Анжелика Монсорье

   Дождь перестал лить, на улице окончательно стемнело, а я все продолжала реветь.

   Неожиданно меня окликнули:

   - Девочка, чего плачешь?

   Я подняла заплаканные глаза на спрашивающего. Высокий мужчина. Его длинные темные волосы скрывали лицо. Даже сейчас я не скажу какое оно было.

   Не знаю почему, но я не испугалась его. Он осторожно узнал причину моего рева, безоговорочно поверив, что я дочь герцога Монсорье. Я помню, как незнакомец стирал мое платье на кухне замка, из которой, в спешке побросав все свои дела, исчезли все кухарки и повара. Тогда мне не показалось это странным, а сейчас мне даже очень интересно, кто же этот парень. Мне кажется, что это был наследный принц Дарлимеи, Маршен, но полной уверенности у меня нет.

   Когда мне велели снять грязное платье, я, не раз слышавшая разговоры прислуги, спросила:

   - Теперь, вы на мне женитесь?

   От неожиданности мой спаситель уронил мягкое полотенце, которое протягивал мне.

   - А разве должен? - удивился он.

   - Ну как же, вы видели меня голой! - прикрываясь ручками, ответила я, - Я слышала, что если мужчина видел девушку голой, то он обязан на ней жениться.

   Его смех, громкий, звонкий, заставил меня покраснеть.

   - Слышала разговор, да не к месту пришила, - отсмеявшись, ответил он.

   Я обиженно надула губки.

   - Вот когда станешь девушкой, тогда и поговорим, - щелкнув меня по носу, заявил он.

   Быстро в тазу ополоснул платье, взмахом руки его высушил.

   Я от восхищения даже захлопала в ладоши.

   - Вы тоже стихийник? Как мой папа, - радостно сказала я, - я бы тоже хотела стать магом...

   - А разве у тебя нет дара? - удивленно спросил он.

   Я покачала головой.

   Незнакомец приблизился ко мне, наклонился подлечить мои разбитые коленки.

   - Сколько вам лет, леди? - ласково спросил он.

   - Шесть, - вздохнула я, прекрасно зная к чему он клонит. Магический дар проявлялся в четыре года, если, конечно, у ребенка был потенциал. Я не раз слышала за спиной шепот и шпильки в сторону моих родителей: мол, мать наследника родить не смогла, только и хватило сил на ущербную девочку. А отец такой ничтожный маг, что не может в родной дочери дар пробудить.

   - Всего-то? - улыбнулся незнакомец, - появится еще, не сомневайся.

   - Зато меня животные любят, и травка, и птички,- заявила я.

   - Ты Говорящая? - пристально вглядываясь в меня, удивленно спросил незнакомец.

   - Кто это?

   Он только хмыкнул:

   - Тогда это все меняет, годам к восьми, милая, проявится твой дар.

   Я нахмурилась и спросила еще раз:

   - Кто такая Говорящая?

   - А ты, вместо того чтобы сбегать из дома и мечтать о балах, лучше бы читала книжки, - отмахнулся он.

   Я насупилась, но больше он ничего не сказал.

   Незнакомец помог мне надеть платье, которое волшебным образом было не только чистым и сухим, но и без единой дырки, как будто его только сейчас сшили. Затем он вывел меня из кухни и посадил в карету, которая довезла меня до особняка тети, где я после порции тетушкиных слез и объятий получила нагоняй.

   Он оказался прав, мой магический дар пробудился в восемь лет. К радости отца я тоже стихийник. Моя стихия - вода, и я не была этим удивлена. Разогрев мое любопытство, незнакомец подсказал мне отличных помощников - книги. Там я нашла ответ на свой вопрос.

   'Говорящие' - это люди, обладающие даром общения с флорой и фауной. В их силах управлять всем животным и растительным миром. Все 'говорящие' обязательно владеют стихией воды.

   Позже я узнала, что наш заповедник создали пять легендарных 'говорящих'. Они же и основали Школу Стихийников, а так же были ее первыми преподавателями.

   Именно благодаря незнакомцу я полюбила книги. И я безумно рада, что повстречала его на своем пути. Но даже сейчас, вспоминая ситуацию с платьем, я становлюсь цвета моркови.

   - Малыш-шка, - выдохнула Фрида.

   Я так ушла в воспоминанья, что даже не заметила, как дошла до ее пещеры.

