Страница 32 из 66
— Не хнычь. Будь мужиком! Женьку мы найдём. Прямо сейчас! — прошепелявил он, с трудом разлепив губы.
— Как? Где?
— Привяжи меня за пояс верёвкой, и понемногу отпускай, когда скажу. Александр натянул на голову капюшон, подставил ветру спину.
«Женьку не могло унести далеко». — думал он, осторожно ступая на снег. — Двадцать метров, тридцать. Максимум — пятьдесят. Как же ему дать о себе знать? Покричать? Вьюга ревёт так, что я сам своего голоса не слышу. Свет тоже этот снег не пробьёт. Хотя…. Смотря какой свет!
Он достал из кобуры бластер, выстрелил из него по ветру, параллельно поверхности. Потом — ещё. И ещё….
Где-то после двадцатого выстрела ему почудилось, что справа от него что-то сверкнуло. Землянин направил ствол лучемёта в эту сторону, нажал на спуск.
Навстречу, едва не задев его плечо, метнулся такой же сгусток тепла и света.
— Женька, это — я! — что было мочи закричал он, делая несколько шагов в сторону, откуда прилетел заряд.
— Чё орёшь? — неожиданно раздался спокойный голос Тимофеева… из-под ног. Чуть мне все руки не оттоптал! Женька встал, ухватился за пояс товарища.
— Всё, Юрик, мы вместе! — сообщил он по рации. — Можешь тянуть нас к себе!
Альпинисты уже очнулись. Женщина недоумённо перевода взгляд с одного курсанта на другого, что-то произнесла на непонятом языке.
— Нихт ферштейн! — прошлёпал толстыми губами Заречнев, для наглядности помахав руками, разведёнными в стороны.
— Это ты нихт ферштейн! — неожиданно отозвался Паршин, занятый управлением челнока. — Это один из языков Города Богов. Родной язык нашего командира, между прочим. Так что, если что, поосторожнее с ними. Не ровен час, окажутся какими-нибудь её знакомыми, или — родственниками. Доставим на корабль, пусть Дита сама с ними разбирается.
— Что с тобой? — спросила Дита у Сашки, быстро глянув, заметив перемены в лице молодого рекрута.
— Так! — ответил Заречнев, пряча глаза. — Шёл, упал, очнулся — гипс. Закрытый перелом.
— Какой перелом? Какой гипс? — не поняла бессмертная. — Что ты мне голову морочишь? Немедленно в медицинский пункт, на диагностику. Тоже мне, герой выискался!
— Кто вы? — спросила альпинистов она уже на элойском, предупреждённая Демьяном о том, с какими гостями они возвращаются на корабль.
— Мы — молодожёны! — ответила девушка. — Меня зовут Тоя, мужа — Лам. Это — наше свадебное путешествие.
— Расскажите, что произошло.
— Мы возвращались домой, в Город Богов с плато водопадов на планете Карус. Но потом, как-то спонтанно, решили совершить восхождение на Фаллос Дьявола….
— На что-о? — не поняла элойка.
— Ну, это пик такой горный. На краю горной гряды, проходящей мимо долины, где мы приземлились.
— А-а! Теперь понятно. Продолжайте!
— Шатл в автоматическом режиме вернулся на нашу яхту, мы поставили две палатки. Решили, что завтра, перед рассветом, выходим. Неожиданно — вспышка!
— Где?
— В небе, над нами. Примерно там, где должна была находиться наша яхта.
— А кстати, что за яхта?
— Обычная яхта для космических путешествий. Класса «Премиум». Точь-в-точь, как ваша. Я сначала даже подумала, что мы возвращаемся на свой корабль. Но когда попала внутрь, поняла, что ошиблась. У вас внутри здесь всё по-другому.
Так вот, когда мы увидели вспышку, решили, что на корабле — какая-то авария, или об него ударился шальной метеорит. Лам вышел на связь с компьютером яхты. В ответ — тишина. Тогда мы включили аварийный передатчик, передали сигнал бедствия.
— Что было потом?
— Потом откуда-то сверху на нас полетела ракета. Не знаю, кто её пустил, и почему она летела именно в нас. Муж успел побросать всё в палатку и направить её в расщелину.
Нам повезло, что взрывная волна прошла выше. Сверху обрушился снег, он завалил наше убежище полностью.
Мы слышали, какие-то существа довольно долго потом искали нас, но не нашли, к счастью. А потом пришли ваши. Они всё время разговаривали на незнакомом языке.
