Страница 117 из 179
Министр авиации и штабная верхушка были единодушны в решимости отстранить Даудинга. Неповиновение Лей-Мэллори не осталось без вознаграждения. После окончания битвы он получил должность Парка. Шолто Дуглас, поддержавший Лей-Мэллори, добился заветной (к этому времени) должности командующего истребительной авиацией. Парк был отправлен командовать учебными заведениями, а Даудинг послан в Соединенные Штаты. Министерство авиации хотело стереть воспоминание об этих людях. Когда в Великобритании вышла из печати брошюра, посвященная Битве за Британию, Даудинг не был в ней даже упомянут, хотя имена и Геринга, и Геббельса в ней были. Черчилль так отозвался об этой брошюре Синклеру: «Я очень расстроен тем, что вы оказались замешаны в такой неблаговидной истории…», и добавил:
«Зависть и ревность, приведшие к этой несправедливости, бросают пятно на министерство авиации. По-моему, ни одно, другое военное ведомство не допустило бы ничего подобного. Как бы отнеслись люди к тому, что министерство обороны изложило бы свою версию кампании в Ливии, ухитрившись исключить из нее имя генерала Уэйвелла, или же адмиралтейство поведало историю Трафальгарской битвы, не упомянув лорда Нельсона?»
Около 3000 летчиков защищали небо над Великобританией летом 1940 года. Они истекали кровью, горели, и больше 500 из них погибли, в то время как на земле, внизу, жизнь продолжалась практически как ни в чем не бывало. Летчики сидели в деревенской пивной, а уже через несколько минут им приходилось вступать в смертельную схватку в небе над ней. Подобная связь была палкой о двух концах. Пусть последними словами о Битве за Британию станут те, что сказал командир эскадрильи Питер Девитт:
«Мне как командиру эскадрильи приходилось писать письма соболезнования родителям летчиков моей эскадрильи, погибших в бою. И вот эти родители приезжают к тебе, а ты сражался весь день и смертельно устал. Дежурный звонит и говорит: «К нам приехал мистер такой-то; он хочет поговорить с вами». Тебе приходится спускаться вниз и рассказывать, как погиб сын этого человека. Для меня это были худшие моменты, хотя в целом родители переносили трагическое известие достаточно стойко».
20. ЧАСЫ ТЕМНОТЫ
Споем песню про молодых летчиков,
Если бы не война, они бы сидели за школьной партой.
Английские истребители одержали победу в Битве за Британию, но истребительная авиация понесла большие потери. Около 500 летчиков погибли, и к этому надо добавить тех, кто не вернулся с боевого задания еще до начала сражений в небе над Англией. Среди них было много опытных боевых летчиков, которые требовались пополнению в качестве вожаков и наставников. «Люфтваффе» потеряли приблизительно такое же количество летчиков-истребителей, но, если добавить экипажи бомбардировщиков, общие потери личного состава были не менее 2662 летчиков.
Однако в гонке технологий Германия была впереди. Великобритания вступила в войну, не обладая ни финансовыми, ни промышленными ресурсами, необходимыми для ведения полномасштабной войны. В стране ощущалась катастрофическая нехватка инженеров и опытных рабочих. Научно-исследовательские и конструкторские работы не проводились. Но корни отставания были еще глубже. Великобритания не могла производить станки, необходимые авиационной промышленности. В особенности это относилось к высокоточному оборудованию. В период с 1933 по 1937 год Германии принадлежали 48,3 процента мирового рынка металлообрабатывающих станков, следом за ней шли Соединенные Штаты, имевшие 35,3 процента рынка, а Великобритания со своими 7,1 процента плелась далеко позади. Коррелли Барнетт в своей книге «Ревизия войны» выносит суровый, но справедливый приговор:
«Нелицеприятная историческая правда состоит в том, что великие символы английского мифа, победители в Битве за Британию «Спитфайры» и «Харрикейны», и установленные на них двигатели «Мерлин» изготовлялись в основном с использованием иностранного оборудования, их вооружение и большая часть оснащения также были иностранными разработками и в некоторых случаях и сделаны за рубежом».
Природа боевого самолета такова, что если ввести новую модель в действие на полгода раньше того, как противник разработает соответствующий эквивалент, это принесет несказанные преимущества. Провалы немцев обусловлены в основном организационными причинами. На постоянные стычки военных и гражданских специалистов накладывались личная вражда и тлетворное влияние нацистской партии, но заводы, как правило, справлялись с этими проблемами. Постоянные задержки с производством на английских заводах — а немецкие конструкторы придавали особое значение простоте производства и ремонта — означали, что Королевским ВВС все время приходилось выставлять против новейших немецких разработок устаревшие модели самолетов. Барнетт также добавляет, что эту ношу еще более утяжеляло то, что в 1934–1936 годах министерство авиации заказывало «в огромных количествах самолеты старых и архистарых моделей… выполняя волю правительства, пребывавшего в то время в уверенности, что превосходства в боевых самолетах и эскадрильях будет достаточно, чтобы охладить амбиции Гитлера».
«Локхид Гудзон» использовался в Королевских ВВС еще до начала войны. Это был довольно маленький самолет с непропорционально большой кабиной стрелка, однако он весьма неплохо справлялся с разведывательными задачами и был способен нести бомбовую нагрузку. «Дуглас» ДБ-7 «Бостон II», двухмоторный легкий бомбардировщик, начал поступать в Великобританию в конце 1940 года, и часть самолетов была немедленно переоборудована в ночные истребители. Сомневающиеся в том, что американцы могут делать самолеты, способные вынести тяготы войны, успокоились, увидев детище Джека Нортропа. Интенсивно использовавшийся различными авиационными частями в Европе и Северной Африке, этот самолет заставил краснеть со стыда убогий «Бристоль Бленхейм». И установленные на «Бостоне» двигатели — как «Пратт энд Уитни», так и пришедшие им на смену «Райт Циклон» — не страдали хроническими болезнями, свойственными рядному «Торесу», которым стали оснащаться совершенно новые разработки фирмы «Бристоль» — «Бофорты».
Морская авиация, к которой всегда относились с пренебрежением, вступила в войну с такими допотопными бипланами, как «Уолрус», «Фейри 1ПФ» и «Содфиш». Морские летчики были рады получить самолеты хоть сколько-нибудь лучшего качества, и первый поступивший на флот самолет, «Брюстер Буффало» (Ф2А-2 без тормозного приспособления и катапультного барабана), не слишком их обнадежил. Но «Грумман» Ф4Ф «Уайлдкэт» (первый истребитель-моноплан, разработанный специально для авианесущих кораблей) явился откровением. Впервые у летчиков Королевского ВМФ появился истребитель, созданный специально для авианосцев. В конце 1940 года на корпусе трофейного немецкого корабля водоизмещением 5000 тонн была установлена плоская полетная палуба, и оказалось, что новые самолеты могут взлетать и садиться на нее: так родился крошечный эскортный авианосец.
В Рождество 1940 года два «Грумман Уайлдкэт», пилотируемые летчиками морской авиации, сбили над базой флота в Скапа-Флоу «Юнкерс-88». Это была первая победа английских летчиков на американском самолете.
Но первые шесть месяцев 1941 года стали для Великобритании самым тяжелым испытанием. В январе «Люфтваффе» продемонстрировали, что их пикирующие бомбардировщики тоже могут атаковать боевые корабли. 10 января авианосец «Илластриес», находившийся в Средиземном море, в результате воздушного налета получил такие серьезные повреждения, что выбыл из строя на десять месяцев. На следующий день Ю-87 потопили крейсер «Саутгемптон».