Страница 8 из 15
Глава 5
Утренний воздух в лесу был девственно свеж, чист и влажен. Пахло сосновой смолой, елью, разными полевыми цветами и озоном. Эта смесь запахов витала в воздухе и создавала неповторимую атмосферу. Покрытые мраморными плитками дорожки перед домом уже высохли, но капли росы еще искрились на травинках, осоке, лепестках нераспустившихся цветов и листьях деревьев. Стояла прозрачная, чистейшая, звенящая тишина и где-то в глубине леса запел соловей.
Виктор Александрович Тарасов как обычно встал рано, умылся, почистил зубы, выпил свежего, ледяного деревенского молока и вышел на крыльцо своего большого красивого загородного дома.
– Красота-то какая, – прошептал он, – тишина.
Было шесть часов утра, но уже рассвело. Багровое солнце зависло над горизонтом, готовое к своему каждодневному взлету в небо.
Тарасов любил рано вставать и частенько говаривал:
– Кто рано встает, тому бог подает, а если бог не подает, то он сам берет.
В этот памятный день он как обычно вышел на улицу, чтобы вдохнуть ароматного, пьянящего лесного воздуха. Постоял на мраморном крыльце около пяти минут, наслаждаясь тишиной леса и чистотой рублевской атмосферы, а затем спустился на дорожку из мраморных плиток и пошел к бассейну. На ходу снял бархатный халат, передал его следующему за ним амбалу-телохранителю Косте, с разбегу прыгнул в голубой бассейн, вынырнул и быстро поплыл.
Два охранника Костя и Вадим пошли по бортику тридцатиметровой «ванны», готовые в любую секунду прийти на помощь хозяину. По внешнему виду они походили друг на друга, как конфетки эм-эм-дэнс: тренировочные штаны «Адидас», футболки и кроссовки, топорно вырубленные суровые лица, широченные плечи, накачанные мускулы и разбитые в спаррингах кулачищи. Вадим некогда был чемпионом страны по боксу, а Константин – по каратэ. За время службы у Тарасова они, конечно, забросили активные тренировки – времени не было, но старались хоть пару раз в неделю подкачиваться в спортзале их босса и молотить по грушам и друг по другу. Хозяин настаивал, чтобы парни держали себя в форме – тучные слизняки в охранниках никому не нужны.
Сам Тарасов спортом никогда не занимался, но физкультуру любил и здоровье свое берег. По утрам пил свежее – только из-под коровы – молоко, проплывал в личном бассейне пятьсот метров, причем в любую погоду, а по вечерам занимался в тренажерном зале вместе с телохранителями. Часто играл в настольный теннис, бил по боксерским грушам и мешкам, постреливал в частном тире по мишеням и тарелочкам.
Несмотря на приверженность к физическим упражнениям, по виду Тарасова нельзя было сказать, что он хоть немного занимается своим телом. Он был невысокого роста, толстый и нескладный. Здоровье у него было с детства хорошее, но вот с ожирением он бороться не мог, потому что любил вкусно поесть и при этом выпить.
Несмотря на каждодневные занятия физкультурой, пил он тоже каждый день, как говорил – для здоровья, но при этом знал меру и мало хмелел. Происходило это по вечерам, когда Виктор Александрович после работы отправлялся в ресторан на обильный сытный ужин.
Босс плыл кролем, а телохранители шли рядом. Наконец отмеренная дистанция закончилась, и Тарасов, отдуваясь и фыркая, как морж, вылез по лесенке на бортик. Вадим услужливо накинул ему на плечи большое махровое полотенце, а Костя приготовил халат.
Тарасов производил неприятное впечатление. У него были толстые ноги, мясистая задница, широченная талия в жировых складках, узкие плечи и тонкие детские ручки. Лицо у него было мясистое: глазки-бусинки, хитрые, злые, нос длинный, острый, и маленькие, прижатые к голове уши. Под носом он отрастил тонкие жидкие усики, наподобие гитлеровских, а на подбородке – такую же тоненькую, немного седеющую бородку.
Друзей у Виктора Александровича не было со школьной скамьи, потому что он обладал дурным характером, был завистлив, мелочен и скуп. С юности делал людям подлости, а когда возмужал, то стал давить конкурентов, как тараканов, если они стояли на пути к достижению его цели. А целью его было непомерное богатство и безграничная власть. Этого он добивался любой ценой, любыми путями, невзирая на то что средства достижения этой цели могли быть неправедными.
