Страница 9 из 13
— Я бы тоже очень расстроилась. — Лейла положила ей руку на плечо. — У вас такие красивые вещицы.
— Теперь их разбили. Семь лет назад ватага мальчишек — мы так думаем — ворвалась в магазин и тоже все перевернула вверх дном. Они разбили товар, исписали стены непристойностями. Трудно было все восстановить, но мы справились. Не знаю, хватит ли у нас духу еще раз начать все сначала. Не знаю, хватит ли духу. — Женщина вернулась к магазину и скрылась за разбитой витриной.
Не просто разбитые стекла и безделушки, подумала Лейла, продолжив путь. Разбитые мечты. Один-единственный акт вандализма может принести столько вреда.
С тяжелым сердцем она вошла в приемную. За столом сидела миссис Хоубейкер; ее пальцы бегали по клавиатуре.
— Доброе утро! — Она перестала печатать и улыбнулась Лейле: — Прекрасно выглядишь.
— Спасибо. — Лейла сняла куртку и повесила в шкаф в прихожей. — Нью-йоркская подруга упаковала мою одежду и переслала сюда. Может, сварить кофе или у вас есть другие поручения?
— Фокс просил вас зайти к нему, когда появитесь. До встречи с клиентом у него около получаса, так что поторопитесь.
— Хорошо.
— Через день я ухожу. Не забудьте напомнить Фоксу, что утром ему нужно в суд. У него в календаре отмечено, и я отправила ему записку, но в конце дня все равно лучше напомнить.
— Конечно.
По ее наблюдениям, размышляла Лейла, идя по коридору, Фокс не был таким забывчивым и рассеянным, каким его считала Элис. Раздвижная дверь в кабинет была открыта, и Лейла собиралась постучать по косяку, но в удивлении замерла на пороге.
Фокс стоял у окна позади письменного стола, одетый в джинсы и рубашку навыпуск — сегодня не нужно в суд, — и жонглировал тремя красными шариками. Ноги слегка расставлены, лицо абсолютно спокойное, тигриные глаза следят за руками, которые ловят и подбрасывают шарики.
— Ты умеешь жонглировать.
Она сбила его с ритма, но Фокс сумел поймать два шарика в одну руку и один в другую, не дав им разлететься по комнате.
— Да. Помогает думать.
— Ты умеешь жонглировать, — в изумлении повторила Лейла.
Она редко так улыбалась, и Фокс принялся снова подбрасывать и ловить шарики.
— Главное — правильно рассчитать время.
Лейла рассмеялась, и он стал подбрасывать шарики выше, поворачиваясь на триста шестьдесят градусов, пока они летели.
— Три или даже четыре предмета одинакового размера и веса — это не так уж трудно. Я собираюсь усложнить задачу и жонглировать разными. Это просто для размышлений.
— Для размышлений, — повторила она, и Фокс снова поймал шарики.
— Да. — Шарики полетели в ящик письменного стола. — Помогает прочистить мозги, когда я… — Он посмотрел на Лейлу. — Ух ты. Выглядишь… отлично.
— Спасибо. — Лейла надела юбку и короткий жакет и теперь размышляла, не слишком ли это шикарный наряд для ее скромной должности. — Я получила свой гардероб, и поскольку он тут… Ты хотел меня видеть.
— Я? Точно, — вспомнил Фокс. — Погоди. — Он закрыл дверь. — Хочешь что-нибудь?
— Нет.
Приведенный в порядок с помощью жонглирования мозг снова затуманился, и виноваты в этом были ноги Лейлы. Фокс шагнул к холодильнику и достал банку колы.
— Я подумал, раз сегодня утром у нас есть немного свободного времени, нужно сравнить наши сны. Присядем.
Лейла выбрала один из стульев, предназначенных для клиентов, Фокс сел на другой.
— Ты первый, — предложила она.
Закончив рассказ, Фокс встал и извлек из холодильника банку диетической пепси-колы, вложил в руку Лейлы и снова сел. Она молча смотрела на банку.
— Ты такое пьешь, да? Видел у тебя в холодильнике.
— Да. Спасибо.
— Стакан нужен?
Она покачала головой. Заботливость Фокса почему-то удивила ее.
— Ты держишь у себя и диетический спрайт для Элис?
— Конечно. А что?
— Ничего, — задумчиво пробормотала Лейла и сделала глоток из банки. — Я тоже была в лесу. Правда, не совсем одна. Я была в голове Эстер — или она в моей. Трудно сказать. Я… никогда не была беременной, и детей у меня нет, но мое тело изменилось. — Она засомневалась, но потом решила, что если смогла рассказать подробности Сибил, то расскажет и Фоксу. — Грудь у меня увеличилась, и я понимала, знала, что кормлю ребенка. Это как с изнасилованием. Примерно такое же ощущение. Я знала, куда иду.
