Страница 140 из 141
Хоть в этом я не ошибся. Реакцией на появление на свет толстых томов, которые неведомо где раздобыла Лили Поттер (о чем свидетельствовал ее личный экслибрис) — ожидаемо был восторженный визг и крепкие объятия. Хоть в чем-то я сегодня не смутил, но порадовал столь дорогую мне девочку. Мотсогнир осуждающе покачал головой, но промолчал.
Следующей точкой маршрута был мой личный сейф где я взял еще две сотни галеонов, и пару заготовок, выполненных мастерами свартальвов.
Осматривая практически пустое (в особенности — по сравнению с родовым сейфом Поттеров) хранилище, Миа задала вопрос Мотсогниру:
— А разве Гринготтс не обязан информировать опекуна… — она запнулась, но все-таки решила использовать мое «официальное» имя, — … гарри о том, что у него появился еще один сейф?
-Вообще говоря, — улыбнулся свартальв, не показывая зубов, — мы действиетльно обязаны извещать опекуна несовершеннолетнего волшебника о столь серьезных изменениях в его финансовом положении. И если бы наследник Поттер, скажем, раздобыл Философский камень, и начал поставлять нам золото… то, несмотря даже на убыточность данной операции… — гоблин посмотрел на Миа, убеждаясь, что такие подробности о символе алхимии ей известны, — мы вынуждены были бы известить личного опекуна наследника и регента рода. — Я кивнул, показывая, что понял намек. — Но поскольку ссориться с единственным поставщиком необходимых Свартальвхейму ресурсов — было бы не выгодно и просто глупо, то Совет директоров Гринготтса принял решение руководствоваться скорее духом договора, которых заключил с банком род Поттеров, чем буквой, и не извещать опекуна наследника.
Глава 150. Я - дома.
Тележка щелкнула и остановилась. Мы вылезли и Мотсогнир обратился ко мне.
— Молодой Мастер. Надеюсь, наше сотрудничество продлиться и этим летом?
— Разумеется. — Согласился я. — Я думаю, что возможности «почистить» близлежащие окрестности у меня будут. — В этот момент я порадовался, что уже рассказал Миа об источнике «левых» доходов.
— Хорошо. — Радостно кивнул альв. — Тогда следующий вопрос: Дамблдор заказал для Вас и семьи юной леди ДВА порт-ключа. В каком порядке следует информировать заинтересованных лиц об этом… нетипичном факте?
— Пусть золото рекой льется в ваши сейфы. — Усмехнулся я в ответ.
— Гарри… — Миа продолжала именовать меня именно так. — … но ведь это просто приветствие?
— Молодой Мастер — отвечать взялся Мотсогнир, — имел в виду, что желающим заполучить эту информацию — придется как следует раскошелиться.
— Но ведь сам смысл двух порт-ключей в том, чтобы об этом узнали? — Удивилась Миа.
— Ну да. — Согласился я. — Но если совать эту информацию всем под нос — ей могут и не поверить. Будут думать, проверять, и кто знает, до чего додумаются? Нет уж. Пусть побегают, нажмут на рычаги (а мы поглядим — на какие именно), раздадут взятки (которые осядут в сейфах Гринготтса), и уже тогда — получат, осознают, и проникнутся.
— Угу… — Миа хихикнула, представив себе весь процесс… — Господин Мотсогнир, у Вас есть еще какие-нибудь вопросы к Гарри?
— Нет, госпожа. — Свартальв учтиво улыбнулся, разумеется — без клыков. — Если у вас нет вопросов ко мне, то Гринготтс и Свартальвхейм уже выяснили все неясные места во взаимоотношениях с молодым Мастером.
Тяжелые звуконепроницаемые двери сами собой открылись, и мы прошли туда, где родители Миа как раз заканчивали оформлять бумаги, связанные с получением ее стипендии. Оставалось совсем немного — перевести часть полученного золота в фунты и задействовать подготовленные Дамблдором порт-ключи.
Порадовал тот факт, что провесить портал даже сквозь не до конца развернутую защиту, у Дамблдора по-прежнему не получилось, и мы возникли перед калиткой, но снаружи.
— Гарри, Гермиона, проходите. — Пригласила нас Эмма. Но я как вкопанный остановился перед калиткой. — Гарри?
— Простите меня, пожалуйста. — Сказал я родителям Миа.
— За что? — Удивился Дэн.
