Страница 141 из 162
Року отвели отдельную комнату в «особняке» самого Кера Каррадже. Не сомневаюсь, что злодеи ежедневно пытаются склонить его на свою сторону, особенно инженер Серкё. Если Року предложат за изобретение назначенную им самим баснословную цену (вряд ли он отдает себе отчет в стоимости денег), устоит ли он против соблазна?… Ведь пираты могут ослепить его огромным количеством золота - своей добычей за долгие годы морского разбоя!… При своей болезненной неуравновешенности не поддастся ли изобретатель на уговоры, не откроет ли состав фульгуратора?… Тогда останется только доставить все нужное в Бэк-Кап, и Тома Рок получит полную возможность заниматься своими химическими опытами. Снаряды же и остальное оборудование нетрудно изготовить на любом американском заводе, заказав все в разное время и по частям, чтобы не возбуждать подозрений… При мысли о том, какие беды может натворить столь грозное оружие в руках пиратов, волосы у меня становятся дыбом!
Эти мучительные мысли не дают мне ни минуты покоя, они гложут мне сердце, подтачивают здоровье. Хотя в пещере Бэк-Капа воздух необыкновенно чист, у меня бывают приступы удушья. Толстые стены пещеры словно давят меня всей своей тяжестью. Кроме того, я чувствую себя отрезанным от людей, как бы живущим за пределами нашей планеты в полном неведении того, что происходит в мире!… Ах, если бы можно было бежать через отверстие, зияющее над озером в своде пещеры, выбраться на вершину островка… и спуститься на его побережье!…
Двадцать пятого июля утром я вижу, наконец, Тома Рока. Он один на противоположном берегу. Со вчерашнего дня я не встречаю Кера Каррадже, инженера Серкё и капитана Спаде и спрашиваю себя, не отправились ли они в какую-нибудь «экспедицию» на борту своей шкуны?…
Направляюсь к изобретателю, внимательно разглядывая его, прежде чем он успел меня увидеть.
Лицо его серьезно, задумчиво, в нем нет ни малейших признаков безумия. Он идет медленно, опустив глаза и не глядя по сторонам; под мышкой он держит небольшую доску с каким-то чертежом.
Вдруг он поднимает голову, делает шаг вперед и узнает меня.
- Ах, это ты… Гэйдон!… - кричит Тома Рок. - Я вырвался из твоих лап!… Я свободен!
В самом деле, он должен считать себя более свободным в Бэк-Капе, чем в Хелтфул-Хаусе. Но мой вид пробуждает в нем неприятные воспоминания, а это может вызвать припадок… В необычайном возбуждении Тома Рок продолжает:
- Да… это ты… Гэйдон!… Не подходи… не подходи ко мне!… Ты хочешь схватить меня… опять засадить под замок… Не бывать этому никогда!… У меня есть друзья, они меня защитят!… Они могущественны, богаты!… Граф д’Артигас дает мне деньги!… Инженер Серкё мне помогает!… Они займутся моим изобретением! Мы создадим здесь «фульгуратор Рок»… Убирайся!… Убирайся прочь!…
Тома Рок вне себя от ярости. Он говорит все громче, размахивает руками и вытаскивает из кармана пачки долларов и кредитных билетов. На землю падают золотые монеты, английские, французские, американские, немецкие. Откуда у него эти деньги, если не от Кера Каррадже, в обмен за проданную тайну изобретения?…
На шум, вызванный этой неприятной сценой, прибегают несколько человек и останавливаются неподалеку, наблюдая за нами. Затем они хватают Рока и увлекают за собой. Не видя меня больше, изобретатель перестает сопротивляться и вновь обретает душевный покой.
Двадцать седьмое июля. - Два дня тому назад, спустившись ранним утром на берег озерка, я дошел до конца небольшого каменного мола.
Подводного буксира нет на обычной стоянке у подножия скал, не видно его нигде и в другом месте. Впрочем, ни Кер Каррадже, ни инженер Серкё в тот день не уехали, как я предполагал, - я видел их мельком вчера вечером.
Однако есть все основания полагать, что сегодня они вместе с капитаном Спаде и его матросами отправились на буксире в бухточку, где стоит шкуна, и в настоящее время «Эбба» находится в открытом море.
