Страница 16 из 19
Три разных лидера
После позорного фиаско политики «умиротворения» глава кабинета министров Великобритании Невилл Чемберлен подает в отставку, и 10 мая 1940 года Уинстон Черчилль, наконец-то, становится премьер– министром и «скалой Англии».
Летом 1940 года встал вопрос о третьем сроке президентства. Хотя в Конституции не было ограничений, но первый президент США Джордж Вашингтон отказался от третьего срока. Это вошло в традицию, и за более чем полтора века никто ее не нарушал.
Рузвельт говорил своим близким о том, что он устал и хочет вернуться к спокойной жизни обычного человека. Но «блицкриг» Гитлера и его явные попытки через пронацистски настроенные крути в США не допустить переизбрания Рузвельта изменили его настроение. Он дал понять, что, если Демократическая партия выдвинет его, он не сможет не оправдать ее доверия. 15 июня 1940 года в Чикаго съезд демократов в первом же туре голосами 946 депутатов, притом, что два других соискателя вместе получили всего 173 голоса, выдвинул Рузвельта кандидатом в президенты на третий срок.
Республиканцы избрали Уэнделла Уилки, который развернул бурную предвыборную агитацию. Рузвельт заявил, что у него нет ни времени, ни желания вести избирательную кампанию. Пока Уилки произносил речи, Рузвельт работал, давая понять, что его главная забота – Гитлер, а не Уилки.
27 сентября 1940 года подписывается тройственный пакт между Германией, Италией и Японией. Он стал предвыборным «подарком» для Рузвельта. 5 ноября 1940 года 54,7 % избирателей против 44,8 % отдали свои голоса Рузвельту.
В марте 1941 года он проводит через Конгресс важнейший закон о ленд-лизе, передаче взаймы или в долгосрочную аренду – вооружения, боеприпасов, стратегического сырья, продовольствия для тех, кто воюет со странами Пакта.
22 июня 1941 года Германия начинает войну с СССР, Англия и США облегченно вздыхают.
В жизни Рузвельта начинался самый трудный и самый великий период.
Уинстон Черчилль и Франклин Рузвельт знают, кто такой Иосиф Сталин, но по принципу меньшего зла они поддерживают его в противостоянии Адольфу Гитлеру. Об этом можно судить по словам Черчилля в узком кругу: «Если бы Гитлер вторгся в ад, я по меньшей мере благожелательно отозвался бы о сатане в палате общин».
В конце июля 1941 года Япония, после Китая, оккупировала Южный Индокитай и вышла на подступы к Малайе, Сингапуру, Индонезии, Филиппинам. Все это представляло значительную угрозу владениям США и Великобритании в этом обширном регионе. Эти события и положение в Европе требовали непосредственной встречи лидеров двух государств.
И такая встреча Рузвельта и Черчилля состоялась 14 августа 1941 года на борту военного корабля в заливе Арджентия в условиях строжайшей секретности. Они подписали Атлантическую хартию с изложением принципов войны и послевоенной политики. Хартия стала большим дипломатическим успехом Уинстона Черчилля, так как США дали обязательство включиться в войну.
Если до этого Рузвельт старался избежать столкновения с Японией, то после заключения Атлантической хартии его позиция заметно изменилась.
Уже через три дня после встречи с Черчиллем, 17 августа, Рузвельт пригласил к себе японского посла и вручил ему памятную записку, в которой в весьма резких выражениях осуждались военные действия Японии.
Тайные коды
В описании тех лет стоит упомянуть любопытную историю о тайной войне дешифровалыциков противостоящих стран. Надо сказать, все они оказались на высоте. Англичане расшифровали немецкий секретный код, немцы в свою очередь английский, советские специалисты расшифровали японский код, японцы «прочли» американский, а американцы – японский. Каждая страна достигла успеха в разное время, но в тот период, о котором мы говорим, американцы точно владели японским кодом, а судя по некоторым действиям, японцы тоже расшифровали американские секреты. Пикантность ситуации в том, что каждый читал мысли другого, будучи уверен, что он сам недосягаем.
Рузвельт принял решение об участии в войне, понимая ее неизбежность. Поэтому перед ним стояли три задачи:
1) Поднять количественный и качественный уровень личного состава и вооружений до уровня главного врага – Германии.