— Получается, что я навязался вам…
— Ладно тебе, Гарри… — Эмма обняла меня и встрепала мои волосы. Вот если сказать кому-то, кто знал кондотьера Мантикору (естественно — кроме моих лейтенантов), Учителя псайкеров, Руку Несущего беду, что я способен искренне расплакаться от такой немудреной ласки… Интересно, они сразу бы сдали рассказывающего в специализированное лечебное заведение? Или сначала попытались бы выяснить: что такое он пил или курил накануне, чтобы получить столь сногсшибательный эффект? — Ты же спас нам дочь. И нам ты как сын…
— Не-не-не… — Отскочил я. — В качестве сестренки Гермиона меня не устраивает. Хотя я и надеюсь когда-0нибудь назвать вас «папой» и «мамой», но совсем по другому поводу.
— А не рано ли ты начал задумываться о таких вещах? — Широко улыбнулся Дэн, в то время как Миа подскочила ко мне, и спрятала ярко-красное лицо у меня на груди. Но ее эмптический фон свидетельствовал, что моя выходка скорее понравилась девочке.
— Если не задумываться об этом рано, — ответил я, прижимая Миа к себе, — то потом может оказаться поздно. И так надо будет на факультативе у Флитвика попросить профессора помочь мне составить заклятье (желательно — невербальное и беспалочковое) призыва или материализации длинной и прочной палки.
— Зачем такое? — Удивилась Эмма, а Дэн чуть не покатился со смеху.
— Поклонников от вашей дочери отгонять. — Спокойно ответил я. — Она же умница, спортсменка, и просто красавица.
— А «комсомолку» почему пропустил? — Поинтересовался Дэн, демонстрируя эрудицию, намного более широкую, чем свойственна среднему англичанину.
— Не был уверен, как Вы на это отреагируете. — «Смутился» я.
— Да ладно тебе. — Улыбнулся Дэн. — Но что это мы на пороге встали? Проходи, «жених».
— Гарри, — обратилась ко мне Эмма, — я же уже говорила тебе в прошлом году: наш дом — твой дом. Здесь ты всегда найдешь помощь и поддержку.
Я шагнул за калитку. Защитные заклятья «принюхались» ко мне, проверяя, не задумал ли я чего плохого в отношении хозяев дома. Я поднял руку, принимая ключи защиты, обновляя и усиливая ее. Среди белого камня садовой дорожки взблеснули осколки полированного обсидиана, а трава газона взблеснула острой, хищной сталью. Мой домен медленно проникал в реальность, превращая дом родителей моей девушки в настоящую крепость.
Не выпуская плечи девушки, я сделал еще шаг. Перед нами материализовалась Илька.
— Молодые господа вернулись. Илька приготовила обед. Соблаговолите пройти?
— Илька, — всплеснула руками Эмма, — я же сказала: дождись меня, и мы вместе все приготовим.
— Илька — хороший эльф. — Насупилась домовушка. — Илька знает, как положено встречать вернувшихся хозяев.
— Не обижайся, — Миа шагнула вперед, причем отпустил ее я очень неохотно, — ты — хорошая служанка, и я тобой довольна.
— Госпожа… — Не зеленоватой мордочке домовушке румянец смотрелся донельзя странно.
— Это правда, Илька. — Вмешалась Эмма. — Мы все тобой довольны. Просто я не хотела тебя утруждать…
— Илька — хороший домовой эльф… — Снова насупилась домовушка.
— Мама! Не надо! — Миа повернулась к Эмме. — Ты сейчас усомнилась в способности Ильки выполнять работу по дому. Для домовика это серьезное оскорбление. А для нее… Она — Дитя Хогвартса. Думаю, многие домовики, кичась своей силой, упрекали и обижали ее этим. Пожалуйста, мама, никогда так не говори, ладно? Не надо обижать Ильку.
Все-таки за год общения с домовушкой Аналитик разобралась в побуждениях, движущих этими существами.
— Ладно-ладно… — Эмма расстроилась тем, что оказывается, она не раз обижала маленькое существо, что старательно убиралось, готовило, и всячески старалось облегчить ее жизнь. — Я просто не знала… Если я тебя чем-то обижаю — просто скажи мне об этом, ладно? — Обратилась она к Ильке.
— Но… как я могу указывать господам? — Удивилась домовушка.
— Можешь. — Твердо ответила Эмма. — Мы все-таки люди, и можем ошибаться. Поправив меня там, где я ошибаюсь, ты послужишь мне гораздо лучше, чем промолчав, и не указав мне на ошибку.