Не задумали ли злодеи новый пиратский набег?… Вполне возможно. Но возможно также и другое: Кер Каррадже, превратившийся на борту своей яхты в графа д’Артигаса, решил отправиться в какой-нибудь пункт на побережье, чтобы запастись там химическими веществами, необходимыми для изготовления «фульгуратора Рок»…
Если бы я мог спрятаться на борту подводного буксира, незаметно проскользнуть в трюм «Эббы» и укрыться там до прихода в какую-нибудь гавань!… Тогда, быть может, я сумел бы вырваться из плена… и избавить мир от этой шайки пиратов!…
Вот какие мысли неотступно преследуют меня… Бежать… бежать во что бы то ни стало!… Но побег возможен лишь через туннель на борту подводного буксира!… Не безумие ли думать об этом?… Да!… безумие… А между тем как же иначе выбраться из Бэк-Капа?…
Пока я размышляю об этом, на воде метрах в двадцати от мола появляется пенный след, и на поверхность озерка всплывает буксир. Почти тотчас же крышка люка откидывается, и из него выходит механик Гибсон с несколькими матросами. Другие пираты выбегают на скалы, чтобы принять конец швартова и подтянуть судно к причалу.
Значит, на этот раз «Эбба» отправилась в плаванье без буксира, который лишь доставил Кера Каррадже и его спутника на борт шкуны и вывел ее в открытое море.
Все это лишь подтверждает мою догадку, что поездка предпринята с единственной целью добраться до одного из американских портов, где граф д’Артигас купит необходимые ему химические вещества и закажет снаряды на каком-нибудь заводе. Затем, в заранее назначенный день, буксир выйдет из туннеля, встретится со шкуной, и Кер Каррадже вернется в пещеру Бэк-Капа…
Положительно все удается этому злодею, и дело двигается быстрее, чем я предполагал!
Третье августа. - Сегодня произошло неожиданное событие, местом действия которого стало наше озерко, - событие очень любопытное и, очевидно, очень редкое.
Около трех часов пополудни вода в нем забурлила, затем на две-три минуты все успокоилось, после чего то же самое повторилось на середине озера.
Человек пятнадцать пиратов, заметив это непонятное явление, спустились на берег, глядя на воду с удивлением и даже, как мне показалось, со страхом.
Буксир не мог вызвать волнения в озере, так как он преспокойно стоит у причала. А предположение, что другой подводной лодке удалось проникнуть сюда через туннель, кажется по меньшей мере маловероятным.
Почти тотчас же на противоположном берегу раздаются крики. Другие пираты что-то объясняют первым на непонятном для меня наречии, и, обменявшись десятком гортанных фраз, все поспешно бегут к Улью.
Не заметили ли они под водой какое-нибудь морское чудовище?… Не побежали ли за оружием, чтобы его убить, или за рыболовной снастью, чтобы его изловить?…
Я угадал, ибо минуту спустя пираты возвращаются на берег, вооруженные ружьями с разрывными пулями и гарпунами на длинных веревках.
В самом деле, это кит, или, вернее, китообразное из породы кашалотов, которых так много водится возле Бермудских островов; он пробрался через туннель и теперь барахтается в глубине озерка. Если животному пришлось искать убежища внутри Бэк-Капа, то ре значит ли это, что его преследовали, что за ним гнались китобои?…
Проходит несколько минут, и вот кашалот поднимается на поверхность воды. Его огромная блестящая зеленоватая туша мелькает среди пены, можно подумать, что животное борется с каким-то опасным противником. Когда кашалот выплывает, две громадные струи с оглушительным шумом вырываются из его водометных отверстий.
«Если животное приплыло сюда через туннель, спасаясь от китобоев, - говорю я себе, - значит поблизости от Бэк-Капа находится судно… быть может, всего в нескольких кабельтовых от берега… Лодки китобоев, очевидно, подошли с запада к самому острову, лавируя между рифами… А у меня нет никакой возможности установить с ними связь…»
Даже если мои предположения справедливы, разве я могу пробраться к китобоям через толстые стены пещеры?…
К тому же я вскоре узнаю причину появления кашалота. Дело вовсе не в преследующих его китобоях, а в стае акул, огромных пятнистых акул, которыми кишит море у Бермудских островов. Я без труда различаю их в воде. Их штук пять или шесть, они поворачиваются, ложатся на бок, открывая огромные пасти с двумя рядами острых зубов, похожих на зубья пилы. Эти хищники напали на кашалота, который может защищаться лишь ударами хвоста. Кашалот уже получил огромные раны, вода становится красноватой, он ныряет, всплывает, плещется в воде, безуспешно пытаясь отбиться от страшных врагов.