Страница 20 из 36
В отношениях между кубом и треугольником можно проследить намек на истинную форму ложи и на то, почему масон на стезе воскресения из смерти в жизнь носит свой запон тремя разными способами. Эти отношения символизируют нисхождение духа в материю и воплощение божественного духа в форму. Работа Вышней В. Л. связана с откровением духа через посредство материального мира. Работа индивидуального масона в храме собственного сердца подчинена той же главной теме, или плану. Работа, которую каждой ложе предназначено демонстрировать, имеет ту же задачу — откровение божественного качества в групповой форме. Посему любая ложа есть прямоугольник и, тем самым, символизирует свою базовую духовную цель, привлекая внимание своих членов к тому единственному, что и объясняет её существование. Всякий раз, занимая свое место как камень в храме, живой камень, масон обязан напоминать себе об этом; всякий раз, надевая запон, ему следует напоминать себе, через его символическую форму, о той же духовной задаче; всякий раз, участвуя в деятельности своей ложи, он должен понимать: он способен автоматически открываться влиянию четырех божественных Законов: Любви, Ритма, Распознавания и Строительства. Тогда он начинает выражать в процессе познания божественное, работая с полным пониманием и в сотрудничестве со своими братьями.
Закон Любви так популярен, фразеология его настолько знакома, что доподлинный его смысл едва ли доходит в наше время. Между тем, это один из основных законов вселенной, хотя и названный впоследствии Законом Притяжения. Он управляет манифестацией солнечной системы; в нём причина однородной активности планеты, чья жизнь выражается через разные царства природы. Это то гармонизирующее влияние, что объединяет атомы человеческого тела и упорядочивает деятельность органов и телесных структур. Это принцип, сохраняющий всяческий синтез. По мере постепенного раскрытия человеческого сознания этот закон последовательно раскрывает намечаемый синтез субъективного и объективного аспектов жизни, нереального с реальным, "того, что внутри, с тем, что снаружи", как и того, что внизу, с тем, что наверху. В человеческом семействе о том же фундаментальном законе говорят как о Законе Любви, управляющем, как и должно быть, всеми человеческими отношениями: семейными привязанностями, племенными связями, национальными условиями и миром людей в целом.
В масонстве он определяет отношения между братьями-масонами, а также братское общение, долженствующее характеризовать ложу. Это любовь, общение, братское взаимопонимание, обоюдная помощь, милосердие, высокие моральные качества и все этические подоплеки масонского искусства. Поэтому он первым значится в нашем списке. Остальные законы не могут управлять достойно и воистину до тех пор, пока не утвердится этот закон. Своё самое прекрасное описание (на языке оригинала) он находит в Притчах, 8.30, где премудрость, выражение любви Бога через вторую Ипостась Троицы, Христов принцип в мире, взывает по исконно масонской традиции: "Тогда я была при Нём Мастером Строителем, и радость моя была с сынами человеческими". Масонские подтексты сего пассажа очевидны, княжущий В. М. озвучивает Свое намерение предельно вразумительно. "Радость" Его — человек. Желание Его обращено к человечеству. Любовь Его — к братьям Его. Любовь — тот цемент, что скрепляет всю божественную структуру, что цементирует камни в Храме, обеспечивая связность, поддержку и прочность.
Посему Закон Любви есть определяющий закон масонства. Под братскими отношениями подразумеваются не социальные, экономические, политические и религиозные отношения, как обычно полагают, хотя последними братья нередко руководствуются, встречаясь в ложе. Под ними подразумеваются внутренний настрой ума, субъективная ориентация сердца, долженствующая питать общение масонов между собой, когда они собираются вместе, чтобы заниматься своим ремеслом; они должны определять их подход к офицерам ложи и своим собратьям-ремесленникам, сходящимся для совместного труда. Символически в течение недолгого времени они вместе укрепляются в стоящем перед ними идеале извечной цели; так они учатся любить друг друга как братья и дети единого Отца. Когда-нибудь эти временные символические отношения увековечатся в жизни вне ложи, определяя все человеческие дела во всех сферах деятельности. Но до этого еще далеко. Похоже, трудно поддерживать настрой безличной неизменной любви и братского понимания даже недолгие часы, проводимые в ложе. Но если верно, что, "каковы мысли в душе его, таков и он", этот настрой, будучи культивируем, приведет к гигантским переменам в сердцах и умах людей.
Опять же, когда-нибудь индивидуальные ложи постигнут значение "братолюбия" и будут внутри себя поддерживать любовь в целости и сохранности. Кроме того, ложи станут поддерживать это состояние, общаясь между собой; аналогичные отношения будут практиковаться между масонами, принадлежащими к разным юрисдикциям и к разным нациям. Группы масонов, действующие под контролем различных Послушаний во всем мире, будут сплочены между собой сходным образом, слиты в сходном базовом настрое, сплавлены в единстве вдохновением единой духовной любви. В таком случае (ведь подобная настроенность не должна оставаться праздным мечтанием) Закон Любви начнёт властвовать на Земле. Демонстрация любви в действии, явленной нам Великим Строителем из Назарета, будет определять активность строителей в человеческом семействе по мере их сотрудничества в постройке Храма Господа на Земле.
В настоящем личные, национальные, расовые, да и религиозные предрассудки в большой степени тормозят эффективность проделываемой работы; препирательства по поводу несущественных деталей масонских процедур сильно вредят братским отношениям, долженствующим существовать между разными масонскими формированиями. Ситуация может перемениться только когда индивидуальные масоны в своих ложах настроятся на этот Закон, освоят его и будут демонстрировать, что воистину "любят своих братьев по-масонски". Любовь — не сентиментальная глупость; это то, что должно искоренить расовую, национальную и классовую ненависть, что покончит с внешними размежеваниями и отчуждённостью, устранит страх, омрачающий нашу повседневность. Это непричинение вреда, безмолвие и понимание. Она вытравляет всякий личностный критицизм и злодеяния бездумной речи; она приведёт к сотрудничеству на основе обоюдного доверия и совместных задач. Она великолепно описана для нас Св. Павлом в следующих словах:
"И если я раздам всё имение моё и отдам тело моё на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит. Любовь никогда не перестаёт . . .".
1 Кор. 13.3-8
Исследуя действие Закона Ритма, поясним: слово "Закон" используется лишь для того, чтобы вычленить в нашем уме главные влияния, долженствующие управлять работой вольных принятых масонов. Закон и главенствующие влияния, производящие постигаемые следствия, — в последнем счете синонимы. Именно идею правильного главенства пытается это слово внедрить в наш ум. Закон Любви, как следствие братской расположенности к своим собратьям, результат мудро поддерживаемых братских отношений, обязан быть выдающимся, многозначительным качеством масонских лож.
Закон Ритма, следующий, предназначенный к обсуждению, должен насыщать всю работу, исполняемую нашим цехом на полу храма. Он должен быть мотивирующим фактором при исполнении ритуалов. В чем цель ритуала и церемонии? Безусловно, она не может заключаться в нескончаемом, а нередко и бессмысленном воспроизведении древних церемоний и произнесении архаичных формул и слов, передаваемых от поколения к поколению. В наши дни так называемого просвещенного понимания повторения и инсценировки многовековых сценических представлений уже не в силах привлечь (сами по себе) внимание людей познающих. Этические основы масонского учения, как выше упоминалось, — не единственный вклад масонов в мировую мысль; ещё полнее они внедряются мировыми религиями и присущи общественному сознанию, воспитанному через подчинение закону. А влечение к зрелищам, присущее большинству людей, находит более подходящую отдушину в театре.