   Детки драконицы спали, свернувшись клубочками у бока матери. У дракончиков пока не было твердой чешуи, да и просто чешуи как таковой еще не было, она появится позже. Сейчас у них красно-коричневая упругая кожа, и, вот парадокс, огнем они плюются, но и сами могут получить ожог. Пока их тельца не покроет чешуя, они нуждаются в пристальном внимании, так как могут навредить самим себе.

   Маленькие непоседы, судя по всему, не давали и минуты покоя матери, так как настолько замученной Фриду я видела впервые. Несмотря на усталость, драконица была в хорошем настроении, а мой приход ее явно обрадовал. Чешуя на ее теле заблестела, цвет плавно переходил из темного серого (я бы сказала грязного) в серебристый металлик. Хвост Фриды обвивал ее тело так, что кончик был у самой морды.

   Я тихо, стараясь не создавать лишнего шума, опустилась рядом с ней. Сайрекс в пещеру не пошел, пегасы не любят замкнутые пространства.

   - Ты грустишь,- не спрашивая, а утверждая, заметила Фрида, она всегда чувствовала мое настроение.

   - Я попрощаться, меня выбрали кандидаткой в невесты Высшему правителю.

   Драконица на несколько мгновений прикрыла глаза, потом медленно открыла их.

   Честное слово, на миг мне показалось, что там плясали лукавые огоньки. Будто подруга знает намного больше, чем говорит.

   - Ты будешь замечательной женой.

   Я удивленно посмотрела на нее.

   - Я не собираюсь замуж, и, надеюсь, не пройду этот их дурацкий отбор.

   - З-зря, вы подходите друг другу.

   - Фрида... Я боюсь, - тихо прошептала.

   Все же признаваться в собственной слабости тяжело.

   - Отбора?

   - Не только. Правитель, он же старше меня, даже знать не хочу насколько. И он никогда не был женат, хотя любовниц у него много.

   - Любовниц? - драконица закатила глаза, - Он понравится тебе. Алисдэйр хороший, но одинокий.

   - Ты знакома с ним? - уставилась я на драконицу. Она никогда мне об этом не говорила!

   Фрида сузила глаза, в ее зрачках плясало пламя. Вдруг ее хвост пришел в движение, кончиком она погладила меня по щеке.

   - Не бойся, ты справишься. Возьми, - я еле успела подставить ладони, на которые упал неожиданный подарок.

   Я в растерянности рассматривала дар. Тоненькая золотая цепочка с прозрачным камешком в форме слезы.

   - Что это?

   - Защ-щ-щита. Надень и не снимай. Ни один дракон не тронет тебя.

   - Спасибо, - я бросилась к ней на шею, обняла мудрую подругу.

   Но как бы я не старалась держаться, слезы все равно лились по щекам.

   - Тш-ш-ш, - гладя меня хвостом по спине, успокаивала она.

   - Я вернусь, я должна, - вытирая слезы, слегка дрожащим голосом, пообещала скорее самой себе.

   Неизвестность пугала: смутно, но я чувствовала, что многое изменится, а в первую очередь изменюсь я сама.

   - Вернешься, - ласково подтвердила Фрида.

   - Мне пора.

   Драконица кивнула, положила морду на лапы, прикрыла глаза, а я отправилась на выход.

   Сайрекс ждал меня, его красивые крылья были расправлены, он приглашал меня покататься и полетать.

   Пегас часто катал меня, и сейчас это был его прощальный подарок.

   Я осторожно забралась на его спину, обхватила шею пегаса руками, прижалась всем телом к нему.

   Сайрекс шел, все ускоряя темп, и в какой-то момент все деревья слились в одну полосу, скорость была потрясающей. Взмах крыльев, и мы взлетели, я еле удержала крик, который был готов сорваться с губ, крик восторга, не страха. Мы набирали высоту.

   Когда он перестал дурачиться, то резко набирая высоту, то так же резко опускаясь к верхушкам деревьев, и медленно полетел над Заповедным лесом, я отпустила его шею, раскинув руки в стороны. Как же это здорово! Жаль, что у меня нет крыльев, небо дарит ни с чем несравнимое ощущение свободы.

   Уже снижаясь на поляну у ворот школы, я почувствовала, что кто-то мысленно пытается связаться со мной. Сползая со спины пегаса, настроила контакт. Это оказался Макс.