2) Включиться в войну в наиболее благоприятное для США время.
3) Учитывая изоляционистские настроения в стране, инициаторами войны должны быть не США, а его враги.
К концу 1941 года первая цель достигнута, военная промышленность поставлена на ноги и демонстрирует невероятную производительность. Сформирована, оснащена и обучена огромная армия. Вторая задача тоже решалась благополучно: блицкриг Германии в России явно сорвался, конечно, она еще сильна, но и Россия не собиралась сдаваться.
Стали ясны стратегические цели Японии и ее военные возможности. Оставалось подтолкнуть Германию и Японию к войне.
Гитлеру в это время не до США, его стратегия заключалась в последовательном уничтожении врагов, поэтому он мог обратить свое внимание на США только после покорения СССР.
Другое дело – Япония. После введения в США, Великобритании и Голландии эмбарго на экспорт нефти и некоторые добавки к оружейной стали она не могла долго ждать.
7 декабря 1941 года японская авиация без объявления войны внезапно напала на военно-морскую базу Пёрл-Харбор, Гонконг, Малайю, Филиппины и другие американские, британские и голландские владения.
Существует версия, что Рузвельт знал о готовящемся нападении Японии. Хотя она оспаривается многими, но некоторые обстоятельства свидетельствуют в ее пользу. Первое – незадолго до этого Рузвельт выставил Японии заранее неприемлемые условия, это только подхлестнуло готовую к броску Японию. Второе – он, зная о конкретной дате нападения, не мог дать команду к обороне, не рискуя раскрыть знание японских кодов.
В этом он не одинок: во время воздушной «битвы за Англию» Уинстон Черчилль, осведомленный о готовящейся нацистами массированной бомбардировке городка Ковентри, не отдал команды ни об эвакуации, ни о его воздушной защите. Причина та же: немцы тогда узнали бы, что их шифры раскодированы. Но в одном можно быть уверенным: Франклин Рузвельт не ожидал такого количества потерь, особенно в Пёрл-Харборе, и потому боль и гнев его были искренними.
Объявление войны
8 декабря 1941 года Рузвельт выступил перед Конгрессом. Сенат и палата представителей (при одном депутате против) объявили войну Японии.
11 декабря 1941 года по берлинскому радио ожидалась трансляция речи фюрера в рейхстаге.
Весь мир прильнул к радиоприемникам, но три человека ждали этого выступления с особым напряжением – Уинстон Черчилль, Иосиф Сталин и Франклин Рузвельт. Гитлер говорил яростно и долго. Он заявил, что считает Рузвельта «таким же сумасшедшим, каким был Вильсон… Вначале он вызывает войну, затем фальсифицирует ее причины и одевается при этом в одежды христианского лицемерия… Германия воюет за свои права. И она обеспечит эти права, даже если тысячи Черчиллей и Рузвельтов вступят в заговор против нее». И в самом конце речи он объявил войну Соединенным Штатам Америки. (Многие историки считают это одним из серьезнейших его просчетов). Уинстон Черчилль и Иосиф Сталин с огромным облегчением вздохнули. У Франклина Рузвельта более сложные чувства, но одно его удовлетворяло: наступила ясность. В тот же день Италия также объявила войну союзным державам – все карты были открыты.
Колебания и сомнения американцев остались позади. Соединенные Штаты превратились в единый огромный военный лагерь.
Кровопролитная и беспощадная война Советского Союза против Германии долгие годы оставалась для американцев неизвестной войной, но и война США против Японии, Италии и Германии тоже была неизвестной войной для советских людей.
Началась Величайшая Драма в истории человечества. Заглавные роли в ней принадлежали трем великим лидерам XX века – Франклину Рузвельту, Иосифу Сталину и Уинстону Черчиллю. Они представляли совершенно разные страны – конституционную монархию, президентскую республику и коммунистическую диктатуру, с разной историей, разной культурой, разной ментальностью, разными интересами. И они сами абсолютно не похожи друг на друга: дети лорда, предпринимателя и сапожника; консерватор, либерал и коммунист. В одном они схожи: все они обладали сильными характерами и жестко отстаивали интересы своих государств, естественно, как они их понимали.