Страница 29 из 50
— Не смеши меня, Лютик. Ничего особенного я не сделал.
В гараже их встречает молодой мужчина, судя по всему, ровесник Люси. Именуется он Славиком и, в отличие от уважительного, но сохраняющее чувство собственного достоинства Леонида, демонстративно любезен и подобострастен. Людмиле даже неприятно это наблюдать, а Гриша внимания не обращает — видимо, давно к такому привык.
— Ну что, Славик, готово?
— Конечно, Григорий Сергеевич, обязательно! Все приготовил — и машину, и документы, как вы велели! — Славик всем своим видом излучает служебное рвение. — Suzuki SX, красненький? Тот, что летом пришел?
— Да, все правильно. Выкатывай. Люся, дай права и паспорт — документы полностью оформим.
— Только это, — Славик вдруг странно мнется, — на ней же… ну… вы помните?..
— Помню, — резко. — Выгоняй машину.
— Слушаюсь, Григорий Сергеевич!
— Ну, как тебе?
— Здорово! — она совершенно искренна. — Все удобно и легко.
— Хорошо, — он возится в пассажирском кресле, устраиваясь поудобнее. — Габаритами она примерно как твоя… Маня. Привод тоже полный, клиренс хороший, только что японская и коробка-автомат. Думаю, тебе будет и правда удобно.
— Угу, — она совершенно неосознанно гладит руль. Это машина ей не принадлежит, но как приятно сознавать, что Красотка (Люся именно так сразу окрестила машину — Красотка) будет в ее распоряжении хотя бы неделю.
— Ну, давай, прокати меня по двору, попривыкни. Да и по домам поедем. Поздно уже. Документы на машину, — открывает бардачок, — тут.
— Спасибо, Гриш, — с чувством, от души.
— Да было бы за что, — пожимает он плечами. Но ему приятно, она это видит.
Он и так не выходил у нее из головы. А теперь же и вовсе не дает о себе забыть — каждый день напоминая покладистым характером, удобством в управлении и прочими замечательными качествами переданной ей во временное пользование Красотки. Машина настолько хороша, что Люся даже чувствует себя предательницей по отношению к Мальвине. Та ей столько лет верой и правдой служила, но Красотка покорила Люсино сердце. Это покажется кому-то смешным, но тот, кто так сильно зависит от надежности железного друга, — тот поймет. Ей никогда не делали таких подарков. И пусть даже ей дали такую чудесную игрушку на время — все равно, ужасно приятно. И, потом, Маня после сервиса, наверное, будет гораздо лучше себя вести.
Маме и бабушке пришлось долго объяснять, откуда у нее новая машина. Непростая эта оказалась задача даже при ее опыте обхождения острых углов и неудобных вопросов.
— Гриша, ты же мне обещал!
— Что обещал? — хмуро.
— Что эта машина — для Алины!
— Я обещал, что буду ей давать машину, если она будет свободна, — старается говорить ровно, но раздражение, которое давно копилось, так и рвется наружу. — Сейчас она занята.
— Кем это занята?
— Достаточно того, что я сказал, что она занята!
Теперь уже Лариса пытается взять себя в руки. День за днем она чувствует, как любовник отдаляется. Как все чаще она видит перед собой неуступчивого начальника, а не мужчину, с которым была близка. На которого она возлагала столько надежд на семейное счастье.
— Гриша, но ведь девочке надо тренироваться ездить!
— Давай, дам ей что-то другое.
— Я знаю, что ты дашь! Рухлядь какую-нибудь!
— Девка права получила два месяца назад! Прикажешь ей Лексус выдать?!
— Девка?! Гриша, ты говоришь о моей дочери!
— Извини, — он все-таки сорвался, и это никуда не годится. — Извини, Лариса. Просто она за эти два месяца уже два раза умудрилась попасть в ДТП!
— Да разве это ДТП, так, ерунда, тычки!
— И слава Богу, что тычки. Но машину-то после них приводить в порядок надо!
Лариса вздыхает. Нет, отрицать очевидное бесполезно. Он совсем отдалился от нее. И она это терпеть не намерена! Не для этого столько лет ждала!