Мы думали, что это — те же, что стрелял в нас ракетой. Сидели очень тихо. А потом в палатке стал заканчиваться воздух.
Наверх выйти мы боялись. Решили так — лучше уж тихая смерть в снегах Айсхауса, чем болота Смагга. А кто нас нашёл?
— Вот, он! — кивнула Дита в сторону самого губастого курсанта.
— Бедненький! — пожалела его бессмертная новобрачная. — Где он так неловко упал?
— Да есть тут одно место! — ответила Дита, мельком глянув на Самочернова, ковырявшего сбитый казанок. Верзила перехватил взгляд командира, виновато потупил глаза.
«Потом разберусь!» — решила бессмертная. — «А пока нужно придумать, куда устроить наших молодожёнов».
Первой мыслью было — наказать Юрия за несдержанность. Но когда первая волна негодования прошла, а Дита успокоилась, ей стало даже немного весело.
«Ничего, это даже полезно»! — думала она, вспомнив разбитые губы курсанта. — «Может, это слегка умерит его гордыню, да и на меня пялиться меньше будет. А то совсем уже не стесняется никого и ничего. Следит за мной всё время, как самонаводящаяся пушка от танка. И кто сказал, что каюту должен освободить Самочернов и Тимофеев? Они — курсанты не первого года обучения, «Деды», так сказать, по неофициальной «классификации» русской армии. А вот Заречнев и Аррах — самые настоящие «духи». Пусть знают своё место! Да им и не привыкать спать, где попало».
Она вызвала бывших гладиаторов и огласила принятое ей решение — в течение получаса освободить каюту. В ней теперь будут проживать спасённые новобрачные.
— А нам куда? — облизав сукровицу с разбитых губ, спросил Сашка.
— Вам? Да хоть в спортивный зал, что ли. Там тепло, сухо. Аррах может натянуть свой любимый гамак. Всё! Выполняйте приказ! — она отвернулась к мониторы, показывая, что очень занята и больше ни на какие вопросы отвечать не намерена.
Бывшие гладиаторы недоумевающе переглянулись, поплелись в теперь уже не свою каюту.
— Ох, не зря у меня бабушка Наталья говорила: «Пришла беда — отворяй ворота»? — пробурчал Сашка.
— О чём это ты? — не понял Ар'рахх.
— Да так, к слову пришлось. У нас, на Земле считают, что одна неприятность не бывает, если уж они случаются, то — скопом, происходят по нескольку штук подряд. А у вас не так?
— Да, что-то такое бывает — тоже. Даже ритуал есть, чтобы прогнать неприятности, которые могут прийти вслед за той, которая случилась первой.
— А что за ритуал, расскажи!
— Обычный ритуал, ничего особенного. Костёр. Танцы….
— А давай его проведём! Вдруг — поможет?
— А что? Давай! — неожиданно легко согласился зелёный верзила. — Чтобы провести ритуал изгнания злых духов, нужно вот что….
Дымом в коридорах воняло так, что всех курсантов, «навигаторов» и спасённых гостей из проходов судна словно корова языком слизнула. Все предусмотрительно расползлись по своим каютам, ожидая развязки и подозревая, что когда Дита учует дым, то под горячую руку командира лучше не попадаться — последняя выходка бывших гладиаторов зачёркивала если не все их предыдущие заслуги, то — большую часть из них.
Ждать пришлось довольно долго — минут двадцать. Бессмертная вновь погрузилась в виртуальность искусственного разума корабля, вникая и анализируя информацию, полученную Стантом. Её интерес удвоился или даже утроился после сбивчивого рассказа молодожёнов.
У элойки возникли обоснованные подозрения, что яхту альпинистов уничтожил тот самый крейсер, который напал на них несколько дней назад.
Внешнее сходство, место и время контакта двух кораблей могли натолкнуть аресян на мысль, что яхта класса «Премиум» — именно тот корабль, который они безуспешно пытались уничтожить в нескольких миллиардах километров отсюда. Но, вероятно, всё же какие-то сомнения оставались, если преследователи высадили на планету мобильную группу, для поиска доказательств, подтверждающих их догадки. Доказательств, к счастью, они не нашли.
Но сколько времени аресяне будут пребывать в неведении п поводу того, что они уничтожили по ошибке другой корабль, сказать было сложно. По большому счёту, крейсер мог «хакнуть» судно из профилактических целей, так сказать, «на всякий случай». А это означало, что от дальнейших поисков исчезнувшей в «облаке спрута» яхты они не откажутся до тех пор, пока её не найдут и не уничтожат.