Страница 79 из 137
Впереди, на открытом месте, было нечто, напоминающее лагерь, в котором толпилась горстка людей в заржавленных доспехах. Чуть ближе, правее того места, где прятались охотник и Кадия, виднелось что-то вроде загона. Копья были часто воткнуты в землю и оплетены лианами, а внутри находились маленькие, похожие на людей существа.
— Уйзгу! — выдохнул Джеган.
Мужчин среди пленных не было. Только женщины — махонькие, двое с младенцами на руках. Все скопище пленных человеческих существ излучало такой силы горе и страх, что эта мысленная волна буквально смяла Кадию. Она машинально взяла меч за рукоять. Дети плакали, завывали, одна из женщин зажимала ребенку рот рукой.
Четыре скритека стояли в углу загона. Один в такт завываниям покачивал уродливой клыкастой головой, потом неожиданно ударил тыльным концом копья женщину, зажимавшую ребенку рот.
Кадия переложила меч в левую руку — здесь надо действовать кинжалом. Она научилась метать их прошлым летом у какого-то бродячего жонглера. В ближайшего скритека она попадет наверняка. Если бы их было только четверо. С четырьмя они с Джеганом справились бы. Но как быть с солдатами, которые сидели у костра? Кто-то подходил, кто-то уходил, так что сосчитать их было невозможно.
Девушка глотнула раз, другой, потом осторожно коснулась пальцем Джегана и указала на лагерь. Тот кивнул и раскрыл левую ладонь. Там лежал комок какого-то вязкого, похожего на смолу зеленоватого вещества. На нем отпечатались следы пальцев охотника.
Аворик! Странный гриб, растущий на болотах. Его трудно найти, но более верного друга для тех, кто подвергся нападению в этих гиблых местах, не придумаешь. Неизвестно только, как подействует это средство на лаборнокцев.
Кадия наблюдала за людьми, расположившимися вокруг чадящего костра. Недаром оддлинги назвали ее Острый Глаз — ведь она на недоступном для маленького народца расстоянии могла различить любую деталь. Теперь она сосредоточила внимание на высоких кустах, растущих на территории лагеря. Нет, она не ошиблась — в их чаще блеснуло что-то алое. Появилось, блеснуло и снова исчезло…
— Ойжи! Вон там, справа, — она отважилась поднять руку и указать на кусты.
Такое соседство может оказаться очень выгодным, вероятно, даже более эффективным, чем умелые лучники. Лаборнокцы — глупцы, если устроили стоянку в подобном месте.
Вдруг из кустов появились два солдата. Они тащили к костру кого-то третьего. Все лаборнокцы и скритеки повернулись в их сторону.
— Схватили уйзгу, — определил Джеган.
Это был удобный момент для подготовки нападения.
Кадия отщипнула от липкой, размятой охотником зеленоватой массы крохотный кусочек. Привстав на одно колено, она швырнула шарик как раз между лагерем и загоном. Джеган не успел остановить ее. Он было дернул рукой, но Кадия уже приняла командование на себя и шепнула:
— Займись ойжи.
Тот медленно вскинул духовую трубку. Стрелы не было видно — только легкий свист…
Брошенный ею кусочек не долетел до того места, на какое она рассчитывала, но все-таки лег на землю достаточно удачно. Теперь можно было начинать! Кадия вскочила на ноги — меч в одной руке, кинжал в другой… Ближайший к ней скритек повернулся и мгновенно метнул копье в ее сторону. Девушка почувствовала плечом шероховатое неровное древко — копье скользнуло по ней и отскочило в сторону. В ту же секунду Кадия метнула в топителя кинжал, который, сделав в воздухе два оборота, вонзился в пасть нелепо подогнувшего ноги, схватившегося за лезвие скритека.
Враг попытался вытащить кинжал, но Кадия уже была возле него, поднятый меч сверкнул в лучах заходящего солнца — впечатление было такое, словно принцесса давала клятву.
Это был ее первый бой, однако Джеган невольно отметил, как некая — то ли от природы, то ли полученная от волшебного меча — сила придала всем ее движениям ловкость и разумную простоту, свойственные только опытным воинам. Зазубренной противоположной стороной лезвия она притянула к себе скритека за шею — тот еще успел вырвать и отбросить кинжал, а в следующее мгновение голова бандита уже упала на траву. Его страшные челюсти в последнем порыве вцепились в землю.
