Страница 62 из 77
Во время угрожавшего нашествия на Москву Карла XII вокруг Кремля были возведены бастионы: Боровицкий, Неглинный, Троицкий, Воскресенский и Никольский. Со стороны Москвы-реки между Тайницкими воротами и Водовзводной башней были устроены болверки. Китай-город был также укреплен бастионами.
В Кремле Петр начал строить, на месте выгоревших в 1701 году боярских деревянных домов, арсенал или цейхгауз, который должен был быть не только складом для оружия, но и воинским музеем, где должны были храниться победные трофеи вроде неприятельских знамен и отбитого оружия.
На Красной площади Петр устроил «Комедийную храмину», или театр, который, в отличие от прежнего, был открыт (за плату) для всех желающих, где подвизались антрепренеры, сперва Куншт, а потом Форт.
В Китай-городе Петр обратил Посольский двор в шелковую и парчовую фабрику; кроме того, он устроил еще другие фабрики, разбросанные в разных концах Москвы; так, при нем возникли шелковые фабрики Шафирова и Милютина, суконная Щеголина, сахарный, парусный и другие заводы.
Много Петр занимался на прежнем царском печатном дворе, на Никольской улице, где он, как сказано выше, печатал и даже сам набирал и корректировал нашу первую газету «Ведомости» и где он впервые пробовал изобретенный им и отлитый в Голландии «гражданский» шрифт.
Но все же не в Кремле и не в Китай-городе, и не в других центральных местах Москвы бился в это царствование пульс вдовствующей столицы. Ее центром Петр сделал прияузские Палестины. Кроме Преображенского и Семеновского, где он вырос и воспринял первоначальную науку, он больше всего любил Немецкую слободу и Лефортово. Здесь нередко пребывал он сам со своими птенцами. Здесь, хотя и временно, находились центральные государственные учреждения, основывались разные школы, заводы и другие учреждения.
Так, в селе Преображенском был выстроен деревянный дворец и особое помещение для Преображенского Приказа тайных дел, которым управлял Ромодановский и остатки которого видел здесь наш историограф Н. М. Карамзин. В Преображенском разместился первый полк гвардии Преображенский и была устроена полотняная фабрика.
В селе Семеновском также был выстроен небольшой деревянный дворец, откуда Петр, вместе со своими птенцами и приятелями из Немецкой слободы, отправлялся 1 мая в соседнюю рощу справлять начало весны; отсюда-то майское гулянье перешло после в Сокольники и сделалось народным.
Но позднее и эти родовые царские села были поставлены в тень Лефортовым и Немецкой слободой.
Первое было названо по имени любимца Петра — Франца Лефорта, который имел в смежной Немецкой слободе отстроенный по западно-европейскому образцу великолепный дом с садом. После его смерти это владение перешло к русскому любимцу Петра А. Д. Меньшикову, а после него в казну и сделалось дворцом.
Здесь же за Яузой, против Немецкой слободы, рядом с домом графа Головина, был тоже небольшой дворец Петра, вокруг которого Брандгоф разводил сад. Но оба эти владения были соединены в одно и при помощи новых строек, при императрице Анне Иоанновне, обращены были в Анненгофский дворец, около которого была разведена Анненгофская роща. После многих эволюций здесь, наконец, создалось здание 1-го Кадетского корпуса.
За Яузой, за Лефортовским мостом, Петр в 1706 году построил Военный госпиталь и при нем учредил медико-хирургическую школу, в своем роде медицинскую академию, которая под управлением доктора Бидлоу выпускала врачей, вербовавшихся преимущественно из сыновей духовенства, учившихся в Славяно-греко-латинской академии в Заиконоспасском монастыре. Для медицинских целей Петр устроил недалеко от Сухаревой башни на Мещанской Аптекарский или Ботанический сад, где сам сажал деревья и копал пруды.
В Немецкой слободе был временно помещен сенат, для которого было построено особое здание. Но отсюда он скоро был переведен в Петербург.
Вместе с тем этот уголок Западной Европы в Москве давал приют почти всем первым петровским школам, как штатским, так и военным. Так, например, здесь первоначально помещалась устроенная при помощи англичан навигацкая школа. Отсюда она была переведена на Сухареву башню, а потом в Петербург, где получила название «Морской Академии».
Там же помещена была первая общеобразовательная гимназия, как подготовительная к университетскому образованию школа. В ней преподавались древние и новые языки и все общеобразовательные предметы германской гимназии. В качестве директора управлял этой школой немец Швиммер, а потом пастор Глюк. Отсюда эта гимназия была переведена на Покровку к церкви Николы, что «у Столпа», в боярские палаты Нарышкиных (ныне Елизаветинская гимназия). Сначала она процветала, а потом захирела.
Государь поощрял также устройство в этом районе фабрик: шелковых, суконных и полотняных. В Красном селе граф Апраксин по приказанию Петра в 1712 году устроил бумажную мельницу для выделки писчей бумаги. В Немецкой слободе появилось немало хороших магазинов на западно-европейский лад, какими после славился Кузнецкий мост.
Понятно, что образование такого правительственного и культурного центра повлекло в эту сторону на жительство знатных и выдающихся людей, и они начинают в прилегающих местностях Покровки, Разгуляя, Басманной и Мясницкой строить свои дома. Так, Меньшиков построил великолепный дом с церковью (Меньшикова башня) близ Чистых прудов, которые, углубив и очистив от прежнего сильного засорения, впервые и назвал этим именем. У Харитония в Огородниках поселились Юсуповы. После того сюда потянулись Куракины, Гендриковы и другие.
Так эта прежде пустынная сторона быстро заселилась и получила характер иноземческо-аристократический и вместе промышленно-торговый.
Таким образом, император Петр I немало внес нового в жизнь Москвы, но переделать ее в ее существенных особенностях, пересоздать ее он, конечно, не мог, да и не думал: иначе ему не для чего было создавать на берегах Балтийского моря новую столицу, а не морской порт и крепость, которые, не будучи столицей, могли бы иметь значение «окна в западную Европу».
Царь заботился о сокращении в Москве уличного нищенства и требовал устройства для неспособных к труду бедняков богаделен при приходских церквах. К 1717 году в Москве было устроено 90 таких богаделен.
Его также заботила и судьба подкидышей, и он повелел в приходах и женских монастырях устраивать приюты «для зазорных младенцев, которых жены и девки рождают беззаконно и стыда ради отметывают в разныя места». В 1723 году было подобрано таких младенцев 934, и они взяты были на воспитание. При них кормилиц было 218.
В Москве в 1701 году было 16 358 дворов. В царствование Петра это число дворов повысилось на несколько тысяч. Так, в 1732 году их насчитывалось уже 19 417.
XVI. Москва при преемниках Петра I в XVIII столетии
о смерти Петра сразу же возник вопрос: не возвратить ли Москве ее допетровское значение, развенчав новый царствующий град Петербург. И вопрос этот висел над обеими столицами, и старой и новой, более пяти лет, до времени переселения из московского Анненгофа на берега Невы императрицы Анны Иоанновны.