Страница 19 из 53
***
После ухода Виктора Сашка, вздохнув, открыла папку. Времени было навалов, тем более что она не знала когда вернется Ефремов. Можно было с чистой совестью отдаться изучению досье.
Александра открыла верхний ящик стола, ожидая увидеть там ручки и чистые листы бумаги. Но там лежала одна-единственная старая фотография. Она взяла в руки пожелтевший снимок и внимательно вгляделась. Там были запечатлены они с Виктором. Девушка очень хорошо помнила этот момент, запечатлённый на фото. Её шестнадцатилетие. Улыбающийся Виктор с обожанием смотрит на неё. Как же она раньше не замечала этого взгляда? Без сомнений уже тогда он был в неё влюблён. А она? Да она тоже его любит. Но почему тогда её так тянет к Зарубину?
Сашка снова и снова задавала себе этот вопрос, но понимала, что ещё не готова до конца принять правду и честно себе на него ответить. Самый простой вариант - несомненно, она любит Виктора, а к Тимуру её тянет, как к запретному плоду, который всегда сладок. Но может и это всего лишь обман, придуманный для успокоения совести?
А Виктор то её любит по-настоящему. Он единственный кто не был равнодушным к её переживаниям, всегда поддерживал, пока не появилась Ольга. Вот тогда можно сказать он исчез из её жизни. Но этот этап уже позади. Ольга... где же она? К горлу подступил комок.
Девушка положила обратно снимок и закрыла ящик. Углубилась в чтение исписанных листов из досье, пока не наткнулась на протокол описи с места недавнего покушения. Достала из папки и разложила на столе фотографии, справки медэкспертов, протоколы с допросами очевидцев. На мгновение её посетила мысль о неестественном поведение охранников. Слишком много в этом деле было случайностей - случайно граната ушла в сторону водителя, случайно охрана упустила киллера, случайно киллер оставил оружие с отпечатками своих пальцев на месте преступления. Откуда преступник знал, что Резвый поедет именно по этому пути? Зарубин изменил в этот день свои планы и повёз её в ресторан, а должен был ехать в офис. А может, всё было спланировано?
Эксперты по снятым отпечаткам пробили по базе данных и вуаля, теперь стало известно, что на Зарубина покушался самый известный и разыскиваемый киллер - Паша Пантелеев. На счету Пантелея несколько десятков убийств людей весьма известных в криминальном мире.
Тут в дверь скрипнула, прерывая мысли Сашки. На пороге появился опер РУВД Иван.
- Пыхтишь над делом Зарубина?
- Что-то не так в этом покушении... не могу понять, что меня смущает.
- Давай тогда попробуем разобраться вместе, - Попов придвинул стул и сел рядом с девушкой.
- Вот смотри киллер-профессионал не попадает с такого маленького расстояния в свою жертву. Он исчезает с места преступления и при этом оставляет свои следы. Охранники упускают его. По показаниям свидетелей складывается впечатление, что телохранители Зарубина и вовсе не собирались преследовать Пантелеева.
- Всё верно. А по убийству Кузьмича ты хочешь посмотреть материал?
- Конечно!
- Вот, - Иван пододвинул к Сашке папку, которую принёс с собой.
Девушка погрузилась в изучение документов и не заметила, как в кабинет вошёл Ефремов.
Зато Попов увидел вошедшего Виктора, и он уже готов был подняться со стула и двинуться навстречу другу. Только злой взгляд, обращённый к нему, остановил опера.
Будь воля Ефремова, он бы убил Ивана на месте, прямо здесь в этом кабинете. Виктор чувствовал, как внутри его закипает злость и ревность. Что это козёл забыл здесь, рядом с Сашкой? Они сидели слишком близко друг к другу, и рука Попова лежала на талии девушки.
"И тут поспел!" - пронеслось в голове у Виктора. В любой момент он мог сорваться и наделать глупостей.
- Виктор! - сказала Александра, наконец, заметив Ефремова. В её глазах застыла смесь из удивления и растерянности. Девушка скинула руку Ивана со своей талии.
- Ну и как, прочитала досье? - с усмешкой спросил Виктор.
- Да... и кажется, я знаю кто заказал Зарубина.