Она снова умолкла и посмотрела в лицо Фоксу. Лейла подумала, что он не только слышит каждое слово, но и понимает, что за ними стоит.
— Я плохо ориентировалась в том лесу, была там всего один раз, но понимала, где я, знала, что направляюсь к пруду. И знала зачем. Я не хотела идти. Не хотела, но не могла остановиться. Не могла остановить ее. Я кричала, потому что не хотела умирать, но Эстер хотела. Она больше не могла этого выносить.
— Чего?
— Эстер все помнила. Помнила изнасилование, помнила свои чувства и то, что было внутри ее. Она помнила, Фокс, ночь на поляне. Демон… управлял Эстер, заставил обвинить Джайлза Дента в изнасиловании, назвать его и Энн Хоукинс колдунами, и Эстер думала, что они мертвы. Она не могла жить с такой виной. Он приказал ей бежать.
— Кто?
— Дент. На поляне. Перед тем как начался пожар, он ее пожалел и простил. Приказал бежать. Ей было всего шестнадцать. Все думали, что ребенок от Дента, и жалели ее. Она знала правду, но боялась признаться. Боялась говорить.
Лейла поежилась. Все вернулось: страх, ужас, отчаяние.
— Она все время боялась, Фокс, и к тому времени, когда на свет появился ребенок, обезумела от страха, чувства вины и воспоминаний. Я все чувствовала — безумие было у нее внутри, а значит, и во мне тоже. Она хотела положить этому конец. Хотела взять с собой ребенка, но не смогла.
Фокс смотрел на нее, и в его глазах было сострадание.
— Она хотела убить младенца?
Кивнув, Лейла медленно и глубоко вздохнула.
— Эстер боялась ребенка, ненавидела и в то же время любила. Называла дочь «оно». Я имею в виду…
— Эстер думала, что ребенок — «оно».
— Да. Да. Но все равно не могла убить, если бы она убила дочь, меня бы тут не было. Она подарила мне жизнь, пощадив ребенка, а теперь собиралась убить меня, потому что мы с ней были одно. Мы шли к озеру, и если она меня и слышала, то принимала за один из голосов, которые сводили ее с ума. Я не могла заставить ее слушать, заставить ее понять меня. Потом я увидела тебя.
Лейла умолкла и снова глотнула из банки, чтобы немного успокоиться.
— Я увидела тебя и подумала: «Слава богу. Слава богу, он здесь». Я чувствовала в своих руках камни, которые собирала Эстер, чувствовала их вес, оттягивающий карманы нашего платья. Я ничего не могла сделать, но надеялась…
— Что я остановлю Эстер. — И я тоже, подумал Фокс. Я тоже хотел спасти эту девушку.
— Ты кричал, повторял, что она не виновата. Побежал к ней… ко мне. На мгновение мне показалось, что Эстер тебя слышит. Показалось, что она хочет тебе поверить. А потом мы очутились в воде и стали тонуть. Не знаю, прыгнула ли она или просто упала, но мы ушли под воду. Я приказала себе не паниковать. Успокоиться. Я ведь хорошо плаваю.
— Капитан школьной команды.
— Я уже тебе это говорила. — Лейла усмехнулась и снова глотнула из банки. — Я убеждала себя, что смогу выплыть даже с камнями, что я хороший пловец. Но не смогла. И того хуже, даже не пыталась. Вниз меня тянули не только камни.
— Эстер.
— Да. Я видела, как ты бросаешься в воду, ныряешь, а потом… — Лейла закрыла глаза и крепко сжала губы.
— Все хорошо. — Фокс накрыл ее ладонь своей. — С нами все в порядке.
— Фокс, я не знаю, кто это был, она или я… Не знаю. Мы тебя схватили.
— Ты меня поцеловала.
— Мы тебя убили.
— Да, все закончилось печально, только это иллюзия. Хотя по ощущениям очень похоже на реальность. Тебе пришлось нелегко, но ты смогла проникнуть в сознание Эстер, и теперь мы больше знаем о ней.
— А почему ты там был?
— Скорее всего, мы связаны друг с другом, ты и я. У меня уже были общие сны с Кэлом и Гейджем. Примерно то же самое. Только на этот раз связь сильнее. Во сне я видел тебя, Лейла. Не Эстер. Слышал твой голос. И это интересно. Стоит подумать.