Страница 50 из 75
- А что, эони на это мероприятие пригласить никто не подумал? - полюбопытствовал Рем, разглядывая присутствующих. Здесь были обе старших богини, а также Стерх со всей компанией, подобранной на берегу. Даже Тан под столом вытянулся. А вот Васи почему-то не было.
- Пусть спит, зачем её беспокоить, - отмахнулся Стерх.
- Видал? - прокомментировал это Серж. - Домостроевец! Я хотел пойти разбудить, пригрозил убить. Да я ей сам потом перескажу в подробностях, этому всё равно веры нет, - махнул лапой гаргулья.
- И всё-таки... - начал капитан, но был перебит Лу.
- Да [цензура] вы меня все уже! Сядь, не маячь. Нет Васьки в каюте.
- А где она? - хором поинтересовалось сразу несколько голосов.
- В [цензура]! - огрызнулась смерть. - И ей там хорошо.
- Куда ты её дела? - срываясь на шипящие звуки, медленно поднялся с места бывший бог. Рем посмотрел на него, посмотрел на свою богиню... и осторожно притулился в углу кают-компании. Поближе к выходу, на всякий случай.
- Сядь, а? [цензура] уже, - хмуро посмотрела на него снизу вверх рыжая. - Когда надо будет, тогда и верну. Нечего ей сейчас тут делать.
- А вы, позвольте поинтересоваться, из чего такой вывод сделали? - проворчал гаргулья. - Кто дал вам право на такое решение? И вообще. Такая, вроде бы, приятная девушка, а от вашей речи уши завянут у любого грузчика, - интеллигентного молодого учёного буквально коробило от поведения эльфийской богини смерти. Нет, он признавал право ненормативной лексики на существование, но не в устах молодой симпатичной девушки. Очень хотелось прополоскать ей рот с мылом.
Стерх покосился на гаргулью с недоумением и почему-то сел. Рем же, восхитившись отчаянной храбростью крылатого пассажира, всерьёз задумался о поспешном отступлении.
Богиня смерти, с недобрым прищуром (точнее, в крайней степени бешенства) сверля взглядом Сержа, медленно поднялась со своего места. В каюте ощутимо похолодало.
- Ш-ш-шкуру с-с-спущу! - прошипела она, сжимая узкие ладони в кулачки.
- Сударыня, я атеист, - гаргулья с достоинством пожал плечами. - И в богов не верю. Тем более, в подобных вам. Судя по тому, что я успел увидеть в этом мире, кровь у вас - тех, кто именует себя божествами, - столь же жидкая, как и у тех, кого вы именуете смертными. И вы сами вполне смертны, невзирая на громкие имена и должности. Богом имеет право называться высший разум, а высший разум - есть лишь ступень эволюции. Увы, по критерию разумности здешние "боги" стоят ничуть не выше людей. Кроме того, если следовать этой концепции, то Василиса и я - больше боги, чем те, кого я вижу здесь. Уже хотя бы в виду большей систематичности и обширности знаний.
Присутствующие, включая Эо, с суеверным ужасом взирали на внезапный столь откровенный и сильный протест со стороны обычно добродушного и тихого Сержа. Спорить, да ещё в подобном тоне, с пребывающей в крайней степени бешенства Лу - для этого нужно быть очень хладнокровным человеком. Или сумасшедшим. И второй вариант казался более правдоподобным.
Пожалуй, один Стерх отнёсся иначе; у него на лице появилось настолько довольное, почти блаженное выражение, что он едва не жмурился от удовольствия, как пригревшийся на солнышке сытый кот.
- Лу, - начала богиня жизни, пытаясь осторожнее подбирать слова. - Он же из другого мира, ты, пожалуйста...
Прерывая её монолог, богиня смерти, всё это время буравившая невозмутимого пришельца из иного мира взглядом, расхохоталась, запрокидывая голову. Звонко, искренне, радостно.
- А ты мне нравишься, гаргулья! - проговорила она, сияя улыбкой. - Хочешь, я верну тебе твоё прежнее тело?
- Спасибо за предложение, воздержусь, - невозмутимо ответил он. - В этом теле в этом мире мне значительно комфортнее.
- Ну, как знаешь, - ничуть не обиделась взбалмошная рыжая богиня, плюхаясь на своё место. - Тогда я тебе даже отвечу. Всё с твоей подругой нормально, она под надёжной защитой. Мы скоро войдём в Туманное море, и там нас почти наверняка будут ждать неприятности. Стерх - [цензура] живучая, даже несмотря на то, что больше не бог, поэтому с ним вряд ли что-то случится. А вот Ваську я решила прикрыть до того момента, как её присутствие станет необходимо. Для её же блага. Там, где она сейчас, ей хорошо, и самая большая проблема, с которой она может столкнуться, это скука. Думаю, уж это она переживёт.
- А если она попытается её развеять, и угробится в процессе? - хихикнул Михаэль.
- Кто ж ей даст, - поморщилась богиня. - Говорят же, она под надёжной охраной. Всё? Несущественные [цензура] вопросы кончились?
На "[цензура]" Серж выразительно поморщился, но промолчал. Лу это заметила, ехидно ухмыльнулась, но тоже ничего не сказала.
- Ладно. Теперь по делу. Плыть нам ещё больше суток, и [цензура] уже вот-вот начнётся.
- А что не так с Туманным морем теперь? - поинтересовался Рем.
- На этот вопрос лучше я отвечу, - откликнулся несколько помрачневший Стерх. - Туманное море, ввиду близости к пуповине, является своеобразным барометром состояния нашего мира. Чем хуже, тем больше всевозможного безобразия там творится. Блуждающие рифы, всевозможные разумные и не очень твари. В общем, много чего интересного.
- Так. Это понятно. А собрались-то мы зачем? - уточнил Михаэль, привычно поигрывающий излюбленным ножом. Бывший кохейский громовержец и Лу с неожиданным единодушием крайне ехидно уставились на Эо. Та неожиданно смутилась и опустила глаза.
- Ну, как же... - пробормотала богиня жизни. - Нужно же обсудить планы, подготовиться.
- К чему? - иронично уточнил Серж.
- Ко всему, - ещё более смущённо ответила богиня жизни. - Но как же без плана действий...
- Ладно, тогда я пойду спать, - поморщился Прах.
- Вот, кстати, да! Очень хороший план! - поддержал его Михаэль. - Голосую "за"! - и он вытянул левую руку вверх.
- Нет, а я тебе говорила? - злорадно хихикнула Лу. - План ей нужен... Всё, все свободны, [цензура] отсюда.
- Прости, что отвлекаю, но я, честно говоря, совсем уже заждалась, - мягкий женский голос - очень приятный, с мурлычущими нотками, - вывел меня из состояния полусна, в котором я лежала в местном джакузи. Удивительно; голос один, говорит прозой.
Я, испуганно оглядевшись, с искренним недоумением обнаружила на некотором расстоянии вольготно рассевшуюся на подушках белоснежную кошку; то есть, конечно, миу. Миниатюрная, изящная, голубоглазая - ну, чисто ангорка!
- Э-э-э... - растерянно протянула я, не успев испугаться.
- Нет, ты не волнуйся, я друг. Меня Луна зовут, - представилась гостья. - Я своя. В том смысле, что заодно со Стерхом.