Страница 115 из 123
Уже на втором листе он тихо сполз под стол. Братья переглянулись.
— Н-да… Некрепкий пошёл англичанин! — саркастически заметил Григорий и тоже вылез из-за стола. За аптечкой.
Василий тем временем, подошёл к столу, закрыл папку и убрал подальше. Там, в папке были фото. Реальные фото деятельности «Отряда 731» реального доктора Исии Сиро. Чёрно-белые. Но и этого хватило англичанину, чтобы его скосило.
Приводили его в чувство долго. И когда таки привели, пришлось вкатить дополнительно ему дозу успокаивающего. После инъекции транквилизатора Адамс уже был никакущий, поэтому отправили его домой.
Но ни на следующий день, ни после Адамс у братьев не появлялся.
— Слушай, брат! А мы не переборщили дав этому масону посмотреть фото? — спросил Григорий.
— Возможно… — задумчиво ответил Василий. — Кто же его знал, что он окажется таким… нестойким и впечатлительным!
— Хм… мне кажется, что всё-таки мы виноваты.
— ?!
— Мы… Точнее наша психика к таким зрелищам уже привычная. После фильмов Голливуда. С зомби, мертвяками и прочими Фреди-Крюгерами. А этот… Он наверняка не участвовал ни в одном сражении. Даже в морге ни разу не был. А тут такой удар по мозгам! Мы всякое повидали. На экранах телевизоров. Да ещё в цвете. Для нас чёрно-белое фото, да ещё и очень чёткое — просто мелочь. А этому — хватило.
— Честно говоря… Те фотки и мне… и для меня… тошнотворные! — Признался Василий.
На четвёртый день пришёл некий денди. С чёткой армейской выправкой. С рекомендациями от Адамса. Назвался полковником. Смитом. Явно под псевдонимом. И похоже кто-то из тех, кто стоит выше Адамса. Из тех, от кого Адамс получал указания и перед кем отчитывался. Но это было неважно. Сразу же по приходу Смит подтвердил цель — продолжение консультаций по эпидемии и борьбе с ней.
И уже с первых вопросов стало ясно, что Адамс мало что вразумительного смог сказать полковнику после посещения братьев. На прямой вопрос Григория — «с чего так и почему пришёл не сам Адамс?» — полковник поморщился.
— После беседы с вами, Адамс не в себе. Так что, извините, господа, но обстоятельства вынудили придти к вам меня. Вместо него.
— Мы понимаем. — благосклонно ответил Григорий. — И готовы помочь, чем можем.
— Кстати, сэр! Адамс говорил, про Договор о поставках роганивара?
— Нет сэр. Но он вёл переговоры с вами?
— Да, сэр. Вёл. И мы согласились поставить партию. Хотя сразу же предупредили… И вас предупреждаем тоже… что конкретно против эболы этот препарат бессилен. Лечить воспаление лёгких, гангрену, гнойные воспаления, вызванные кокковой инфекцией — роганивар может. И очень эффективно. Но против вируса он бессилен.
Англичанин внимательно, надменной мордой выслушал сей пассаж и тут же подтвердил намерения. Василий пожал плечами.
— Можете забрать в любой момент, как только принесёте деньги. — ответил он. Вот счёт за поставку.
Василий открыл лежащую перед ним папку, вынул листок и толкнул его через стол полковнику. Тот остановил его скольжение пальцем, посмотрел на итоговую сумму и безучастно кивнул. Видно всё уже давно было обговорено и он тут только «передаточное звено».
— Но всё-таки, господа, что же вы показали бедняге Адамсу, что он до сих пор не может прийти в себя? — поинтересовался Смит.
Тут уже Григорий вступил в разговор. Усмехнувшись, он, не вставая из-за стола, протянул руку к полке, вытащил ту самую папку и передал полковнику.
— Я думаю, что вы, сэр, имеете более крепкие нервы, чем бедняга Адамс. — многозначительно сказал Григорий. — Тем более, что вы производите впечатление человека побывавшего на полях сражений. И видевшего много чего. Лично. Своими глазами. Непосредственно и на местности.
Смит просверлил своим взглядом Григория. Но тот глаза не отвёл. Даже наоборот, жестом предложил открыть папку и посмотреть.
Полковник медленно перевёл взгляд на папку и таки её открыл. Долго изучал первый лист. Потом, как-то очень осторожно перевернул страницу. Ещё страницу… Ещё.
Бросил взгляд на Григория, на Василия, но увидел лишь лёгкую заинтересованность на их лицах.
Вернувшись к просмотру он как-то нервно пролистал папку. Но каждый лист он изучал внимательно.