При первом общении Тарасов вызывал у людей отвращение, хотя компаньоны терпели его ради наживы, а девицы легкого поведения висли ему на шею. И тем и другим он платил, но в итоге эксплуатировал людей так, что всегда имел от них больше, чем им давал.
Женщин Тарасов любил больше всего на свете, но, конечно, после денег и власти. Если он, проезжая по городу в своем бронированном «Мерседесе», видел на тротуаре красивую длинноногую грудастую девицу, то откладывал все дела, вылезал из машины и бежал знакомиться. Иногда он получал от ворот поворот, но в большинстве случаев выбранная им красавица принимала приглашение и после ужина в хорошем ресторане оказывалась у него в постели. Он соблазнял их по-разному: кому-то обещал деньги и подарки, кому-то – хорошую работу, иной – заграничный круиз на теплоходе… Обещал красавицам выполнить их самые сокровенные желания, и они заглатывали наживку, ловились на его крючок, а он их имел и в итоге обманывал.
Потом, после долгой, утомительной, сладострастной ночи, он мгновенно забывал о своих обещаниях, дарил прелестнице недорогие духи или косметику и отправлял восвояси. Охранники отвозили очередную пылкую любовницу домой, и на этом знакомство заканчивалось. Но случалось, что девица по ходу дела удовлетворяла похотливые желания еще и его телохранителей Кости и Вадика.
У Тарасова была жена-красавица и десятилетний сын, поэтому он, отправляясь на любовные приключения, говорил Марине о своих неотложных делах. И она верила. Ох, какими же наивными порой бывают эти милые создания – женщины.
После утреннего моциона Тарасов вернулся в дом, прошел в гостиную, сел за большой красного дерева резной стол и попросил личную официантку принести завтрак. Сынишка Андрейка и жена Марина еще спали, поэтому он сидел в огромной стопятидесятиметровой гостиной в полном одиночестве. Телохранителей он отправил завтракать на кухню, так как любил, чтобы во время трапезы его никто не беспокоил.
Молоденькая смазливая официантка Маша прикатила столик с яствами и поставила перед боссом. Тарасов посмотрел на многочисленные блюда русской кухни и задумался – чем же на этот раз он хочет усладить свой непомерный аппетит. Вдруг раздался тревожный телефонный звонок, и банкир недовольно посмотрел на антикварный аппарат, стоящий на красивом, ручной работы журнальном столике.
Надо сказать, что в доме Тарасова вся мебель была выполнена из красного дерева, по индивидуальному заказу и за огромные деньги. Он любил жить в роскоши, хотя, по большому счету, относился ко всем этим атрибутам спокойно. Только деньги и власть по-настоящему его заводили, не давали спать ночами и толкали порой на ужасные поступки.
– Я понимаю, Машенька, это не твои обязанности, – ласково начал Тарасов, – но, пожалуйста, подай мне трубку.
Босс всегда говорил вежливо, рассудительно, порой ласково, с подобострастием, но все его окружение знало, что это лишь игра и ослушаться нельзя. Его просьбы были приказом для каждого.
Маша кивнула, подошла к телефону, сняла беспроводную трубку и подала хозяину.
– Спасибо, дорогая, – улыбнулся тот, правой рукой взял телефон, а левой залез Маше под коротенькую юбку и начал нежно гладить ее ягодицы. К такому обращению Маша привыкла и не сопротивлялась, стояла и ждала, когда босс ее отпустит.
– Алле, – негромко произнес Тарасов. Он всегда говорил негромко, чтобы подчиненные вслушивались в его речь, ловили каждое его слово. Если хочешь быть услышанным, не обязательно кричать…
– Доброе утро, Виктор Александрович, – выпалил его секретарь Петр Михайлович Сорокин. – Виктор Александрович, поступило сообщение, что сегодня утром газета «Сегодня» напечатает статью о вас. В ней имеется убойный материал, компрометирующий вас как бизнесмена и кандидата в депутаты. Вчера днем им в редакцию кто-то прислал диск с документами о ваших махинациях с недвижимостью, грязная липа, и о якобы сфабрикованных вами делах на ваших оппонентов по предвыборной кампании в Думу. Редактор «Сегодня», рваный козел, состряпал статью на их основе.