— Гриш, что происходит? Мы тебе совсем чужие стали? Тебе на нас что, наплевать?!
Теперь он тяжело вздыхает.
— Лариса, дверь закрой на защелку. Чтобы не помешал никто. Поговорить… надо.
День рождения Людмила отмечает этапами. Сначала дома, с бабушкой и мамой. Бутылка вина, праздничный пирог с брусникой. Бабуля вручает ей дивной красоты бело-голубую ажурную шаль, связанную собственноручно. Мама дарит Люсины любимые духи. И то, и другое не является сюрпризом, но все равно ужасно приятно.
А вечером она встречается с Викой и Ритой в кафе. Вика дарит подарок полезный — хороший немецкий маникюрный набор. А вот Рита удивляет.
Содержимое красивой, затянутой алой бумагой коробки Люся сначала доверчиво вытащила на всеобщее обозрение. Чтобы потом торопливо запихнуть обратно.
— Не понравилась? — смеется Рита, отпивая нечто малинового цвета и коктейльного вида через соломинку.
— Ну почему? — Люся смущена. — Просто… я дома посмотрю, хорошо, Ритуль?
— Посмотри, — кивает Рита. — И примерь обязательно. Надеюсь, я не ошиблась с размером.
— А что там? — любопытствует Вика, отрываясь от салата.
— Там комплект развратнейшего дамского белья для нашей красотки.
— Рита! — Люся поперхнулась своим напитком.
— О? — Вика смотрит заинтересовано. — Я чего-то не знаю? Люсьена, у тебя появился повод надеть такое белье?
— Такое белье — само по себе повод, — улыбается Маргарита. — Чтобы его носить. А там… На ловца и зверь бежит.
— Девочки! — торопливо меняет Люся тему разговора. — А давайте за вас выпьем. За то, что вы у меня есть, такие замечательные!
Она долго не могла решиться примерить. Заперлась в ванной и сначала просто рассматривала. Она такого никогда не то, что не носила — в руках не держала. Все ее бельишко — скромное, практичное. Думала, что на ее размер ничего такого и не бывает в принципе.
Черные плотные скромные фрагменты — низ чашечек бюстгальтера, середина у трусиков. Но верх у лифчика и боковые части у трусов — бесстыже прозрачные, просто насквозь! И вытканные розовые цветы ситуацию не спасают, как Люсе кажется. Видела бы это бабуля… Люся так и представляет, как та крестится и бормочет: «Срамота-то какая!».
Но ведь она — не бабушка! И Людмила решительно раздевается, отвернувшись от зеркала.
А потом… потом она долго не находит сил повернуться. А потом — потом просто не верит своим глазам.
Когда надевала белье, было ощущение, что удобно, что с размером Рита угадала. Но Люся даже не ожидала, что будет так… Да она ли это?!
В зеркале отражается… нет, ну не она это! Куда делся живот? И почему так эффектно выглядят ее далеко не самые стройные бедра? А грудь? В этом бюстгальтере она выглядит, как пара лакомых… Как на каких-нибудь фотографиях с рекламой женского белья из глянцевых журналах! Люся просто не может от себя глаз отвести. Красивая одежда — это одно. А вот такое белье — совсем другое! И она даже не представляла себе, что может выглядеть настолько… настолько привлекательной в собственных, очень придирчивых глазах!
Белье снимать не хочется, оно кажется ей волшебным. В этом году Люсе дарят какие-то совершенно удивительные подарки.
В гости она оделась довольно скромно. Черные брюки, темно-розовая атласная рубашка свободного покроя. Потому что под всем этим было ОНО! И пусть этого не видно никому снаружи, она-то его чувствовала. Гладкий шелк и мягкое кружево. Этого ей самой более чем достаточно.
Дверь ей открыл Григорий. Это уже привычно. И на нем привычный дресс-код для домашних праздников — джинсы и рубашка, сегодня темно-синяя в черную полоску.
— Привет, — она шагает через порог.
— Привет, — улыбается он. А потом, нерешительно качнувшись, наклоняется и все-таки прикасается к ее щеке твердыми губами. И теплым выдохом на ухо: — С днем рождения, Лютик.