Страница 65 из 162
- Господин губернатор, - промолвил капитан умоляющим тоном, - вы нас спасли, и у нас не хватает слов, чтобы выразить вам нашу благодарность. Но все же мы просим вас облегчить также и наше возвращение на родину.
- А каким образом?… - спросил Сайрес Бикерстаф.
- В Гонолулу говорили, что Стандарт-Айленд направляется в южные широты и должен побывать на Маркизских островах, Помоту, на островах Общества, а затем перекочевать в западные области Тихого океана…
- Это правда, - ответил губернатор, - и весьма возможно, что мы дойдем до островов Фиджи, прежде чем отправимся обратно в бухту Магдалены.
- Фиджи, - продолжал капитан, - английский архипелаг, откуда мы легко добрались бы до Новых Гебрид, они неподалеку. Если бы вы только разрешили нам остаться здесь…
- На этот счет я ничего не могу вам обещать, - ответил губернатор. - Нам запрещено принимать на остров посторонних. Подождем до прибытия на Нукухиву. Я запрошу каблограммой наше управление в бухте Магдалены, и, если оно разрешит, мы довезем вас до Фиджи, откуда вам действительно будет легче перебраться на Новые Гебриды.
По этой-то причине малайцы оказались на Стандарт-Айленде, когда 29 августа он появился в виду Маркизских островов.
Этот архипелаг, так же как и архипелаги Помоту и Общества, находится в той части Океании, которая овевается пассатными ветрами, и эти ветры обеспечивают здесь умеренную температуру и самый здоровый климат.
Рано утром пловучий остров подошел к северо-западной части архипелага. Здесь на пути ему попался песчаный атолл, обозначенный на картах как коралловый островок; волны, гонимые течением, обрушиваются на него с неистовой яростью.
Атолл остается с левого борта, и в скором времени вахтенные сообщают о появлении первого острова, Фетуу, опоясанного вертикальными утесами высотою в четыреста метров. Затем возникает остров Хиау, с еще более высокой, шестисотметровой скалистой стеной: с этой стороны он производит впечатление совершенно бесплодного острова, в то время как с противоположной он свеж, зелен и имеет две бухточки, достаточно удобные для мелких судов.
Предоставив Себастьену Цорну пребывать в своем вечном дурном настроении, Фрасколен, Ивернес и Пэншина расположились на башне в обществе Этеля Симкоо и его помощников. Не приходится удивляться тому, что название Хиау своим звукоподражательным характером внушает «Его высочеству» разные странные идеи.
- Наверное, - говорит он, - это кошачья колония под главенством здоровенного кота…
Хиау остается с левого борта. Стоянки здесь не будет, и Стандарт-Айленд направляется к главному острову, давшему название всему архипелагу.
На следующий день, 30 августа, наши парижане снова на своем посту. Высоты Нукухивы показались еще вчера вечером. В ясную погоду горные цепи этого архипелага можно видеть на расстоянии восемнадцати- двадцати миль, ибо некоторые пики достигают тысячи двухсот метров и вырисовываются вдоль острова, как гигантский спинной хребет.
- Бросается в глаза, - говорит коммодор Симкоо своим гостям, - характерная особенность этого архипелага. Вершины гор совершенно обнажены, что по меньшей мере странно для этих мест; растительность появляется почти на середине склона, спускается в овраги и ущелья и устилает пышным покровом берег вплоть до белых пляжей.
- Однако, - замечает Фрасколен, - Нукухива, повидимому, исключение из этого правила, если говорить о растительности в поясе средней высоты. Похоже, что этот остров совсем бесплодный.
- Так кажется потому, что мы подошли к нему с северо-запада, - отвечает коммодор Симкоо. - Но когда мы пойдем вдоль южной стороны, вы будете поражены резким контрастом. Там повсюду зеленые поля, леса, водопады метров на триста…
- Подумайте только! - восклицает Пэншина. - Масса воды, низвергающаяся с высоты Эйфелевой башни, - это заслуживает внимания!… Тут и Ниагара может позавидовать…
- Ничего подобного! - возражает Фрасколен. - Ниагара поражает своей шириной, непрерывная линия водопада простирается там на девятьсот метров от американского берега до канадского… Ты это сам знаешь, Пэншина, мы ведь там были.
