости, пока Стражи следовали тенью по обеим сторонам от него. Драгос подошел к двери Пии, где, прислонившись к стене, стояли Бэйн и Константин. Мужчины выпрямились при их появлении.

— Смените их, — приказал Драгос Руну, который кивнул в ответ. Все еще напряженный, Дракон рассматривал их всех. Грифоны наблюдали за ним внимательно и молчаливо.

— Позвольте расставить все по местам, чтобы не было недопониманий. Мы отлично ладили в течение почти тысячи лет. Вы все много значите для меня. Я дорожу вашей службой и ценю вашу преданность выше остальных, — мужчина посмотрел на Руна. — Я считаю тебя своим лучшим другом.

Стражи уважительно смотрели на него, пока Дракон говорил. Он указал на дверь.