- Да, ну?
- Зарубин сам заказал себя. Ему нужен был повод развязать войну с Кузьмичёвым. И он получил его, инсценировав покушение. Не мог киллер такого уровня промазать и оставить столько улик.
- Ну что ж логично. Осталось только найти доказательства.
- Надо поймать Пантелеева.
- Это вряд ли, - с сарказмом в голосе бросил мужчина. - Час назад его труп выплыл в "Онеге" с пулей в голове.
- И что же теперь? - подал голос до этого молчавший Иван.
- Ни чего. Зарубин и здесь выкрутился. Ладно, давайте по домам, - устало сказал Виктор. - Завтра будем думать.
- Про Ольгу, что-нибудь известно? - спросила Сашка, вставая со стула.
Следователь, молча, помотал головой.
Сашка взяла сумочку, и не глядя на Виктора, быстро вышла из кабинета, на ходу бросив:
- Я не домой.
- Погоди, - Ефремов поспешил за ней. - Подвезу.
- Нет. Спасибо. Я сама.
Но он уже схватил её за руку, вынуждая остановиться.
- Я сказал, что подвезу, - раздражённо сказал Виктор, повышая голос. - Может, скажешь, в конце концов, куда ты собралась?
- К маме.
Сашка сделала шаг на ступеньку, следователь продолжал смотреть на неё, не двигаясь.
- Тем более ты поедешь со мной! - сказал Ефремов ледяным тоном.
Они сели в машину Виктора. На улице уже темнело, и снова пошёл дождь, барабаня по ветровому стеклу. Всю дорогу молчали: Ефремов злился на себя. Зачем он везёт её к этой женщине? Каждое посещение Анны для Сашки становилось испытанием. Что там происходит, за закрытой дверью, он не знал. Александра просто не пускала его, дальше порога. Ефремов слышал, как кричала Князева старшая, обвиняя в чём-то дочь. Через полчаса Сашка выходила вся в слезах, отказываясь отвечать на любые вопросы.
Виктор посмотрел на девушку. Она отстранённо смотрела в окно, на пролетающие мимо машины. До дома, где жила её мать было недалеко. После зоны Анна не смогла вернуться в своё старое жильё. Вышедший, раньше жены на два месяца, из тюрьмы Павел, успел продать квартиру чёрным риэлторам и пропить все деньги. Через месяц его нашли замёрзшим на улице. Анне государство предоставило временное жильё - комнату в благоустроенном доме.
Сашка и Виктор поднялись на третий этаж старого панельного дома хрущёвской постройки. Из-за некачественной сборки конструкций в таких домах постоянно, через межпанельные швы, проникал ветер и вода, не говоря уже про звукоизоляцию. И эта пятиэтажка была не исключением.
В комнате Анны Князевой шла гулянка полным ходом, о чём свидетельствовало завывание её гостей, которое при всём желание назвать пеним было нельзя. Вой был слышен на весь дом.
Александру и Ефремова в квартиру впустила соседка Князевой. Сашка на ходу поздоровавшись и прошла по коридору, до комнаты, в которой жила её мать. Девушка постучалась в деревянную, белую дверь. На пороге появилась пьяная Анна, в красном потёртом халатике. Женщина пристально посмотрела сначала на дочь, потом на Виктора.
- Зрасте, - Князева подпёрла свои толстые бока грязными руками. - Сашка проходи. А тебя, - она бросила злобный взгляд на Ефремова. - Не пущу.
Анна тут же исчезла за дверями, за ней последовала Александра. Виктор тем временим, случайно, бросил взгляд на протекающий потолок и стены, местами покрытые чёрной плесенью. Вообще вся квартира состояла всего из двух комнат. Построенная во времена Хрущёва она напоминала коробку с окнами. Маленькая не уютная.
Прямо в коридоре на резных перекошенных ножках, стоял застеклённый потрескавшийся от времени буфет. Он был заполнен старой посудой. Старомодный графин для водки, фарфоровые белые чашки с золотой каёмочкой, блюдца и металлическая сахарница.
Дверь резко отворилась и из комнаты вышла Сашка. Она покусывала нижнюю губу, чтобы не заплакать.