- Правильно! Приношу свои извинения Ниагаре! - отвечает «Его высочество».
В тот день Стандарт-Айленд плыл вдоль берегов на расстоянии одной мили. Перед глазами были все одни и те же бесплодные холмы, поднимающиеся к центральному плато Товии, скалистые утесы, в которых не заметно было никаких впадин. Однакоже, по словам мореплавателя Брауна, тут имелись хорошие бухты, и впоследствии они действительно были обнаружены.
В общем же, Нукухива, чье название рождает в воображении такие прелестные пейзажи, имеет довольно угрюмый вид. Но, как справедливо указывают В. Дюмулен и Дегра, спутники Дюмон-Дюрвиля во время его путешествия к Южному полюсу и по Океании, - «все природные красоты сосредоточены во внутренней части бухт, в ущельях, образованных отрогами горной цепи, поднимающейся в центре острова».
Пройдя вдоль этого пустынного побережья и обогнув на западе острый выступ, Стандарт-Айленд слегка изменяет направление и, уменьшив скорость вращения правобортных винтов, огибает мыс Чичагова, названный так русским мореплавателем Крузенштерном. Берег затем образует выемку в виде удлиненной дуги, посередине которой имеется узкий вход в порт Тайоа, или Акани, одна из бухточек которого предоставляет верное убежище от самых губительных бурь Тихого океана.
Но здесь коммодор Симкоо не останавливается. В южной части острова есть две другие бухты, бухта Анны-Марии, или Таиохаэ, в центре, и бухта Тайпи, по ту сторону мыса Мартен, крайней юго-восточной точки острова. В виду бухты Таиохаэ и намечается остановка дней на двенадцать.
Тридцать первого августа, как только Стандарт-Айлеид появляется в виду порта, справа раздаются выстрелы и над утесами поднимаются клубы дыма.
- Вот как! - говорит Пэншина. - В честь нашего прибытия палят из пушки…
- Нет, - возражает коммодор Симкоо. - Ни у племени таи, ни у племени хаппа, населяющих этот остров, нет артиллерии, пригодной хотя бы для салютов. То, что вы слышите, - грохот морского прибоя, который врывается в прибрежную пещеру, на полдороге от мыса Мартен, и этот дым - просто брызги волн, отброшенных назад.
- Жаль, - отвечает «Его высочество», - пушечный салют то же, что шляпа, снятая в знак приветствия.
Остров Нукухива имеет несколько названий, можно сказать несколько имен, которыми наделяли его разные крестные отцы - Ингрэм назвал его островом Федерации, Маршан - Прекрасным островом, Гергерт - островом сэра Генри Мартена, Робертс - островом Адама, Портер - островом Мэдисона. Его размеры - семнадцать миль от восточной оконечности до западной и десять от северного берега до южного, то есть около пятидесяти четырех миль в окружности. Климат его здоровый. Температура такая же, как в тропических зонах на материках, но смягченная пассатными ветрами.
На этой стоянке Стандарт-Айленду нечего было опасаться ни штормового ветра, ни проливных дождей. Предполагалось, что он останется здесь с апреля до октября - время, когда преобладают сухие восточные и юго-восточные ветры, именуемые туземцами «туатука». Самое знойное время приходится на октябрь, самое засушливое - на ноябрь и декабрь. А с апреля по октябрь дуют переменные ветры, начиная от восточного до северо-восточного.
Надо отвергнуть преувеличенные цифры первых открывателей, которые исчисляли население Маркизских островов в сто тысяч человек. Элизе Реклю, опираясь на основательные данные, полагает, что теперь на всем архипелаге не наберется и шести тысяч душ, причем большая часть приходится на остров Нукухива. Если во времена Дюмон-Дюрвиля количество нукухивцев, состоявших из племен таи, хаппа, тайоа и тайпи, могло доходить до восьми тысяч человек, то, значит, с тех пор население непрерывно сокращается. Отчего же остров так обезлюдел? Оттого, что туземцы гибнут во время войн, оттого, что мужчин насильно вывозят для работы на перуанские плантации, оттого, что население злоупотребляет спиртными напитками, и, наконец, надо признаться откровенно, - оно вымирает от бедствий, которые всегда несет с собою чужеземное завоевание, даже если завоеватели принадлежат к цивилизованным народам.