Страница 338 из 376
— Спилет! Наб! — воскликнул инженер. — Надеюсь, вы не ранены?
— Нет, не ранены, — ответил журналист, — правда, слегка задело рикошетом! Но, смотрите-ка, этот чертов бриг входит в пролив!
— Да, — подтвердил Пенкроф, — и через десять минут он встанет на якорь против Гранитного дворца!
— А каков ваш план действия, Сайрес? — обратился Гедеон Спилет к инженеру.
— Придется нам укрыться в Гранитном дворце, пока еще есть время и каторжники нас не обнаружили.
— Совершенно с вами согласен, — ответил Гедеон Спилет, — но запершись там…
— Будем действовать сообразно обстоятельствам, — сказал инженер.
— Ну, тогда в путь, и поскорее! — воскликнул журналист.
— А как, по-вашему, мистер Сайрес, не лучше ли нам с Айртоном остаться здесь? — спросил моряк.
— А зачем, Пенкроф? — возразил Сайрес Смит. — Нет, нам не следует сейчас разлучаться.
Нельзя было терять ни минуты. Колонисты выбрались из Трущоб. Небольшой выступ кряжа скрывал их от глаз пиратов, толпившихся на палубе «Быстрого», но гулко эхо пушечных выстрелов, крушивших скалы, свидетельствовало о том, что бриг подходит к берегу.
Добраться до подъемника, достичь дверей Гранитного дворца, где со вчерашнего дня сидели взаперти в большой зале Топ и Юп, было делом минуты.
И пора! В окна, увитые зеленью, они увидели, как «Быстрый», окутанный клубами дыма, входил в пролив Колонистам пришлось даже немного отойти в сторону, так как все четыре пушки палили не переставая и ядра били вслепую по Трущобам и по устью реки Благодарения, хотя защитники ее уже оставили свой пост. Скалы разлетались на куски, и вслед за каждым залпом раздавались торжествующие возгласы пиратов, кричавших во всю глотку «Ур-ра!».
И все же можно было надеяться, что Гранитный двор уцелеет, ибо Сайрес Смит приказал из предосторожности укрыть окна зеленью, но вдруг ядро снесло двери и влетело в коридор.
— Проклятье! — воскликнул Пенкроф. — Неужели эти негодяи нас обнаружили?
Возможно, что пираты и не заметили колонистов, но, несомненно, Боб Гарвей счел своевременным дать по залп завесе зелени, которая подозрительно ярко выделялась на фоне каменной стены. Обстрел Гранитного дворца продолжался с удвоенной яростью, и вскоре еще одно ядро сорвало зеленые ветви, обнажив в граните зияющее отверстие.
Положение колонистов стало безнадежным. Их жилище было открыто. А они не могли воздвигнуть преграды против ядер, даже не могли укрыться от осколков гранита, фонтаном взлетавших вокруг них. Оставалось только одно: укрыться в верхнем коридоре Гранитного дворца, покинуть свое жилище на произвол судьбы. Вдруг раздался глухой удар и вслед за ним отчаянные крики.
Сайрес Смит и его товарищи бросились к окнам.
Огромный водяной столб, нечто вроде смерча невиданной силы, приподнял бриг, который треснул пополам, и через десять секунд волны поглотили судно и преступников, составлявших его экипаж!
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Они взорвались! — воскликнул Герберт.
— Верно! Взлетели на воздух, словно Айртон поджег порох в их крюйт-камере! — подтвердил Пенкроф, бросаясь вместе с Набом и юношей к подъемнику.
— Но что же все-таки случилось? — спросил Гедеон Спилет, который никак не мог прийти в себя после столь неожиданной развязки.
— Ну, на сей раз мы все узнаем!.. — живо отозвался инженер.
— Что узнаем?
— Позже, позже, а теперь пойдемте, Спилет. Главное, пиратов больше не существует.
И Сайрес Смит, увлекая за собой журналиста Айртона, поспешил на берег, где их поджидали Пенкроф, Наб и Герберт.
Морские волны поглотили бриг, даже мачт не было видно. Водяной смерч, приподняв судно, опрокинул его на бок, и в таком положении оно и затонуло — очевидно, волна хлынула в огромную пробоину. Но поскольку в этом месте пролива глубина не превышала двадцати футов, следовали ожидать, что во время отлива обнажится остов затонувшего брига.
