Страница 420 из 425
— Она была незаперта.
— Нет, дверь была заперта! — крикнул Горгум.
Я пожал плечами.
— А какое это имеет значение? — спросил я. — Отвечать на вопросы того, кто знает лучше, что там произошло, чем я, является пустой тратой времени, тем более учитывая, что вас там не было.
Хорур подавил свое раздражение и боле спокойно спросил:
— Хорошо, расскажи нам как вам удалось выбраться из камеры.
— Мы открыли замок.
— Но ведь это практически невозможно, — воскликнул Горгум.
— Тогда мы все еще в камере. Пойдите и посмотрите внимательней.
— Так мы ничего не добьемся! — рявкнул Хорур.
— Возможно! — согласился я.
— Я хотел бы задать пленному вопрос, — заявил Хорур. — Допустим, что вы бежали из камеры.
— О, вы достаточно проницательны.
Он пропустил мимо ушей на мое замечание.
— Я не думаю, что вы использовали какие-то изощренные средства для вашего побега. Но в настоящий момент мы хотели бы знать, где находятся ваши сообщники и две женщины. Мултис Пар заявил, что они бежали на корабле
— возможно, на одном из наших кораблей, похищенных на посадочной площадке.
— Я не знаю, где они находятся сейчас.
— И ты не знаешь где они намерены укрыться?
— Даже если бы это было мне известно, я бы не сказал вам.
— Я требую твоего ответа или тебя ждут пытки.
Я засмеялся.
— Вы же всеравно стараетесь убить меня, поэтому ваши угрозы меня не пугают.
Хорур лучше владел своими эмоциями, нежели Горгум, но я заметил, что его терпение уже на пределе.
— Если ты окажешь нам содействие, ты спасешь свою жизнь. Великий Бандолиан может помиловать тебя. Скажи нам, где укрылись твои сообщники и дай согласие на сотрудничество с Великим Бандолианом в захвате Гелия и ты будешь помилован.
— Нет! — ответил я.
— Подожди! — продолжил Хорур. — Бандолиан может пойти на другие уступки. После завоевания Гелия он может позволить тебе и твоей возлюбленной вернуться в свою страну и он может назначить тебя на высокие посты в новом правительстве, назначенном на завоеванных землях. В случае твоего отказа, ты будешь уничтожен. Мы разыщем твою возлюбленную. И я тебе обещаю — мы найдем ее. Смерть покажется легким исходом по сравнению с тем, что ее ждет. Так что я советую тебе еще раз подумать.
— Мне нужно долго обдумывать ваше предложение. Я могу огласить вам сейчас мое окончательное решение при любом исходе. Моим ответом будет окончательное «нет».
Хорур скривил губы. У него не было сомнений относительно окончательного ответа. Несколько мгновений он старательно рассматривал меня, а затем произнес:
— Глупец!
Он повернулся к Горгуму и приказал:
— Разместить его с теми, кого мы держим для следующего выпускного занятия.
Отдав это распоряжение он покинул комнату.
Меня отвели в здание расположенное на некотором удалении от того места где меня раньше держали под стражей и поместили в большой камере, в которой находилось около двадцати узников. Все они были саваторами.
— Кто к нам пришел!… — заявил один из заключенных, когда дверь камеры закрылась за караулом. — Человек с красной кожей! Он не саватор! Откуда ты взялся, парень?
Мне не понравилась его внешность, его тон и манера говорить. Я не хотел портить свои отношения с людьми, с которыми мне предстояло разделить дни заточения и, возможно, смерть. Поэтому я отвернулся от этого заключенного и удалился в другой угол камеры, где уселся на длинной скамье. Но этот паяц последовал за мной и остановился передо мной в вызывающей позе.
— Я спросил тебя откуда ты! — нотка угрозы прозвучала в его голосе. — И если Фо Лар спрашивает тебя — это значит, что ты должен как можно быстрее дать ответ. Я здесь самый главный.
Он оглянулся на окружающих и спросил:
— Я полагаю, что возражений нет.
Из толпы раздалось несколько неясных, одобрительных голосов. Я сразу отметил, что этот парень не пользуется особой популярностью. Он имел хорошо развитую мускулатуру и по тому как он встретил меня можно было сделать заключение, что он здесь сильнейший. Остальных узников он, похоже, просто запугал.