Кадия схватила кинжал, бросилась вперед и, пригнувшись, приготовилась встретить набегавшего на нее следующего Врага. Тот уже изготовился метнуть копье, но тут же рухнул, как подкошенный, — короткий, пущенный Джеганом дротик угодил ему в глаз. Кадия взмахнула мечом, и голова еще одного топителя покатилась по земле. Девушка бросилась к загону, одним махом рассекла связывавшие колья стебли лиан — впечатление было такое, будто они исчезли сами по себе.
— Бегите! — закричала она женщинам. Большинство из них уже были на ногах.
Между тем зеленый туман, рождаемый авориком, который упал между пленными и солдатами, густел на глазах. Попасть в него значило погибнуть. Еще более густое облако начало подниматься из зарослей кустарника.
— Берегитесь! — Кадия указала в ту сторону мечом, — Туда!..
Женщины, выбравшись из загона, помчались на восток — Кадия бежала последней, готовая в любой момент отразить нападение скритеков или солдат. Правда, ни тем, ни другим теперь было не до беглецов — из-за завесы зеленоватого тумана, донеслись нестройные восклицания, даже послышалась команда, но минутой позже все возгласы слились в единый рев. Солдаты вопили так, что их, наверное, было слышно по всему Тернистому Аду. У Кадии неожиданно разболелось плечо, которого коснулось древко пущенного скритеком копья, и несколько женщин уйзгу тут же приотстали, подхватили ее, потащили к спасительным зарослям.
Пробежав полосу кустарника и чахлого леса, беглецы выскочили к широкой и открытой воде — излучине реки. К берегу был привязан плот, каким обычно пользуются торговцы во время путешествий по болотам. Его охраняли четверо солдат — все они были озадачены воплями, доносящимися со стороны лагеря. Так они и замерли — в испачканной лаборнокской форме, вполоборота к лесу, на лицах — страх и растерянность. Рядом с ними, по колено в воде, опустив лапы, стоял скритек — в его челюстях билась рыба.
— Джеган! — закричала Кадия. Сейчас особенно пригодились бы его дротики. С пятью врагами ей одной не справиться.
Опять мгновенный взмах руки поверх голов внезапно остановившихся женщин. Но на этот раз кинжал угодил в доспехи и с лязгом отскочил в сторону, не причинив вреда. Солдаты были хорошо обучены, и трое тут же окружили Кадию. Потом она услышала душераздирающие крики и подумала, что скритек тоже бросился в атаку. На беззащитных женщин…
Что-то опалило жаром грудь. Как раз в том месте, где висел амулет. Значит, он и теперь там, вечно будет пребывать с ней? Потом прижгло руку, сжимавшую меч, да так сильно, что принцесса невольно перехватила рукоятку. Подняла оружие. Все три глаза открылись, их взгляд сосредоточился на ближайшем к Кадии солдате.
Тот неожиданно завопил так, что принцесса даже вздрогнула. Он выронил меч, судорожно прикрыл руками глаза. Кадия в первую минуту не поняла, что случилось, однако машинально повернула тыльную часть рукояти к очередному нападающему. Тот тоже вскрикнул и споткнулся, как и его товарищ. Потом вскинул оружие и поразил ослепшего соседа. Кадия повернулась к следующему, но тот, видя, что случилось, сразу пригнулся и бросился вперед, однако, сделав шаг, завертелся на месте, захрипел. У него на шее, извиваясь, висела болотная гадюка.
Кадия обежала его, на ходу смекнув, что это, должно быть, работа кого-то из уйзгу. Два других солдата между тем продолжали сражаться между собой. Они словно сошли с ума — бились яростно, беспощадно…
Кадия вбежала на плот, где уже собрались пленницы. Скритека видно не было, только три женщины недвижимо лежали на бревнах. Две другие возвращались с берега, волоча за собой мечи и кинжалы погибших лаборнокцев.
Как только Кадия оказалась на плоту, ее оттащили на противоположную, дальнюю от берега, сторону, заставили присесть. Кадия мягко, но отчаянно сопротивлялась — там Джеган! Как же без него! Она глянула туда, откуда они прибежали. Над лесом вставало густое зеленоватое облако, двигавшееся по направлению к берегу. Издали по-прежнему доносились отчаянные крики.