На поверхности воды кружились обломки корабля — целый набор запасных мачт и рей, клетки с курами (крылатые пленницы были еще живы), ящики и бочонки, которые напором воды выбросило через люки, и они постепенно всплывали на поверхность; однако не видно было ни досок палубы, ни кусков обшивки, что делало еще более загадочными обстоятельства столь внезапной гибели «Быстрого».
Тем не менее две мачты, которые треснули в нескольких футах выше палубы и порвали при падении штаги и ванты, вскоре показались над водой вместе с парусами; одни паруса были развернуты, другие зажаты между деревянными частями. Но неужели же смотреть сложа руки, как отлив уносит все эти богатства в открытое море, — конечно, нет, и Айртон с Пенкрофом бросились к пироге, намереваясь пригнать уцелевший рангоут к острову или к островку Спасения.
Но когда они уже взялись за весла, их остановил голос Гедеона Спилета.
— А шестеро пиратов, которые высадились на правом берегу реки? — спросил он вдруг.
Он вовремя вспомнил об этих головорезах, которые пешком добрались до мыса Находки, после того как их шлюпка разбилась о прибрежные скалы.
Все взглянули в сторону мыса и не обнаружили ни одного беглеца. Вполне вероятно, что, став свидетелями гибели брига, поглощенного водами пролива, бандиты скрылись в глубине острова.
— Мы займемся ими позже, — сказал Сайрес Смит. — Правда, бандиты могут причинить нам немало зла, так как они вооружены, но ведь шестеро против шести — это значит, что силы равны. У нас есть сейчас дела поважнее.
Айртон с Пенкрофом оттолкнули пирогу от берега, и, повинуясь мощным ударам весел, она понеслась к месту катастрофы.
Море было спокойно, и вода стояла очень высоко, так как два дня тому назад наступило новолуние. Следовательно, пройдет не меньше часа, прежде чем обнажится остов брига, затонувшего в проливе.
Пенкроф и Айртон успели связать мачты и деревянные брусья канатом, конец которого забросили на берег у подножия Гранитного дворца. Колонисты соединенными усилиями втащили их на сушу. Потом на пирогу подобрали все, что плавало на поверхности: клетки с курами, бочонки, ящики, и всю эту добычу немедленно перенесли в Трущобы.
Вместе с обломками корабля всплыло несколько трупов. Среди них Айртон опознал Боба Гарвея и, указав Пенкрофу на мертвое тело пирата, взволнованно произнес:
— Вот кем был и я, Пенкроф!
— Но сейчас-то вы совсем другой, наш славный Айртон! — воскликнул моряк.
Заслуживало удивления то обстоятельство, что трупов было очень мало. Колонисты насчитали только пять-шесть утопленников, их уносило течением в открытое море. По всей вероятности, пираты, застигнутые врасплох катастрофой, не успели покинуть корабль, и, поскольку он перевернулся на бок, большинство погибло, запутавшись в бортовых сетках. Отлив, увлекавший в море трупы, избавлял колонистов от печальной необходимости предавать их земле где-нибудь в отдаленном уголке острова Линкольна.
В течение двух часов Сайрес Смит с товарищами вытаскивали обломки корабля на берег, отвязывали от реев паруса, которые, к счастью, оказались совершенно целыми, раскладывали их для просушки на песок. Поглощенные работой, они почти не разговаривали, но как много мыслей теснилось у них в голове! Бриг, со всем его содержимым, — ведь это же настоящее богатство. Всякое судно представляет собой как бы целый плавучий мирок, и имущество колонистов, несомненно, пополнится множеством необходимых предметов. Короче — повторялась, только в более крупных масштабах, история находки ящика, обнаруженного на мысу, получившем поэтому название мыса Находки.
«И почему, — думал Пенкроф, — почему бы нам не поднять затонувшее судно? Если там всего только одна пробоина, заделать ее ничего не стоит, а судно тоннажем в триста, а то и четыреста тонн — это же подлинный гигант по сравнению с нашим «Бонадвентуром»! На таком судне хоть за тысячу миль отправляйся! Куда хочешь, туда и плыви! Надо бы нам с мистером Сайресом и Айртоном взяться за это дело! Стоит потрудиться!»