— Это Исии? — спросил он однажды показав братьям одну из фотографий.
— Да сэр. — ответил Василий. — Исии Сиро. Проводит эксперимент на человеке. Живом. Пока живом. К концу эксперимента подопытный умрёт.
— Но это же… Это же белый человек! — воскликнул Смит.
— За что сэр, полагаю, буры должны иметь особый счёт к Доктору.
— То есть, они его выкрали? — догадался Смит.
— Да. Многие исчезнувшие в Трансваале, и вообще в Британской Южной Африке — их рук дело, а не зубов местных крокодилов.
— Но зачем они это делали? Ведь рядом было много негров!
— Негров они также употребляли для экспериментов. Как лабораторных крыс. Этих негров покупали у окрестных племён. Племена тех негров брали в плен у соседей и продавали Доктору. Обычный бизнес в тех местах.
— Но вы не ответили, почему они крали и белых — не сдавался Смит.
— Вы наверняка уже догадались. — ехидно заметил Григорий. — На белых испытывались методы заражения болезнями. Ведь применяться то оружие должно было прежде всего именно против европейцев. Они, как истинные исследователи, естественно, проверяли как та или иная бацилла, тот или иной метод заражения будет действовать на представителя расы-цели.
— Но зачем же такие зверства?
— Они не только заражение болезнями исследовали. Они исследовали и другие моменты. Например, как европейцы выдерживают то или иное физическое поражение.
Григорий чуть пододвинулся поближе к полковнику и отлистнув назад ткнул пальцем.
— Вот тут — была испытана ручная граната. Кто-то умер сразу, а кто-то умирал долго и мучительно. В течение нескольких дней. И всё это тщательно фиксировалось учёными «отряда 631». Как умирают, от чего умирают и так далее.
Наверное у Смита всё-таки не выдержали нервы. Он решительно захлопнул папку и посмотрел на братьев. Григорий оценил состояние полковника и невысказанный вопрос.
— Можете взять этот экземпляр. — кинул он Смиту. — это копия.
Смит, с трудом сохраняя каменное выражение лица, важно кивнул и на несколько сантиметров придвинул папку к себе. Обозначая согласие.
— Вас наверное мучает вопрос — продолжил наступление на Смита Григорий, — является ли «проект» Доктора Исии единичным случаем и нельзя ли списать всё на то, что он был психопатом.
Смит всем своим видом показал, что сильно заинтересован.
— Могу вас сильно огорчить, сэр: «не является». - продолжил Григорий. У них там, на островах Японского архипелага, всегда не хватало места для проживания. И, естественно, еды. Поэтому отношение к жизни врага там — утилитарное. Только убить. Причём всех. И воина и его семью. Вы, наверное, обратили внимание на фото японца демонстрирующего наколотого на штык младенца?
Смит кивнул.
— Вот я об этом и говорю, сэр.
— Вы как-то спокойно об этом говорите. — высказался Смит.
— А то, что содержит эта папка, — Григорий красноречиво кивнул на лежащую перед полковником. — это сотая доля того, что реально мы там видели. Успели как-то привыкнуть.
— Однако, сэр, в вашей книге это как-то совсем не проговаривается.
— Ауч! Сэр! — вдруг взвился Василий, как будто прикоснулся к чему-то раскалённому. — Как мы могли всё это записать в книгу, предназначенную для массового читателя?!! Если вы увидев фото еле сдерживаете позывы к рвоте, то что было бы с бедной Европой, если бы мы описали всё как есть? Все, кто умеет читать лишились бы рассудка. Мы ещё не сошли с ума.
— Вы правы. — Согласился Смит. — прошу меня простить.
Щека у полковника дёрнулась в тике.
Когда замяли, Смит решил закруглить тему.
— Можно ли с японцами договориться?
— Вряд ли. — В академическом тоне ответил Григорий. — Они считают себя даже не богоизбранной, а божественной нацией, у которой все остальные, должны быть в услужении. Как рабы. Не зря у них все окружающие кто не японец — гайджин. Конечно, какие-то временные договорённости вам удастся заключить. Но не более. Они рвутся со своих островов. И движет ими сильная обида. Они считают себя смертельно оскорблёнными. Со времён адмирала Перри.[31]
31
Адмирал Мэттью Кэлбрейт Перри. Успешно провел дипломатическую миссию в Японии (1852–1854), которая завершилась подписанием Канагавского договора, первого соглашения между изоляционистскойЯпонией и США. В американской историографии традиционно оценивается как лицо, открывшее Японию Западному миру. Т. е. пришёл со своей эскадрой и под страхом расстрела городов из пушек своей эскадры принудил самураев заключить договор.