— Похоже, что ты, Ло Фар, ищешь для себя развлечение, но я не буду развлекать тебя. Я достаточно устал для этого.
— Меня зовут Фо Лар, парень! — рявкнул тот.
— А какая от этого разница? Ты останешься дерьмом с любым именем.
Моя последняя фраза мгновенно привлекла внимание остальных заключенных. Некоторые из них одобрительно замычали.
— Я смотрю, что мне прийдется показать тебе твое место, — заявил Фо Лар и агрессивно двинулся в мою сторону.
— Слушай, я не хочу с тобой ссориться, — ответил я. — Ведь очень плохо когда люди находящиеся в одном застенке обижают друг друга.
— Да ты похоже трус! — продолжал Фо Лар. — Что ж, если ты станешь на колени и попросишь у меня прощения, я не буду обижать тебя.
Услышав это я засмеялся, чем привел этого парня, еще не решавшего напасть на меня, в неописуемую ярость. Я понял, что имею дело с обычным отъявленным задирой. Однако, если он не блефовал, то для спасения собственного престижа он должен напасть на меня.
— Не зли меня! — заявил он. — Когда я зол, я себя не контролирую. Я могу прикончить тебя.
— Я думаю, может, это разозлит тебя, — ответил я и дал ему пощечину.
Моя оплеуха была настолько сильной, что он чуть не свалился на землю. Но мой удар мог быть еще сильнее. Моя оплеуха привела его в еще большую ярость, чем слова. Кровь бросилась ему в лицо и его синее лицо стало пурпурным. Он должен был что-нибудь предпринять для того, чтобы выйти из этого положения и сохранить за собой оспариваемое главенство в этом застенке. Все остальные заключенные поднялись на ноги и образовали вокруг нас живой полукруг. Они рассматривали меня и Фо Лара с одинаковой неприязнью.
Итак Фо Лар должен был что-нибудь предпринять для того, чтобы ответичь за оплеуху. Он бросился на меня и удары посыпались градом. Пока я отбивал его удары, я почувствовал, что он достаточно сильный человек, но ему не хватало тренировки и выдержки. Поэтому я решил преподать ему урок, который он запомнит на всю жизнь. С первых минут нашего поединка я мог нанести ему удар, который бы отправил его в глубокий нокаут, но позволил ему поиграть со мной.
Затем я отвесил ему еще одну оплеуху. В ответ он нанес мощный удар, который я пригнувшись парировал и ответил ему еще более мощной оплеухой.
— Молодец! — завопил один заключеный.
— Давай его, краснокожий! — крикнул другой.
— Прикончи его! — рявкнул третий.
Фо Лар попытался вцепиться в меня, но я перехватил его руку и произвел мощный бросок через плечо. Он всем своим телом рухнул на пол из туфа. Некоторое время он лежал неподвижно, а затем начал качаясь вставать на ноги. Я, захватив его голову, повторил бросок. На этот раз он уже не смог подняться, так как в броске он получил еще мощный удар в челюсть. Я перешагнул через него, подошел к скамье и уселся.
Узники собрались вокруг меня. Я видел, что многие остались довольны исходом боя.
— Фо Лару давно нужно было встретиться с таким бойцом, — заявил один.
— Я уверен, что он получил свое!
— Но как же тебя все же зовут?
— Мое имя Джон Картер. Я прибыл с Гаробуса.
— Да, я слышал о тебе, — сказал один из узников. — Я думаю, это имя знакомо нам всем. Могоры были очень злы на тебя, так как ты их очень хитро провел. Я думаю, они посадили тебя сюда для того, чтобы ты умер вместе с нами. Меня зовут Хан Дю.
Сказав это, узник протянул мне руку.
— Очень рад познакомиться с тобой, Хан Дю. Если здесь много подобных Фо Лару, то мне наверняка потребуется друг.
— Я надеюсь, что здесь больше нет подобных ему. Да и он сам уже не станет больше задираться.
— Ты сказал, что вы все приговорены к смерти, — уточнил я. — А ты знаешь, когда и как произойдет все это?
— Когда следующий класс закончит занятия, нас всех выставят на арене против вдвое превосходящих могоров. Все это произойдет очень скоро.